Чтение онлайн

Они ехали молча, только иногда переглядывались и смущённо улыбались. Сергей поймал себя на мысли, что впервые в жизни он испытывает именно смущение рядом с этой прекрасной женщиной. Да и она совсем не походила на тех, что его окружали. Будь на Катином месте кто-то из его моделей, он бы спокойно работал, не обращая внимания на рядом сидящую женщину. Или вполуха слушал нескончаемый лепет и бессмысленную трескотню. Немного было тех, с которыми он мог общаться на равных. В большинстве своём окружающие его женщины казались Сергею глупыми жеманницами или профессиональными охотницами за мужиками. Сейчас же с ним в машине находилась красавица, что никак не вписывалась в его видение женщины. Точнее, в то, что он привык видеть. Мало того, что она молчала и только улыбалась, она не суетилась, не смотрела поминутно в зеркало, не поправлял макияж. Катя иногда проводила ладонью по шёлку, будто пробуя его на ощупь, и ещё реже облизывала губы, что заставляло Сергея сжимать кулаки. Да, он дал слово, но как выдержать, когда такая женщина находится рядом!

В ресторан они вошли рука об руку, Сергей помог Кате снять шубку и развернул её к себе.

— Кать, я хочу, чтобы ты знала. Что бы ни случилось дальше, как бы судьба ни распорядилась нашей долей, я рад и счастлив, что жизнь столкнула меня с тобой и позволила быть рядом.

— Я… я тоже рада, Серёжа. Очень. И надеюсь, что я… что нам всё удастся. Смотри, Игорь с Витей и Алёшей!

Они вошла в зал, и Сергей услыхал финал рассказа Шанина, закончившегося громким мужским смехом:

– К нам в отделение после ДТП поступил гражданин неопределённой национальности. В первый же день он начал качать права, маску не носит, из палаты выходит. В общем крутой до неузнаваемости. А у нас, у хирургов, есть такая традиция, что ли, мы после операции всем скопом больного со стола снимаем и идём помогать санитарочкам перекладывать больных, ведь нас много и мы все немаленькие. Как говорится, «когда нас семеро, то шанс каждому сорвать спину намного меньше». И вот, заходим мы в палату и видим данного пациента — руки в карманах, стойка «аля-улю пахан», дерзко отвечающего медсестре: «Ну и чо, что мне сказали не ходить по отделению? Вот хочу…» Тут он видит нас, вошедших в палату, и смиренно заканчивает: «…и не хожу по отделению, тут сижу».

Мужчины громко расхохотались, и вдруг Алексей резко закашлялся и удивлённо умолк, глядя на приближающегося брата и прекрасную женщину рядом с ним.

— Бог мой! Вы только гляньте, какую красавицу Серый привёл! Девушка, разрешите с вами познакомиться?

— Отвали, старшенький! А то сейчас вспомню юность и отрихтую твою наглую мордаху!

— Младшенький, а твоя совесть в курсе, что ты мне угрожаешь?

— Совесть в доле. Поверь на слово!

Братья пожали друг другу руки, и Алексей покачал головой. Он сразу заметил, ещё в их первую встречу, что Катя очень красива, но как-то замкнута и слишком стеснительна. Но сейчас перед ним стояла ослепительная красавица.

— Катя, добрый вечер. Я рад нашей встрече, девчонки там уже на уши весь ресторан поставили. Позвольте вас проводить? А то брат у меня совершенно безалаберный, ещё от массы впечатлений в обморок упадёт, — под ехидные смешки закончил он.

— Не хочу тебя сильно расстраивать, но у меня всё хорошо, — Сергей обнял Катю и не спеша повёл её в банкетный зал.

Позади шли улыбающиеся и довольные друзья.

Сергей

Весь вечер Сергей наблюдал за Катей и радовался. Тому, что она сегодня будто отбросила в сторону все свои проблемы. И тому, что она вела себя как женщина, что знает себе цену. Новое платье подчёркивало всё в её облике. Новом, немного непривычном, но таком ослепительном! Он радовался и… ревновал! Даже к брату, хотя не замечал раньше за собой такое проявление собственничества по отношению к женщинам.

Сергей с удивлением смотрел, как Катя уверенно держится, как плавно двигается в танце, смеётся, поправляет длинные волосы, делает маленькие глотки, кокетливо глядя поверх бокала. Она будто проснулась после долгого сна и стала собой. Наверное, такой она была до всего того, что принесло в её жизнь горе и несчастье.

— Анют, хватит трескать шоколад! Опять же обсыпет! — Шанин покачал головой и тяжело вздохнул. — Смотрите, мужики, и мотайте на ус — прячьте сладости в недоступных местах! Потом будет чесаться и предъявами бросаться, типа не остановил, не досмотрел.

— Шанин, это первая за последние полчаса! — возмущённо воскликнула Аня.

Все друзья громко рассмеялись, Даша что-то шепнула сестре, они вдвоём поднялись и не спеша направились в сторону дамской комнаты.

— Даш, я давно хотела тебя спросить. Ты как считаешь — ваша с Виктором разница в возрасте вам не мешает?

Даша пожала плечами, затем задумалась и ответила:

— Мне нет, да и мама его Татьяна Дмитриевна приняла меня как родную, жаль, Витин отец не дожил до нашей встречи. Знаешь, Кать, я же выросла не в обычных условиях. Нам в интернате как-то не до современной культуры было. Там такая муштра была, что думать о звёздах-кривляках некогда было. Я, если честно, многие имена только при поступлении в университет услыхала. А так — классическая литература, кино редко, тоже классика. Болтовня под запретом. Да и я не очень-то участвовала во всём этом. Я, Кать, последние несколько лет только физикой и спасалась. Может, поэтому довольно легко поступила на факультет ядерной физики. Витя смеётся — жена умнее мужа будет.

Они вошли в светлое помещение, отделанное бежевой плиткой. Даша оглянулась и прошептала:

— А я иногда слушаю, как он к процессу готовится или по телефону разговаривает, и такой дурочкой себя чувствую! Короче, оба умные! Сама справишься с этим бельём? Если что — три зелёных свистка в сторону моей кабинки!

— Дашка, — рассмеялась Катя, — откуда у тебя такие выражения?

— Как откуда, — закрывая дверцу, проговорила младшая сестра, — от умного мужа, разумеется!

Катя уже поправляла платье, когда услышала приглушённые голоса двух женщин.

— Ты видела, кого близнецы с собой привели? Это же кошмар и ужас! Мало того, что толстухи, так ещё и ведут себя, как базарные бабы! Представляешь, я слышала, как эта рыжая заявила: «Во мне гений крепко спит, а идиот явно не дремлет». Ты можешь представить что-то подобное в нашем кругу? А эта, что с Алёшей танцевала? Тебе не кажется, что она беременная? Боже, неужели братья опустились до обычных баб?

— По-моему, хуже чем подруга Сергея, вообще быть не может! Ты видела, какая она толстая? И платье на ней сидит, как на корове седло. Испортить такую вещь, надев на это недоразумение!

В этот момент Катя и Даша одновременно вышли из туалетных кабинок, переглянулась и улыбнулись. Обе сплетницы напряжённо замолчали и во все глаза уставились на сестёр. Даша тщательно вымыла руки и включила сушку.

— Да вы не переживайте, леди. А то, не дай бог, депреснётё, жрать начнёте всё подряд. — Она повернулась и с улыбкой уставилась на удивлённых девиц. — Лучшая диета, я вам скажу — это зависть. От неё худеют и сохнут, как вы. А вот от любви наоборот, цветут и округляются в нужных местах, как мы. И как говорит уважаемый Сергей Воскобойников — лучше качаться на волнах, чем биться о доски! А вам не мешало бы кое-где и кое-что нарастить, а то на детей Кощея странно похожи.

Она мило улыбнулась и направилась к выходу. Катя чуть задержалась у зеркала, с удивлением обдумывая сказанное младшей сестрой. Ай да Дашка! А с виду и не скажешь, что таким острым языком обладает. Видимо, жизнь в элитном девчачьем пансионате далась ей нелегко. И многому научила.

Сергей заметил, что Катя изменилась после их с Дашей недолгого отсутствия. То ли стала сказываться усталость, то ли Катя услышала что-то неприятное, но она вскоре тихо шепнула: «Пожалуйста, отвези меня домой». Воскобойников глянул на друзей, они тоже засобирались, договариваясь созвониться и обсудить праздничную новогоднюю программу. Сергей помог Кате надеть шубку и усадил её в машину. И совершенно не ожидал, что Катя вдруг опустит голову ему на плечо. Он чуть повернулся и коснулся губами её макушки, надеясь, что сегодняшний вечер для них ещё не закончен.

***

Сергей закрыл дверь, притянул Катю к себе и крепко обнял. Она изменилась в считанные секунды, пока они ехали в лифте. Вдруг появилась напряжённость, тревога, даже паника, которую Сергей ощущал физически. Он не понимал, почему Катя из весёлой раскованной красавицы опять превращается в замкнутую, чуть подрагивающую и почему-то испуганную женщину. Чего она боится? Ведь он не первый мужчина в её жизни. Тогда что её доводит до этого состояния, когда прерывается дыхание, дрожат руки и лихорадочно двигаются пальцы, теребя пуговицы на шубке?