Чтение онлайн

312.

– Великий Творец…

Я бросаю взгляд на Скарлетт. Шум нарастающей драки в баре перекрывает голос за кадром:

– Виновные в учиненной на станции «Саган» резне, преследуемые терранскими военными силами, также разыскиваются в связи с нарушением Галактического Интердикта. Командующий Легионом Авроры, адмирал Сеф Адамс всего несколько минут назад сделал следующее заявление…

На экране возникает знакомая фигура адмирала Адамса, нашего старшего офицера Легиона Авроры, в парадной форме. Десятки медалей блестят на его широкой груди. Кибернетические руки скрещены, лицо мрачное. Говоря, он постукивает пальцем-протезом по предплечью, металл тихонько позвякивает о металл.

– Мы самым решительным образом, – начинает он, – осуждаем действия экипажа 312 Легиона Авроры на станции «Саган». У нас нет других объяснений их мотивам, кроме того, что экипаж явно вышел из-под контроля. Его члены подорвали наше доверие. Нарушили все принципы. Командование Легиона Авроры готово оказать всяческое содействие правительству Терры в поимке этих убийц. Все наши помыслы и молитвы вместе с семьями погибших беженцев.

На дисплее вспыхивают фотографии. Лица и имена моей команды.

Финиан де Карран де Сиил.

Зила Мадран.

Кэтрин Брэннок.

Кэлиис Идрабан Гилврэт.

Скарлетт Джонс.

Тайлер Джонс.

Под каждым нашим именем бегут слова:

РАЗЫСКИВАЕТСЯ. НАГРАДА: 100 000 КРЕДОВ.

В это самое мгновение мне кажется, будто мой желудок сейчас выскочит изо рта.

Я молча смотрю на сестру. Нам нужно бежать. Скар уже хватает свой унигласс со стола, когда когти Таннигут впиваются в ее запястье.

– А впрочем, – улыбается гремп, обнажая острые клыки, – сто тысяч кредов – действительно выгодная сделка.

Скарлетт смотрит на меня. Я всегда говорил: быть близнецами круто. Иногда я словно заранее знаю, что скажет моя сестра, еще до того, как она это произнесет. Клянусь, порой Скар догадывается о моих мыслях по одному только взгляду. И вот сейчас я думаю о том, что нам пора убираться из этого мерзкого бара и с этой отвратительной станции.

И как можно скорее.

Скарлетт ударяет Таннигут в нос основанием ладони. В ответ слышится громкий хруст и крик боли, брызжет темно-малиновая кровь. Я хватаю сестру за окровавленную руку и выдергиваю из кабинки, остальные гремпы с воем бросаются на нас.

Драка из-за пульта управления в другом конце бара в самом разгаре – я соображаю, что еще немного неразберихи нам сейчас не повредит. Поэтому стреляю из дезинтегратора гремпу в лицо, другому – ботинком выбиваю клыки и толкаю Скар к двери.

– Уходим! Уходим!

Кто-то вскрикивает. Какой-то выпивоха врезается в стену над моей головой. Три гремпа, царапаясь и кусаясь, запрыгивают на меня. Я пинаю их ногами и отстреливаюсь, затем, перекатившись по полу, вскакиваю и вылетаю за дверь вслед за сестрой – в лабиринт улиц Изумрудного города.

Станция располагается на восьмидесяти уровнях шириной в сотню километров. Нижние уровни занимает перевернутый лес ветряных турбин, которые используют громадные циклонные вихри внизу и превращают их в энергию. Все части города соединены между собой гигантской сетью прозрачных труб общественного транспорта, приводимых в действие теми самыми вихрями. И как раз в одну из таких труб мы с сестрой ныряем лицом вперед.

– Большой базар! – кричит Скарлетт.

– ВЫПОЛНЯЕТСЯ, – отзывается компьютер звуковым сигналом.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как нас уже уносит по трубе на подушке из ионизированного кислорода.

– Фин? Слышишь меня? – пытаюсь я перекричать шум ветра.

– Ага, – раздается ответ. – Новости видел, Золотой мальчик? Они выбрали не самую удачную мою фотографию.

– Да, мы видели. И еще, полагаю, половина города. Включая синдикат, которому мы пытались продать наш «Лонгбоу».

– Я так понимаю, сделки не будет?

Я оглядываюсь назад и вижу стайку гремпов на хвосте: они готовы открыть по нам огонь из дезинтеграторов, как только мы вылетим из герметической трубы.

– Можно и так сказать, – отвечаю я. – Мы возвращаемся через базар, так что тебе придется показывать нам дорогу. Скажи Кэлу и Зиле, чтобы готовились к запуску. Теперь в этой дыре на нас охотится каждый наемник, полицейский и недоделанный добродетель.

– А я тебе говорил, что это дурацкая идея.

– А я говорил, что у меня нет дурацких идей.

– Просто чуть менее гениальные?

Снаружи трубы проносится Изумрудный город: его десятки уровней, тысячи секретов, миллионы людей. Окружающие нас облака клубятся и растекаются красивыми узорами, словно акварель на влажной бумаге. Стены, арки и сверкающие шпили под ионизированным куполом окрашены в бледно-зеленый цвет из-за хлористого вихря внизу, небо над головой будто в кровоподтеках.

Я знал, что, даже прибыв на столь отдаленную станцию, мы обострим ситуацию. Это было лишь вопросом времени, когда пойдут слухи о нашем самоуправстве. Я понимал, что Глобальное Разведывательное Управление станет охотиться на нас после Октавии III. Но и представить себе не мог, что они решат зайти с другой стороны. Выставить нас виновниками устроенной ими же резни было умно. Я бы и сам так мог поступить, выкинь я свои моральные принципы в помойку. Изобразив нас убийцами невинных беженцев и нарушителями Интердикта, они отрезали нас от Академии Авроры и от всех тех, кто готов помочь.

Трудно винить Адамса за то, что отрекся от нас. Но после смерти отца он взял меня и Скар под свою опеку, и, признаться, было больно слышать, как он называет нас убийцами. Возможно, после обвинения нас в галактическом терроризме ему следовало разорвать с нами все связи, но в глубине души я разочарован тем, что он вообще в это поверил.

– Выше нос, братец-малыш! – кричит мне Скар.

– СЛЕДУЮЩАЯ ОСТАНОВКА – БОЛЬШОЙ БАЗАР, – сообщает компьютер.

– Ты точно к этому готова? – спрашиваю я.

Сестра оглядывается на меня и подмигивает:

– Я ведь Джонс, в конце концов.

Несущий нас поток воздуха ослабевает, и мы останавливаемся перед дверями туннеля, выскакиваем из трубы и окунаемся в море палаток и шума, наполняющих Большой базар Изумрудного города. Будь у меня время, я бы непременно насладился открывшимся взору видом.

Однако в нашем распоряжении всего пара секунд, прежде чем нас убьют.

Мы влетаем в дверь из переулка и оказываемся на кухне какой-то бетрасканской забегаловки, воздух здесь наполнен сладким ароматом масла из орехов луки и жареной джави. Шеф уже готов наорать на нас, но вовремя замечает в наших руках дезинтеграторы и вместе со своими поварами мудро решает сделать перерыв.