Чтение онлайн

Мой отец был высоким мужчиной, ростом шесть футов и четыре дюйма, и носил густую кустистую бороду. Глаза у него были ярко-синего цвета, почти полная противоположность бледно-голубым Рида. Оба были одного роста, хотя у Рида не было бороды.

Моего папу точно нельзя было назвать домоседом. Он любил охотиться, ловить рыбу и заниматься стройкой. У него была автомастерская в небольшом здании на заднем дворе, где ему нравилось возиться со старыми автомобилями. Он работал менеджером на местной бумажной фабрике, но был известен как один из лучших инженеров во всем городе.

Однако мой отец был жестким человеком. Быстро влюблялся, но долго держал обиду. Гнев был для него вторым «я».

— Поездка была нормальной, пап, — сказала я, высвобождаясь из объятий.

— Кажется, что тебя не было здесь вечность. — Отец снял шляпу и куртку.

— Всего лишь год.

— Что у нас на ужин? — спросил папа Кору, целуя ее в щеку.

— Курица и печеный картофель, — ответила та.

— Звучит отлично.

Папа сел за кухонный стол, я пристроилась рядом.

— Как работа?

— Долго и трудно. Как обычно.

— Кора рассказала мне о сокращениях.

— По всей стране одно и то же, — усмехнулся он. — Держались до этого, переживем и сейчас.

— Отрадно слышать. — Я улыбнулась. — Смастерил что-нибудь занятное в последнее время?

— По правде говоря, да.

Папа рассказал про машину, которая помогала сушить обувь вращением на высоких скоростях.

— Но она не очень-то работает, — сказал он наконец, ухмыляясь.

— Ты должен показать мне.

— Нет, — грозно сказала Кора. — Эта штука однажды убьет кого-нибудь.

— Она немного нервничает, потому что я разбил окно на прошлой неделе. — Отец отмахнулся от нее.

— Папа! — сказала я, смеясь.

— Все немного вышло из-под контроля. Ерунда. — Он пожал плечами.

— Ерунда? — переспросила Кора. — Ты запустил рабочий ботинок со скоростью тридцать миль в час!

Я чуть не согнулась пополам от смеха, представляя своего папу отчаянно пытающимся остановить взбесившуюся обувницу.

— Она преувеличивает, — пробормотал он.

Мы проговорили так еще с полчаса, пока ужин не был готов. Папа пошел переодеться, пока я накрывала на стол. Рид должен был вернуться, но его нигде не было видно, а взять с собой мобильный телефон он не потрудился.

— Этот юноша, — сказала Кора, качая головой. — Однажды он там потеряется.

Как только папа вернулся, и мы уселись ужинать без Рида, открылась входная дверь.

— Простите, я опоздал, — прокричал мой сводный брат.

— Твоя мать приготовила все это. Ты можешь хотя бы приходить вовремя? — папа строго взглянул на Рида, как только тот вошел.

— Прошу прощения, Джек. — Рид ухмыльнулся ему. — Я не думал, что ты удостоишь нас своим присутствием.

— Не умничай.

Рид уселся за стол рядом со мной.

— Пахнет чудесно, мам.

— Спасибо. Налетайте!

С минуту мы в молчании жадно уплетали еду, наслаждаясь стряпней Коры. Было странно ужинать в семейном кругу. Когда Кора была больна, в течение тех немногих раз, что я могла приехать, мы никогда не садились есть вместе, главным образом потому, что у нее не было аппетита.

— Без проблем нашла дорогу обратно? — спросил меня Рид.

— Да, хотя тебя благодарить не за что. Куда ты ушел?

— Нужно было кое о чем позаботиться.

— Надеюсь, этим «кое-чем» не было «рисковать своей жизнью на скользком обрыве скалы», — заметила Кора.

— Восхождение не угрожает моей жизни. Это все равно что прогулка по холму для меня, — усмехнулся Рид.

— Люди все еще называют тебя «альпинистом»? — спросила я его.

— Некоторые, да.

— Он скромничает, — вставила Кора. — Все до сих пор так его называют.

— Я предпочел бы, чтобы его называли как-нибудь по-другому. Например, «работающий по найму», — проворчал папа.

Рид пропустил это мимо ушей.

— Я полагаю, от некоторых привычек трудно избавиться.

— Привычки? Разве ты не установил десять региональных рекордов? — спросила я.

— Двенадцать, вообще-то, — кивнул он.

— О, прости. Я забыла, что ты был важной шишкой.

— Чувствуешь себя неловко?

— Только если немного.

— Не переживай, студентка. Ты не так уж плоха.

После этого комментария мы быстро расправились с едой. Мой папа объявил, что устал, хотя он потратил достаточно времени, чтобы закончить целую курицу в одиночку. После уборки посуды я зависла на заднем крыльце, слушая дождь, стучащий по крыше.

Через минуту вышел Рид.

— Славно здесь, — сказал он.

— Да. Я скучала по этому крыльцу.

Рид уселся на стул напротив меня, потягивая пиво.

— Хорошо выглядишь, — отметил он.

— Оу, спасибо.

— Колледж тебе под стать.

Я пропустила это мимо ушей.

— Куда ты ушел тогда на самом деле?

— На самом деле я не был в каком-либо особенном месте.

— Серьезно, не расскажешь мне?

— Серьезно. Давай поговорим о чем-нибудь другом. Например, о том, как ты все время пялишься на меня.

Я быстро отвела взгляд, понимая, что он прав. Не могла оторваться от него. То, как его рубашка облегала тело, было неоспоримо сексуально, и я снова и снова представляла ощущение, когда он поцеловал меня.

Так было всегда, когда я была около него. Как бы я ни старалась, все заканчивалось желанием сорвать с него одежду. Или, может быть, я хотела, чтобы Рид прижал меня к дивану и сделал все, что захотел.

В общем-то, оба варианта были хороши.

— Я не пялюсь, дурак.

— Да все в порядке. Я не против услаждать твой взор.

— Ты действительно не изменился.

— А ты изменилась. В тебе есть что-то новое.

— Что же? — не могла не спросить я.

— Бекка... — Он прищурился. — Ты, наконец, поцеловалась с мальчиком?

— Нет. Все еще скромница. — Я закатила глаза.

— Думаю, это неправда. Порезвилась немного в прошлом семестре?

Я рассмеялась. Если бы он только знал, насколько ошибался. В реальности я почти ничем не занималась, кроме учебы. Конечно, я была с несколькими парнями, но не так, как предполагал Рид.