Чтение онлайн

Наконец, герои вышли из странного леса, оказавшего влияние на нервы Астры. Она не ожидала от себя, что будет разводить костёр стресса и видеть опасность там, где её нет. Словом, это было на неё не похоже. Раньше, когда шли той же дорогой, не испытывала тревогу или ощущение, что кто-то гонится. Не было намека на это: не жаловалась. Всегда трезво оценивала ситуацию, но рассказы учёного всколыхнули, перевернув здравое понятие с ног на головы. То есть, в голове был страх, но спокойное отношение вывело врага из пределов разума. Только здравие.

Дом показался, как благая весть: сумбурный кошмар позади, не надо искать оправданий нервам в пауке или ветру в ветках. Всё ясно: восприятие стало иным, если поверить в реальность нзамби. Астра кивнула страху, понимая: избавилась. Адам заметил кивок и обрадовался: сестра вышла из влияния.

Дом стал ближе, чем был до принятия, где нет теней или криков на пустом месте. Открывают дверь, заходя в родные просторы, хоть дом был и арендован. Но после небольших приключений и выдуманных ужасов любое жилище воспринимаешь, как собственное. Главное, что всё позади…

Астра выдохнула накопленные эмоции из груди. Редко ревела, на Меркурии, но сегодня позволила чувствам выйти за пределы приличия. Обняла брата, не ожидавшего перемены в событиях. Немного опешил, как всё поменялось. В ответ обнял сестру, понимая важность. Нет слов, одни эмоции, которые разжаты. Были напряжены, а теперь можно выдохнуть. Не думать о переживании, а радоваться, что всё позади.

Герои не заметили время, сколько провели во власти объятия. Часы пробили полночь. Решили – пора спать. Поочередно пошли в ванную комнату, смыв налёт пыли и страха с лица. Затем направились в спальню, чтобы мигом погрузиться в сон, забирающий последние переживания и невзгоды. Ничто не тревожит, так как Морфей – отличный целитель. Вылечит любые раны, и забудешь, как трясся от ветки или собственной тени, точно кролик. Всё позади. Всё прошло. Сон искупителен, как слёзы, бывшие сегодня. Порог Морфея преодолен. Сон настал…

Новый день рисует грани реальности. Герои вступают в них, избавляясь от тягот и невзгод прошлого дня, не неся кошмарный отклик в сегодняшний день. Знают, есть выход, а не постоянное следование за темным чувством. Есть действительность, которой надо наслаждаться, не прекращая, как понимается, радость от каждого дня. Быть в счастливом отражении, ведь то, что приносишь в душу, то находит всходы. Отслеживать, что служит для отторжения от привычности пребывания в свете, как в зеркале.

Герои встают с кроватей, радуясь новому дню, зеркальному, что вносишь в него. По плодам узнается жизнь, по вложенным качествам ряда знаний. Адам кивает мысли, понимая, как верно понимается мир, если оценить со стороны принятия, не отторгая от целей жизни. Либо думать в негативе, лишая полёт у улыбки. Не раскрывать негативу в сознании двери, а держать закрытыми, зная, как избежать плохого настроения.

Адам лежит в кровати, видя, как сестра встает с постели, не посмотрев в его сторону. «Наверно, она встревожена вчерашним днем», – проскользнула в голове мысль. Действительно, спутанные шаги, старающиеся скорей убежать от себя. Не справляется с негативом, бывшим вчера в душе. Надо догнать, Адам встает с кровати. Направляется за ней. Астра закрыла дверь. Заперлась в ванной комнате. Надо подождать…

Не давить на неё, а дать остудить неистовое пламя, разгорающееся сильнее в груди. Слышен звук воды. Умывается, уходя от воспоминаний. Не торопится выходить. Адам не думает волноваться. Это ничего не исправит. Проблема не решится. Вот, дверь открылась. Но сестра, словно призрак, прошла мимо с него. Не задела взглядом или словом. Странно, она была разговорчива. Но надо сделать дела: Адам направляется в ванную. Астра готовит на кухне…

Адам, торопясь, выходит из ванной комнаты, идёт на кухню. Сестра его не замечает. Мирно готовит еду: бутерброды. Почему лишь они? Так и гастрит не за горами. Привыкли так завтракать. В гостях у учёного нет иной еды, чем гранит, пища для ума. Приходится довольствоваться малым. Благо, молодость организма позволяет его немного насиловать. Но у всего есть пределы. Смотрит на еду. Садится за стол. Адам садится.

Словно чужие люди, а не брат с сестрой. Почему сестра так себя ведет? Вчера обнимались за долгое время пребывания на планете. А сегодня, словно вода, сошло настроение и бывший покой. Неужели тень между ними пробежала? И как она может влиять? Был страх, с которым разобрались.

Словно в подтверждение размышлений брата, Астра гневно бурчит:

– Кушай еду. А то хлеб зачерствеет и будет не вкусным. Масло с сыром тоже.

– Они зачерствеют? – берет бутерброд в руки и смотрит змеей.

– Какая разница. Кушай, не смотри. Всё хорошо со мной, – смотрит в стол.

– Ты что-то таишь. Почему не признаешься? – пытается посмотреть в глаза.

– Вчерашний страх не прошёл. Ощущаю холод на своих плечах, – жалуется.

– Знаешь, нзамби не существует. Учёный мог выдумать, – успокаивает.

– Наверно. Но откуда столько фактов и наблюдений? – смотрит в глаза.

– Он учёный. Собирает, изучает жизнь. Но мог и приврать, – гладит взором.

– У африканских племен практикуется каннибализм, – удивляет фактом.

Он отводит пристальный взгляд, понимая, что случилось с сестрой. Лишний раз себя накрутила, не желая нормально выспаться и приготовиться ко дню. Но, словно отходя от выдуманных и прочитанных историй, Астра берёт в руки бутерброд: голод взял своё. Кушает молча. Отводит взгляд. Адам кушает, а то глупо выглядит. Проходит малое время. Утолили свой голод.

Астра первая заговаривает, не сдержав железный приступ сильных эмоций:

– Каннибализм есть в мире животных. Богомолы или пауки. Нет еды – что делать? Даже котята или мышата не помеха. Есть змеи, употребляющие в пищу себе подобных. Или акулы. Не удивляет, что племена недалеко ушли. Шутку прочитала: вы убили столько людей на мировой войне, чтобы не съесть? Вы, дикари…

– Кхэ, занятные факты. Но почему ночью не спишь, а читаешь статьи? Нам надо изучать новые теории, предложенные учёным. Или его жизнь, последовавшая после того, как его уволили с лаборатории, – не понимает её.

– Времени не остается, Адам. Утром нет его, а с обеда до вечера, или до ночи слушать рассказы. Думаешь, он маг? Или алхимик? – спрашивает его.

– Подозреваю, последнее. Учёный, который достиг успехов в науке, решил добыть другие тайны. Что такое алхимия? Столько книг у него. Химия? Или нечто большее, что нельзя понять? – теряется в догадках, не понимая жизнь.

– Не знаю, надо спросить. Если он мало будет говорить, – она зевает сонно.

– Попрошу об этом. А то ты так доведешь себя. Поспать надо, – переживает.

Астра меланхолично собирает хлебные крошки, словно контуженый голубь. Положила на тарелку, чтобы не мешались на чистом столе. Уносит тарелку к раковине. Без эмоций моет её. Убирает сушиться. Возвращается к брату, всем видом говоря: пора уходить. По дороге обсудим детали. Адам понимает и встает из-за стола. Вместе идут на выход, открывая дверь. Выходят на улицу, Астра закрывает дверь на все замки: страх всё ещё жив…