Чтение онлайн

— Эй, парень, — зарычал вошедший в роль Макс, — отвали! Ты все не так понял!

Я с беспокойством заскакала вокруг них, готовая вмешаться в любой момент. Обещала же Инне, что с головы ее драгоценного сыночка не упадет ни один волос.

А охотник-то не слишком силен в борьбе! Хотя с Максом он почти на равных, я бы его уже давно разделала под орех, как и любой другой вампир. Даже странно, как это он с Герасимом справился. Ах, да. Герасима-то он одолел не в честном бою, а подло прокрался в его спальню в разгар дня, когда бедняга не мог оказать должного сопротивления. Во мне медленно закипела ярость.

— Лиза, — неожиданно выкрикнул Макс, — это не… — Но закончить фразу не успел — кулак охотника впечатался ему в челюсть.

Так, пора спасать племянника! Я молнией вклинилась между парнями, плечом оттеснила охотника, стремительным броском руки втолкнула Макса в подворотню и испуганно прижалась к охотнику. Все должно выглядеть так, словно вампир, воспользовавшись заминкой, сбежал, продемонстрировав нечеловеческую скорость. А то, что ускорения Максу придала я, останется моим маленьким секретом.

Из-за угла донеслись стоны и грохот тела — похоже, Макс споткнулся об кого-то из поверженных хулиганов. Охотник метнулся было вслед за ним, но я камнем повисла у него на локте, всем своим видом демонстрируя испуг.

— Пожалуйста, не бросай меня! — Паника в моем голосе завибрировала ультразвуком, останавливая охотника. Он с беспокойством наклонился ко мне:

— Он тебя не тронул?

— Не успел. Ты появился как раз вовремя! — льстиво замурлыкала я, строя ему глазки.

Ни один смертный раньше не мог устоять перед моим чарующим взглядом. А этому хоть бы хны! Он и в лицо-то мне не смотрел, таращился на шею, на которой рдели царапины от неудачного покушения Макса.

— Дай-ка посмотрю. — Прежде, чем я успела возразить, его пальцы ощупали мою шею. Да что себе позволяет этот мальчишка! Я даже зашипела от возмущения.

— Больно? — Он отдернул руку, словно обжегшись, и его глаза впервые встретились с моими.

Мое сердце, которое не билось уже сто лет, болезненно сжалось. Еще секунда — и разорвется в груди серебряной дробью.

— Алекс, — слабо пробормотала я, глядя в любимые глаза давно погибшего мужа, и осела в обмороке. Впервые со дня похорон Алексея.

Темнота баюкает меня, качает в своих блаженных объятиях, согревает теплом крымской ночи, ласкает мягкостью плюшевого пледа. Я открываю глаза и вижу кусочек вязаного свитера, к которому прижимаюсь щекой, чувствую, как покачивается земля под размеренными шагами того, кто несет меня на руках.

— Алекс, — забормотала я, прильнув к груди воскресшего мужа, — куда ты меня несешь?

— Домой. — Голос Алекса прозвучал непривычно низко. Бедняга, ему, наверное, тяжело! В прошлой жизни Алекс никогда не носил меня на руках. Даже на свадьбе. Обычай вносить невесту через порог дома в общей суматохе был позабыт.

— Домой? — переспросила я в недоумении. — Алекс, милый, — зашептала я, — наш дом уже нам не принадлежит. Там теперь расположен банк.

Мы познакомились в Петербурге, но вскоре после свадьбы переехали в московский особняк Алекса — его перевели из тогдашней столицы в Москву, а я последовала за ним.

— Мы идем ко мне домой, — прохрипел Алекс под тяжестью ноши.

Какая же я глупая! Конечно, если Алекс восстал из мертвых, то своим домом он теперь считает семейный склеп в подмосковном имении, принадлежащем моим родственникам. До смерти Алекса мы закапывали пустые могилы на границе поля с лесом. Ряд крестов для отвода глаз. Но когда умер Алекс, я настояла на строительстве закрытой гробницы. Там я могла навещать его с наступлением сумерек, а порой и оставалась в ней коротать день, спасаясь от солнечных лучей. Надеюсь, Алекс не сердится на меня за то, что в последние годы я навещаю его все реже?

— Или… — Он вдруг замер. — Ты боишься идти ко мне?

— Алекс, милый, — растроганно шепнула я, — твой склеп для меня лучше всех дворцов на свете.

Алекс крякнул от неожиданности и остановился. Над нами навис каменный козырек гробницы. Пришли. Надо же, как долго я была без сознания, раз Алекс пешком преодолел полсотни верст от Москвы.

— Алекс, — удивилась я, услышав звон ключей, — ты врезал в склеп замок? Когда?

— Не поверишь, — ответил он, внося меня в темное нутро гробницы, — но я и лифт провел.

Не успела я удивиться грохоту механизма, как меня ослепил яркий электрический свет. Наваждение прошло, как сон. Нет никакой гробницы — мы в современном лифте высотки, который несет нас вверх. Нет Алекса — меня держит на руках охотник, которого за моего погибшего мужа можно принять только на темной улице и только в изрядном опьянении свежей кровью. То-то от вожака хулиганов так пивом несло, вот мне его кровь в голову и ударила!

— Пусти!

Охотник не успел сообразить, как я уже крепко стояла на ногах, а он потирал плечо, прислонившись спиной к дверям. Двери открылись на этаже, и он вывалился на площадку, не удержавшись на ногах.

Сбежать бы сейчас домой, забиться под одеяло, но нельзя подводить семью. Я еще не узнала того, что хотела.

— Извини. — Я вышла на площадку и протянула охотнику руку. Тот ее проигнорировал и поднялся на ноги сам. Смешной! При ярком свете электрических ламп он выглядел мальчишкой. Совсем как Алексей в день нашей свадьбы. Ноги подкосились, и я прислонилась к стене.

— Эй, — смягчился охотник, — ну ты чего? Держись!

Он привычно подхватил меня на руки и понес к квартире.

— Сейчас кофе тебя напою.

Дурачок! Я старалась лишний раз не дышать, уткнувшись носом в его жилку на шее. Мне бы сейчас крови!

Парень загромыхал ключами, по очереди открывая замки. Интересно, как он объяснит родителям присутствие незнакомой полуобморочной девицы? Он вошел внутрь, я сделала глубокий вдох и поняла — в квартире мы одни. Четких запахов других людей нет, охотник живет один, и знакомство с родителями мне не грозит. Превосходно. Тем легче будет расправиться с парнишкой после того, как я получу нужную информацию.

Я соскользнула с его рук.

— Где у тебя ванная?

— Сюда. — Он подтолкнул меня к двери, включил свет, и я торопливо заперлась изнутри. Обернулась — и нос к носу столкнулась с собой. До чего же маленькие ванные в современных домах!

Зеркало чужой квартиры без всякой лести отразило всю мою вампирскую красоту. Растрепанные волосы, стертая помада (часть, должно быть, осталась на свитере охотника), расширенные от жажды зрачки. Хорошо еще, повезло перехватить немного крови Слепня, поэтому удается держать себя в руках. Но что, если охотник что-то заподозрил, уже зарядил пистолет серебряными пулями и поджидает за дверью? Или он останется верен себе и убьет меня, как и Герасима, колом в сердце?