Чтение онлайн

На мой звонок, дверь открывает сама Альдона. Девушка наряжена в белое кимоно, которое в тхэквондо называется добок. На лбу пот, похоже, «снежная королева» тренировалась.

— Витя? — Альдона удивлена, на скулах появляется румянец.

— Извини, что без предупреждения — я кошусь в сторону охраны и девушка сразу это «считывает».

— Проходи!

Вячеслав с ребятами остается снаружи, мы проходим внутрь трехкомнатной квартиры Веверсов. Я вновь удивляюсь отличному дизайну с восточным колоритом. Настенные фонарики, низкая мебель, фарфоровые напольные вазы. Несколько японских катан, прямых корейских мечей органично дополняют убранство. Интересно, а что за фоторамка молодой привлекательной женщины стоит на одной из книжных полок? Меня охватывает любопытство. Жена Веверса? Альдона ничего не рассказывала о своей погибшей матери. Только то, что она умерла от аппендицита. Не успели довезти до больницы.

В одной из комнат стоит раскладная макивара. Я кошусь на замотанные кулаки «Снежной Королевы». Похоже, девушка отрабатывала удары руками.

— Зеленый чай будешь? — мы проходим на кухню, Альдона начинает разматывать бинты.

— Дай помогу — я падаю на стул, усаживаю девушку на колени. Начинаю снимать бинты. Румянец на скулах Альдоны становится еще больше. Она вырывает руку, вскакивает.

— Чайник сам поставь — я в душ.

С сожалением провожаю стройную фигуру девушки взглядом. Мне явно рады, хотя всячески и скрывают.

— Может что покрепче? Сакэ там? — кричу я в сторону ванны.

— В Корее нет сакэ — из-за двери раздается ответ — Соджу.

— Водка?

— Да. Посмотри в большой комнате, в баре у отца.

— А генерал не объявится? — я вспоминаю про Веверса.

Ответа приходится ждать несколько минут. Льется вода, я копаюсь в баре. Нахожу бутылку с какой-то прозрачной жидкостью и иероглифами. Нюхаю. Пахнет подозрительно. Какая-то сивуха.

— Не придет — я и не замечаю, что Альдона уже вышла из ванной. Девушка обмотана коротким белым полотенцем, глаза сияют. Из-под полотенца видны длинные, стройные ноги. Меня бросает в жар. Я оставляю бутылку, впиваюсь поцелуем в губы. Альдона стонет от страсти, но все-таки отталкивает меня.

— Не так быстро! Свалился как снег на голову… — «Снежная королева» закусила губу и строго на меня смотрит.

— Ладно, давай чаю — я сожалением ставлю бутылку обратно в выдвижной бар. Альдона скрывается в своей комнате, выходит оттуда в легком шелковом халате, расписанным голубыми журавлями. Прическа заколота наверх, на губах красная помада. Когда только успела?

— В Корее тоже есть чайная церемония — девушка ставит чайник на плиту, достает посуду — Называется дэйре. Во-первых, нужен Нок-Ча…

На столе появляется глиняная емкость с листьями зеленого корейского чая. Рядом ложится длинная бамбуковая ложка.

— Во-вторых, специальные фарфоровые пиалы. И чайник.

Посуда также отправляется на стол.

— Наконец, нужен…

— Да черт с ним, с чаем — я сгребаю девушку, целую в лебединую шею. Этого она не выдерживает. Рвет с меня куртку, рубашку. Я успеваю отодвинуть дорогие фарфоровые пиалы со стола, усаживаю Альднону на стол, раздвигаю ноги. Под халатом — ничего нет. А мне ничего и не нужно. Мы соединяемся с такой страстью, что мебель ходит ходуном, а я даже зажимаю девушке рот. От ее крика может проснуться весь дом.

После кухни, перебираемся в комнату Альдоны. Лежим в ее кровати, переводим дух. Я ласкаю изумительную грудь «Снежной королевы» и думаю о том, что если отец все-таки вернется и застанет нас — ему придется как-то реагировать. Одно дело знать в теории, другое — на практике столкнуться нос к носу. Как он себя поведет?

— А ты хорошо выступил на телемосте — Альдона целует меня в ухо — Только что там за заминка в конце была?

— Заметила?

— Бовин слишком суетился, да и ты частил.

— В американской студии фанатки разделись. У Лапина чуть инфаркт не случился.

— Да?? — Альдона привстала, уперлась мне руками в грудь — Везет тебе Селезнев на женские прелести!

Я ненатурально засмеялся.

— Твои прелести лучше всех — ловлю губами напрягшийся сосок девушки. Мы тут же возбуждаемся и заходим на второй круг. На сей раз все длится долго и в разных позах.

— Это было нечто! — я вытираю пот со лба, закрываю глаза. Сейчас бы поспать часиков восемь. Ага, размечтался. Когда это женщины дают мужикам поспать после любви? Дамам хочется поговорить. Не стала исключением и Альдона.

— Селезнев! — меня активно тормошат. Приходится открыть глаза и сделать внимательное лицо.

— Нам надо серьезно поговорить!

Началось.

— О чем, любовь моя?

— Мне почти 23.

— И?

— И я хочу ребенка.

Приехали…

Я сел на кровати, замотался одеялом. Альдона обняла меня сзади за плечи.

— Ты, Витя, совершенно не семейный человек. Так и будешь бе-егать за каждой юбкой.

В голосе девушки послышался прибалтийский акцент. Волнуется.

— Ложь и инсинуации — на автомате ответил я.

— Сейчас мне самое время родить. Пока ты опять не сбе-ежал с какой-нибудь очередной итальянкой.

— Там все сложнее было, чем в газетах писали — я скинул руки девушки с плеч, встал и начал одеваться — Можешь у отца узнать.

— Подожди! — Альдона схватила за одну из штанин джинсов — Ну прости, я не хотела. Останься!

Я в раздражении отбрасываю джинсы прочь. Сажусь на кровать.

— Ну как ты себе это представляешь? Раз и появился ребенок?

«Милый сделай мне монтаж». Хотел было пошутить фразой из фильма «Человек с бульвара капуцинов», но понял, что он еще не снят.

— Не раз, не два, но да, хочу побыстрее. А пока буду в декрете — меня заменит Саша Валк. Я уже договорилась.

— ЧТО?!?

Опять вскакиваю, сжимаю кулаки. Врезать бы этой чертовке, да ведь она мне так ответит — мама не горюй.

— Кто тебе разрешил вести такие разговоры с сотрудниками студии?!?

— Ну я не так, чтобы впрямую… — зачастила Альдона — Ты же уже прослушивал ее, она подходит, разве нет? Потом Сашин отец — старый друг моего папы. Он не просто так предложил ее тебе.

Ага, не предложил, а подложил…

— Алечка — я спрятал гнев и решил сменить стратегию — Ну, подумай сама. Какой ребенок? У нас весь год расписан гастролями. После Японии — США, Италия, куча заявок из Латинской Америки. Валк тебя не заменит. Она не знает репертуар, ее не знают в мире. Гор будет против, Щелоков тоже. А об Александре ты подумала? Родишь, вернешься из декрета и что? Ее обратно на улицу?

В таких разговорах главное не сдавать позиции и пускать в ход любые аргументы. Однажды дав слабину — уже не объяснишь женщине, что передумал. Не поймет.