Чтение онлайн

— Мне не нужна защита. — И если он действительно верил, что я осмелюсь пойти с ним за закрытые двери, то этот человек был не в своем уме от любви. Мне пришлось объяснять, почему дверь в ванной моего номера была разбита. Меня ужаснуло, что он признался и заплатил за причиненный ущерб.

Почему этот мужчина так удивлял меня? Это было безумие. Он был чудовищем, безумцем. И все же я хотела его до такой степени, что все внутри меня болело, а все тело сотрясала дрожь.

— Ни за что.

— Да, ты это сделаешь.

— А если я этого не сделаю?

Он откинулся на спинку стула, схватил еще одну устрицу и принялся уплетать ее точно так же, как делал это раньше. Боже, мне захотелось сбить с него самодовольный вид, и по выражению его лица поняла, что он это знает.

— Если ты этого не сделаешь, то будешь наказана. Ясно и просто. Однако знаю, какой хорошей девочкой тебе нужно быть, так что ты меня не разочаруешь. Правда?

Я рассмеялась, и это прозвучало так же нервно, как и то, что чувствовала внутри. Я хотела набраться смелости и сказать «нет», но Джонни был единственным человеком, который не поддавался никакой логике. Когда ему принесли напиток, молодая официантка, очевидно, была в восторге от него. И на несколько безумных секунд меня пронзил укол ревности.

— Какого рода опасность ты уверен мне угрожает?

Он допил свой первый напиток, прежде чем ответить, отодвинув стакан в сторону.

— Как мы уже говорили, у меня повсюду враги, cherie. Они не остановятся ни перед чем, чтобы добраться до меня, независимо от того, в какой стране я нахожусь, и кто бы ни был рядом со мной. В некоторых из них еще меньше человечности, чем, как мне кажется, во мне, и их не волнует, что их целью является женщина. Если бы они могли причинить мне вред каким-либо образом через тебя, они бы сделали это в мгновение ока.

Я подумала об угрозах и глубоко вздохнула.

— Ты угрожал мне в последние пару дней?

Вопрос, казалось, удивил его.

— Нет. Мне не нужно угрожать тебе, Седона. Между нами есть взаимопонимание. Да? А теперь расскажи мне. К чему ты клонишь? Мне нужно точно знать, что произошло.

Я колебалась, говорить ли ему что-нибудь, но мне нужно было увидеть это в его глазах, если он врет. Не была уверена, что это что-то изменит, но именно так я вела свои дела.

— Я получила угрозу по телефону и записку, оставленную в моей машине. Кто бы это ни был, он вел себя так, как будто знал о том, что произошло между нами. Я никому не рассказывала. Ни единой живой душе. Ты хочешь сказать, что это был не ты? Ты не пытался применить свою власть, помыкать мной?

Когда его глаза вспыхнули яростью, я поняла, что он ни в чем не виноват. Это означало, что настоящий убийца все еще на свободе. Наблюдающий. Ожидающий. Блядь.

Джонни несколько секунд смотрел на воду.

— Нет, моя cherie. Что бы ты обо мне ни думала, у меня нет привычки угрожать красивым женщинам, независимо от обстоятельств. К сожалению, я был прав, сказав, что ты в серьезной опасности.

— Что ты предлагаешь мне сделать? У тебя должна быть какая-то идея.

— На данный момент не уверен, кто может стоять за этим, в чем мне трудно признаться. Однако, позволь выполнить свою работу и защитить тебя. Ты совершенно не представляешь, с чем, возможно, имеешь дело.

Я рассмеялась, хотя меня трясло от осознания того, что оказалась в эпицентре войны.

— Тебе нужно подумать о том, кто несет за это ответственность. Дай мне список, и я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти их.

Его смех прозвучал так же горько, как и мой.

— Уверяю тебя, моя милая cherie, у меня есть связи и люди, которые изучают то, с чем мы имеем дело. Не могу и не буду взваливать это бремя на тебя. Это только еще больше навредит. Люди, которыми я себя окружаю, недолюбливают тех, кто занимается их изучением.

— Тогда я ничем не смогу тебе помочь.

Джонни приводил меня в бешенство, но, по правде говоря, чем больше говорил, тем больше я склонялась к мысли, что он невиновен в этом конкретном преступлении.

Почему его слова не удивили? Я сделала еще глоток вина, размышляя, как, черт возьми, мне от него отделаться. И это именно то, что должно было случиться. Больше никогда не смогу поддаться влечению или своим желаниям.

Когда он потянулся через стол и провел пальцем от одной стороны моего подбородка к другой, мои соски затвердели еще больше, проступая сквозь блузку. Когда я повесила пиджак на спинку стула, у него появилась четкая картина того, что он со мной делал. Мне нужно было отодвинуться, чтобы между нами оказалось как можно больше пространства, но когда я посмотрела в его завораживающие глаза, меня еще больше затянуло в темноту.

От Джонни божественно пахло, его лосьон после бритья был идеально острым, как будто он вышел из леса дождливым весенним днем. Он был настоящим мужчиной во всех смыслах этого слова, и на несколько секунд вокруг нас никого не осталось. Мы были только вдвоем в тот момент, за которым, несомненно, последует чистый, непристойный грех.

Наконец, я нашла в себе смелость отстраниться, разорвав гипнотическую связь, и уставилась на воду в надежде найти какой-нибудь другой метод спасения.

Но его не было.

Уродливая правда заключалась в том, что его прикосновения задержались, преследуя меня еще долго после того, как его присутствие исчезло.

— Ешь устриц, Седона, — скомандовал Джонни, позволив мне снова услышать сексуальный чавкающий звук. — Нравится тебе это или нет, но я есть в твоей жизни.

Боже, этот мужчина приводил меня в бешенство.

Я медленно повернула голову, не в силах отвести от него глаз. Не было ничего сексуальнее, чем то, как он ел сырых устриц, словно это была самая сочная вещь на свете. И когда он провел языком по губам, собирая капли острого сока, я была вынуждена с трудом сглотнуть, а мое сердце бешено колотилось в груди.

В моих действиях не было ни логики, ни причины, я сымитировала его, схватив одну из оставшихся ракушек, медленно поднесла ко рту, не торопясь слизала рассол, прежде чем запрокинуть голову.

— Ммм… Tout ce que vousfaitesestsensuel, elegant et pourtantcedontj’aienvieest brut et sale.

— Что ты сказал? — прошептала я, осознавая, что во время разговора позволила капельке сока скатиться по подбородку.

У меня вырвался смешок, но когда Джонни поднялся со своего места, наклонился и слизнул каплю, прежде чем захватить мой рот, я уронила ракушку и схватилась за край стола. В момент страсти он был нежен, несколько раз мягко приоткрыл мои губы, прежде чем проникнуть внутрь языком. Как и прежде, сочетание вкусов было неотразимым, настолько, что пульсация в моей киске стала взрывной.

Когда он отстранился, схватил салфетку и вытер рот, я обнаружила, что наклоняюсь вперед. Что этот мужчина делал со мной?

— Я сказал, что все, что ты делаешь, чувственно и элегантно, и все же то, что я жажду сделать, грубо и непристойно. Заканчивай с едой и вином, cherie.

— Затем что? — осмелилась спросить, испытывая странное волнение, охватившее меня. Я ненавидела себя за покалывающие ощущения и за то, что он заставлял меня чувствовать. Меня так тянуло к нему, что не была уверена, кто из нас больше увлечен другим.