Чтение онлайн

Синдзи молчал и вдруг сделал странный поворот всем торсом, шагнул раз, два, поклонился и с до жути знакомой механической пластикой упал на колени. Все это время он прижимал к лицу респиратор. «Как он выбрался из шлема?.. Как он отстегнул замки?..» — думал Тодзи, подхватывая валящегося на бок Икари.

Эти мысли были абсолютно неважны, ведь Тодзи уже понял, что последние движения Синдзи один в один повторяли последние движения «Типа-01»: вырвать кабину, поднести, опустить и отключиться.

«Отключиться… Что же ты сотворил, Икари?»

Синдзи с усилием разодрал веки и поднял голову, понимая, что лежит. Перед глазами висела осточертевшая сероватая взвесь. Следующий приступ активности ощущений сообщил ему, что он сам раздет до пояса, что под ним — горячий камень, а туманная влага противно холодит грудь. Слабая боль, будто отмахал смену — нет, не меньше суток! — в ЕВЕ, царапалась в теле, так что Синдзи чувствовал весь болезненно вздутый объем своей «рабочей» мускулатуры.

Он приподнялся, морщась от тянущей рези в мышцах живота, и осмотрелся. Ноздреватый камень, мгла, скрученный пучок ржавой арматуры, торчащий из обломка балки невдалеке… Синдзи вскочил, пронзенный пониманием. В нескольких метрах под высоким камнем, на котором он стоял, вытекала из тумана и утекала в туман река-призрак, и русло ее было выстлано изразцами. «И в третий раз…» — подумал он и крикнул:

— НАГИСА!

Голос врезался в туман, прошел немного в вязкой взвеси и затих.

— Чего кричишь?

Икари обернулся, вздрагивая от сопровождающей движения боли. Позади него стоял беловолосый парень, облаченный в неизменный костюм разведчика «NERV». Каору улыбнулся и приветливо помахал рукой:

— Вот я. Так что за крик?

Синдзи смотрел на него и думал о том, что время, прошедшее с момента исчезновения старшего сержанта, обернулось страшной пропастью. Дрожь от прикосновений Рей, метания во снах, тысячи вопросов к сумасшедшему волшебнику остались по ту сторону бездонного рва, но здесь и сейчас были новые вопросы.

— Что я здесь делаю?

Каору осмотрелся и нахмурился:

— Понятия не имею. Полагаю, ты сюда пришел. Сам, без меня.

Синдзи внимательно посмотрел на него и кивнул: поразительно точно и так же бесполезно. «Ну что же, перейдем к более содержательным темам».

— Хорошо, я хочу спросить…

— Хорошо? — Каору склонил голову набок и прищурился. — Ты принял это? Ты веришь в это?

— Во что — в это?

— В это место. В эту реальность. Ты принял ее, не задавая вопросов, — почти восторженно сказал красноглазый парень и шлепнулся на камень. — Ты… Что-то понял, Синдзи-кун?

Синдзи задумался: мысли были просты, вразумительны и понятны. Если он здесь, то это место реально. Если он попал сюда, то должен быть выход. Если… то… Он кивнул:

— Да, я не вижу смысла говорить об этом месте, Нагиса. Если мы можем поговорить только здесь, то так тому и быть.

— Понимаю, — протянул Каору, подбирая ноги. — То есть, ты решил поговорить, и сам нашел путь сюда…

«Поговорить?.. Да, я хотел с ним поговорить… И, наверное, хочу и сейчас».

— Полагаю, мне не надо спрашивать, стал ли ты одним со своим оружием.

Синдзи вздрогнул: в его голове взрывом взметнулся ворох сжатых образов, принадлежавших новому существу — металлическому телу с его разумом. Холод игл, нечеловеческое восприятие, не требующее шкал и датчиков, ощущение новых органов, послушных его воле, чувство безграничной холодной мощи…

— Так-так…

Он поднял глаза и посмотрел на обескураженного, но довольного Каору. Тот взлохматил волосы и сказал:

— Ты подошел к тому моменту, когда я могу передать тебе приказ отца… К моменту, когда я, наконец, стану совсем свободен…

Каору вскочил и крутнулся, с криком широко разведя руки:

— Он готов!

Синдзи выжидающе смотрел на него, и Каору быстро успокоился, с восхищением цокнул языком:

— Ах, какая выдержка… Ты и впрямь лучший, Синдзи-кун!

— Лучший?

— Слушай же приказ своего отца, Икари Синдзи, — торжественно сказал Каору, протягивая ему руку, — Твой отец повелевает тебе… Тебе…

Нагиса запнулся, и Синдзи с недоумением увидел, как тот дергает лицом, словно что-то мешает ему говорить, и понял, что это, только за мгновение до взрыва хохота. Беловолосый согнулся пополам и булькал сквозь смех:

— Ой… Не… ха-хаха-ха… Не могу…

«Идиотизм».

Каору вдруг выпрямился и потянул носом воздух:

— О… даже так? Ну что же, тогда без пафоса. Синдзи-кун, ты должен стать богом.

«Богом? Ну, надо же…»

Синдзи стоял, чувствуя холод тумана, и не ощущал более ничего: он знал, что Нагиса серьезен; знал, что дальше будет почти наверняка кошмарный путь, на который выставил его отец; что даже если «бог» — это всего лишь метафора, его ждет только новое изменение…

— А ты и впрямь готов, Синдзи-кун…

— Готов к чему? — спросил Синдзи. — У приказа есть уточнение?

— О, да. И ты сделал один… Нет, почти два шага к нему.

— Слушаю.

— «Слушаю…» — недовольно передразнил Каору. — Ну давай, смотри, не растеряй энтузиазм по дороге.

Каору прошелся взад-вперед по неровной площадке, подышал в туман, глядя перед собой невидящими глазами, и тихо сказал:

— Синдзи-кун, ты хочешь победы над этим всем?

«Над пустошью. Над мутантами. Над Атомными землями. После победы — новый мир, пусть невозможный, но ведь он и спрашивает о моем желании, не о факте. Ах да, он сумасшедший…»

— Да, хочу.

— Хорошо. А что дальше?

— Дальше?

— Да, Синдзи-кун, что будет дальше? После победы?

«Дальше… Три сверхдержавы со своими интересами. Нет больше общего врага, есть неосвоенные земли с ресурсами».

— Дальше — еще одна война, Каору. Возможно, ядерная.

Нагиса кивнул:

— Да. Хорошо, а потом?

«Потом? Новый мир — страшный, похожий на эти пустоши. Пустоши, где кипит… Война».

— Потом тоже будет война, Каору.

— Да. Даже если люди отправят себя в каменный век, они пойдут по новому циклу: племя на племя, народ на народ. За технологии, за пастбища, за женщину, за сокровище…