Чтение онлайн

Отступил на шаг и оценил.

Горное озеро безмятежно голубело в потемневшей раме. Ничего подозрительного.

Из-за двери послышались размеренные шаги.

— Винтерскай! — донесся голос стражника. — Твоё время вышло. Старейшины ждут демонстрации на центральной платформе.

— Иду, — отозвался я стражнику и в последний раз прошёлся взглядом по картине в углу.

Я искал ответ шесть дней, а он, всё это время весело ждал своего часа у меня прям перед носом.

Сдержал улыбку, поднялся по скрипучей лестнице и толкнул дверь.

На улице меня встретили сумерки и плотный гул, доносившийся с центральных мостков. Стражник молча мотнул головой, и мы двинулись к площади.

Когда я вышел из-за угла крайнего дома, площадь разом проглотил гул.

Всё поселение целиком сбилось в одну массу: рыбаки в кожаных жилетах, женщины с детьми, торговцы с северных причалов, ловцы с гарпунами. Факелы колыхались по лицам, и каждое из них поворачивалось ко мне с одной и той же жадной надеждой.

Серьёзно собрались. Видимо, передача наследия оказалась поводом куда серьёзнее, чем я рассчитывал поначалу.

Посреди площади приподнималась круглая демонстрационная платформа, и у её края меня уже ждали трое. Арад стоял в свежем жилете с начищенными пряжками, рядом держался Герхард с компасом на шнурке у пояса, стрелка которого была упёрта в мою сторону, а чуть поодаль замер Хельмут, прижимая к груди шесть свитков в кожаных футлярах — мою работу последних дней, от первого до последнего.

— Условия договора простые, — начал Арад, стоило мне шагнуть к платформе. — Ты демонстрируешь шесть частей техники, а мы сверяем их с записями. Если всё совпадает, сделка считается закрытой.

— Хорошо, без проблем, — улыбнулся я.

Арад полез за пазуху и протянул мне флакон с молочно-голубой жидкостью.

— На, держи. Шесть фаз подряд это серьёзная нагрузка даже для опытного практика, а нам нужен максимально точный показ. Это эликсир восполнения, прими перед началом.

Я принял флакон. Через стекло теплилась плотная энергия, судя по виду без примесей. Мой навык Духовного кулинара подтвердил её качество.

— Благодарю.

Откупорил пробку и опрокинул содержимое в горло.

Тёплая волна прокатилась по каналам, и Звёздное Море отозвалось: гладь поднялась, но лишь слегка — до заполнения резерва было ещё далеко. Для полноценного цикла на семь этапов такого явно не хватит, а вот для неторопливого показа без финального шага этого запаса должно хватить с излишком.

За спиной уже шумела толпа.

— … шестой этап, представляешь? Завтра же попробую.

Это говорил Льют. Его глаза светились предвкушением ребёнка перед ярмаркой.

— Не спеши, — отозвался кто-то рядом. — Даже Бран только до пятой добирался.

— Бран вон, дохлым лежит. А Винтерскай сейчас всё разжуёт. Я, может, за неделю пятую освою, — подал голос Карлон, причём без привычной подколки: на месте усмешки у него проступило предвкушение, что и у остальных.

— Вода мне друг, — послышалось справа негромкое. — Разжуёт — за месяц возьму.

Справа откликнулась Вира, и лучшая ныряльщица поселения сегодня не сдерживала восторга в голосе.

Я скользнул взглядом по первым рядам. Ловцы в возрасте переглядывались, младшие кивали друг другу, а женщины поправляли детям шарфы, чтобы те не пропустили ни секунды. Веками наследие Основателей открывалось раз в год пятерым избранным, и только Бран и доходил дальше третьей фрески. А сегодня шесть фаз выложат перед ними прямо на блюдечке.

Я их понимал. На их месте я бы тоже сиял от предвкушения.

Вернув пустой флакон Араду, я повернулся к толпе.

— Прежде чем я начну, хочу предупредить: буду исполнять технику медленно, подробно и с избытком энергии, чтобы движения читались даже из задних рядов, — я подмигнул. — Смотрите внимательно.

По толпе прошёл одобрительный гомон, и кто-то хлопнул соседа по плечу.

Я шагнул на платформу, поставил ноги на ширину плеч, согнул колени и развёл руки ладонями вверх.

Внутри всё стало тихо.

«Медленно» на самом деле очень не просто в реализации. Быстро исполнить технику куда проще, потому что потоки несутся, и мелкие перекосы затираются напором. А вот когда растягиваешь каждый цикл в десять раз, то любая заминка на всплывает наружу. Удерживать десятки встречных потоков на минимальной скорости, не давая им рассыпаться от собственной силы, это работа на пределе концентрации.

Первая фаза. Сырой воздух стягивается в узел под рёбрами, разворачивается между ладонями, набухает облаком втрое больше обычного. Пусть смотрят.

Вторая. Встречные воронки сжимают облако в каплю, давление гудит в костях, капля застывает на весу дольше положенного, чтобы задние успели разглядеть переход.

Третья, четвёртая, пятая, шестая — одна за другой. Каждая прибавляет к тяжести контроля, и требует больше встречных потоков. Капля растёт в сферу. Пальцы подрагивают. На пороге фиксации останавливаю технику.

Я открыл глаза.

Над платформой висела полуметровая сфера жидкой энергии, и я неспешно опустил её на ладони, развеял и втянул в себя.

И только тогда услышал тишину.

Над площадью повис мёртвый штиль, в котором сотни глоток разом забыли о собственном дыхании.

Обвёл толпу взглядом.

Льют стоял с раскрытым ртом, а бочонок сполз у него с плеча и теперь болтался в одной руке, всего пару минут назад он собирался освоить шестой этап за ночь. Карлон рядом с ним хлопал глазами, и его рыжая борода безвольно тряслась.

Вира смотрела на свои раскрытые ладони, сжимала их в кулаки а затем посмотрела на меня остекленевшим взглядом.

В первых рядах старый ловец сипло выдавил:

— Это… невозможно.

— Я двадцать лет на воде, но такого никогда не видел. Половины не понял.

— Да какое половины. Я первый поворот потерял, когда он ладони разводил.

Гул начал нарастать волнами, только в этих волнах уже не было ни предвкушения, ни восторга, а только тяжёлое удивление людей, которых только что ткнули носом в пропасть, о существовании которой они даже не подозревали.

М-да. Похоже, кому-то сегодня крепко не повезло с собственной самооценкой.