Скандал
Шрифт:
Я почувствовала, что Майклу стало неловко от моей внезапной смены настроения. Может, ему стоит привыкнуть. Я снова скрестила руки на груди, смотря с укором то на одного, то на другого мужчину.
— Вы взяли мои флешки без разрешения.
Джонни, казалось, был более развлечен, чем когда-либо.
— В этом смысл попытки работать вместе.
— Возможно, но было бы неплохо, если бы ты сначала спросил меня. — Я бросила на него взгляд, пытаясь сдержать свой гнев. На данном этапе он его не заслуживал.
— Принято к сведению. Что касается твоего вопроса. Похоже, очернение продолжается. Мне жаль, что тебя впутали, Седона, — сказал Джонни. Он снова взглянул мне в глаза, очевидно, борясь с собой, чтобы не дать своей ярости возрасти. Но в его глазах оставалось любопытство к тому, о чем я думаю. Я чувствовала это костями.
Я глубоко вздохнула, и было очевидно, что оба мужчины ждали, что я сломаюсь, выплачусь, как делала уже слишком много раз. Я была вынуждена напомнить себе во время второго кошмара за ночь, что решила перестать быть жертвой, и это была правда. Если Кристина стоит за этой попыткой уничтожить двух людей, тогда я раскрою все секреты, которые эта сучка припрятала.
И выставлю ее в истинном свете.
Коварной сучки.
Но мне придется превратиться в ее подобие, использовать ее тактику, чтобы поймать ее на ее же игре. Да, я смогу это сделать.
— Отдай их, Джонни, — потребовала я, протягивая руку. — Думаю, мы оба знали, что так будет. Мне нужен компьютер, немного места для работы, а также время, чтобы работать не отвлекаясь. Мне нужно выяснить все детали того, что происходит. — Я отказываюсь позволить мерзости, которая стала моей жизнью, разрушить то, что знала, было правильным поступком.
Теперь я делала это для нас обоих.
Краем глаза я заметила, как Майкл бросил своему боссу хитрую ухмылку, которую мне больше всего хотелось стереть с его лица.
— Не так быстро, cherie. Майкл. Оставь нас одних на ночь. Собери войска, включая моего брата, на встречу утром. Свяжись также с моим отцом. Я хочу провести ее в его доме.
— Понял, босс. — Хотя на его лице отразилось удивление, Майкл больше ничего не сказал, прежде чем широкими шагами вышел из комнаты.
Я глубоко вздохнула, делая все возможное, чтобы игнорировать чушь на огромном экране. Они продолжали и продолжали говорить об этом, вскрывая всю мою жизнь. Где я училась. Где обычно обедала. Где жила. Ничто не было священным.
Джонни поставил свой бокал на стол, выключил телевизор и медленно направился ко мне.
— Вот что мы сделаем. Мы приготовим ужин и проведем приятный вечер. Этот новостной репортаж был предназначен для того, чтобы вселить в нас страх Божий. Это не то, кто мы есть и из чего мы сделаны. Завтра мы начнем разгадывать эту загадку.
— Тут нет загадки. Кристина Уорнер стоит за этим. Я в этом уверена.
— Как мой отец всегда говорил мне: когда что-то кажется слишком легким для понимания, это обычно неправильно. Не спеши с выводами. Это то, чего кто-то хочет от нас. Я не приму «нет» как ответ. Мой сын от тебя без ума. Может, это из-за печеньевогомонстра. Это самое близкое к нормальному маленькому мальчику, на что он был похож с тех пор, как вошел в мой дом.
Когда он так это преподнес, как я могла отказаться? Кроме того, я сомневалась, что он позволил бы мне это сделать. Я кивнула, не зная, что сказать.
— Но я уверяю тебя, cherie, мы во всем разберемся. И когда это произойдет, не сомневайся: тот, кто ответственен за это, дорого заплатит за причиненную тебе боль. И я не могу дождаться этого момента.
Правда была в том, что я тоже не могла. Другая правда, та, что пугала меня до смерти? Я хотела, чтобы он разобрался с этим по-своему. Независимо от обстоятельств или последствий. Возможно, я была той женщиной, что способна переступить тонкую грань.
Что же в этом такого плохого?
***
Я уже была уверена, что Джонни не способен меня удивить, но жестоко ошиблась. Приятно ошиблась. С бокалом мерло в руке я наблюдала за его общением с Кристианом и поражалась, насколько нежным может быть этот суровый мужчина.
— Знаешь, какой десерт для тебя приготовила Седона? — спросил он, поднимая голову и расплываясь в такой же беззаботной улыбке, как у мальчишки, стоявшего в паре шагов от него.
Кристиан отрицательно покачал головой, его глаза сияли.
— Торт из мороженого и печенья.
Было невозможно удержаться от смеха, глядя на его гримасы, а когда он щипнул Кристиана за нос, тот рассмеялся так, словно это было верхом счастья.
— Принести торт из морозильника? — спросила я, стараясь, чтобы голос прозвучал напевно, и поставила бокал на столешницу кухонного острова.
На этот раз мальчик энергично закивал. Джонни приготовил на гриле чизбургеры — эти неопрятные, но божественно вкусные бутерброды стали, пожалуй, лучшей едой, что я пробовала за долгое время. Как же было приятно расслабиться и сделать вид, что я не провалилась прямиком в ад. Даже домашний картофель фри оказался самым лучшим из всех, что мне доводилось есть. Достав торт из морозилки, я с удивлением разглядывала бесчисленные упаковки с мороженым, ютящиеся на полках.
— Интересно, это ты скупил все эти запасы замороженных сладостей? — спросила я, ставя торт на стойку и направляясь к шкафу за пиалами.
— Возможно, — Джонни в который раз подмигнул Кристиану. — Не буду ни подтверждать, ни отрицать. Или, в присутствии моего адвоката, мне следует сослаться на Пятую поправку?
Мне хотелось сказать, что мои шансы остаться адвокатом где бы то ни было стремятся к нулю, но я лишь преувеличенно закатила глаза.
— Ага. Твоим личным, частным адвокатом?
— А то как же.
Я по-прежнему считала, что бегство сопряжено с рядом очевидных проблем, не говоря уже о внимании прессы, которое превратило меня в антигероиню соцсетей, если такое вообще бывает. Это также изменило мой образ мыслей.
И мое представление о том, что по-настоящему важно.
Что ж, мне нравилась эта перемена — неожиданная и освежающая, так что хотелось сбросить туфли и погрузить босые ноги в шикарный газон снаружи. Правда, затея была так себе, ведь наверняка за каждым углом дежурили вооруженные охранники, большинство из которых понятия не имели, кто я такая и что, черт возьми, здесь делаю.