СИЗО
Шрифт:
Плюс ко всему, полгода назад был избран депутатом маслихата города Алматы.
Словом, слава Аллаху, все складывалось удачно и ровно.
В тот день, 14 ноября 2016 года, в благостном настроении я садился в машину. И тут зазвонил мой мобильник. Звонил мой старый приятель по имени Атабек.
– Салам, Бигельды! Как ты? Жив-здоров? – с присущим ему узбекским акцентом спросил Атабек.
– Спасибо, Атабек! Слава Аллаху!
– Слушай, я хотел пригласить тебя на обед. Знаешь кафе «Кишлак»» по улице Сейфуллина?
Встретились с ним в кафе. Отведав вкусных восточных блюд, мы прощались, когда ко мне подбежал обслуживающий официант и с тревогой в голосе сообщил:
– Ага, Вы ничего не заметили во время обеда?
– Нет!
– Вас фотографировал один парень и потом укатил на машине!
– Спасибо, дорогой! – спокойно ответил я официанту и, попрощавшись с другом, поехал в известный в Алматы фитнесс клуб «Фиделити» («Fidelity»).
Ехал в клуб, а в голове, как назойливая муха в летний день, вертелись слова официанта: «Вас фотографировали!».
Что это значит? Кому нужны мои снимки? Их и так предостаточно в Интернете, только набери мое имя! Да и Атабек – не из тех людей, чтобы фотографировать его вместе со мной. Странно. Хотя нет! Были же все-таки сигналы…
В течение последних двух месяцев мои друзья-бизнесмены предупреждали меня о том, что после встречи со мной соответствующие органы начинают прослушивать их телефоны. Доверенные люди из спецслужб говорили им прямым текстом: «Будь осторожен, тебя прослушивают! Из-за Габдуллина!»
До этого случая я обедал еще с одним другом-бизнесменом по имени Рустем в уютном, итальянском ресторане в центре города. Меня там знали, встречали вежливо, и я время от времени заглядывал туда. Потом Рустем завез меня домой, попрощались у подъезда. Прошло несколько минут, и уже из другого телефона звонит Рустем и просит меня подойти. Он находился недалеко от моего дома. Я вновь встретился с ним, и, он рассказал мне такую историю: «Бике, за Вами плотно следят. Я об этом догадался еще в ресторане, но не стал Вас тревожить, пока сам не удостоверился. Так вот, когда мы прибыли к подъезду Вашего дома, у соседнего подъезда я заметил человека, которого видел в ресторане. Еще там он вызывал у меня подозрение. Я хорошо запомнил его лицо и одежду. К тому же он нас фотографировал в момент нашего прощания. А когда мы тронулись, он следом поехал за нами. Но нам удалось оторваться от него. В общем, будьте осторожны, ага!»
«Кожамжаров хочет Вас арестовать!»
Вспомнил я еще одну историю. Мне позвонил один известный бизнесмен: просил подъехать в его офис. Я знал его уже несколько лет, ценил за порядочность, скромность, тонкий и сметливый ум. За последние годы у нас состоялись удачные совместные проекты.
Он обычно был свеж, как куст в утренней росе. Благоухал дорогими духами. Но сегодня даже его модная трехдневная щетина подчеркивала нетипичную для него, усталость. Хозяин кабинета неторопливо отпил глоток ароматного кофе и пристально посмотрел на меня. Я был медленно, очень внимательно изучен, словно при первом знакомстве. Человек, который всегда улыбался, шутил, сегодня выглядел утомленным и немного встревоженным.
– Бике, я вчера встречался с Кожамжаровым. Он хочет Вас арестовать! – тихим голосом заговорил хозяин роскошного кабинета.
– Арестовать? – изумился я. – За что?!
– Не знаю! Не говорит. Но имейте в виду, что персону такого уровня, как Вы, без согласования с Президентом он вряд ли решится арестовать. Значит, получил от него добро. Я пытался защитить Вас, сказал, что Вас хорошо знаю, ручаюсь, что Вы честны перед законом. Вроде, успокоился.
После небольшой паузы он спросил:
– Хотите моего совета?
– Не откажусь!
– Срочно летите в Астану, встречайтесь с ним, поговорите, в общем, Вам надо снять этот вопрос.
Я поблагодарил бизнесмена за заботу и хлопоты, пожал ему руку и вышел из здания его офиса.
Что делать, что предпринять? Я был уверен в себе: с финансами обращался нежно и бережно. Потому как знал, что за каждый тенге надо отвечать не только перед налоговыми органами, но и перед самим Аллахом. Об этом прекрасно помнила и мой бухгалтер с богатым стажем Галина Геннадьевна Бреднева, работающая со мной еще с 1998 года.
Да, за финансовую составляющую своей деятельности – можно не беспокоиться. Но вот куда ты, Бигельды, денешь сотни статей в газете «Central Asia Monitor», где остро критиковались высшие чины власти, начиная от самого Президента, заканчивая заместителями министров, акимами городов. Чего стоит одна судебная тяжба с руководителем «Самрук-Казына» Кайратом Келимбетовым? Да, тогда газета суд выиграла несмотря на то, что Келимбетова защищала целая толпа адвокатов – восемь человек. Он планировал не только закрыть твою газету, но и заполучить от издания несколько десятков миллионов тенге. Проиграть-то он проиграл, но забыл ли те острые публикации твоей газеты, освещавшей тот нашумевший процесс?
А сколько было подобных случаев у газеты за четырнадцать лет своего существования? Наверное, наберется более 250–300 статей.
Не менее критические статьи публиковал и твой портал «Радиоточка». Кто не помнит статьи-расследования портала под рубрикой «Кому принадлежит KZ»? На основе неопровержимых документов рассказывалось о миллиардах, миллионах в долларовом эквиваленте воровстве высших чиновников страны! Неужели ты думаешь, что все эти разоблачения и уличения не аукнутся в твоей судьбе?
Вот какие мысли копошились в моей голове, когда я в легком смятении летел в Астану после встречи с известным бизнесменом. Я знал, что в столице немало людей, которые могли бы принять меня по первому звонку, помочь своими большими связями и т. д. И все же в моей душе исподволь просыпалось неведомое доселе предчувствие чего-то необратимо ужасного.
Оно мучительно сдавливало сердце, сбивало дыхание, но по прилету в Астану я взял себя в руки и по мобильному телефону позвонил Генпрокурору Асанову.
Мне важно было знать: как он воспримет мой звонок, каким голосом будет разговаривать, не проявит ли при этом нотки опасения?
Генпрокурор говорил со мной, как и раньше, приветливо и без всяких скрытых подозрений.
– Бике, без проблем. Давайте встретимся в 11.40. Передайте номер своей машины моей охране. У подъезда Вас встретит мой помощник.
Я без всяких препон въехал на территорию прокуратуры, и моя машина остановилась прямо перед главным входом.
В этом здании Генпрокуратуры я бывал неоднократно и по разному поводу, в том числе и по журналистским делам. Вроде все знакомо и привычно. Но каждый раз меня удивляли зловещая тишина, которая висела в коридорах этого мрачноватого здания, молодцеватый, строгий вид помощников и советников Генпрокурора, словом, вся здешняя атмосфера таинственности и скрытности. В здании даже по телефону говорили тихо, чтобы не нарушить царящую вокруг тишину.