Чтение онлайн

Мама неодобрительно качает головой.

В тот вечер я сослалась на головную боль. Сказала, что сильно устала от шума вечеринки. А на следующий день убедила себя, что никто ни о чем не узнает. Мадине написала сообщение, что все прошло хорошо, и мне помогла целительница.

Тогда у меня даже мысли не промелькнуло, что она что-то подстроила. Я решила, что сама ошиблась номером.

– Почему ты не рассказала сразу?

– Я боялась. Это такой позор, - всхлипываю, закрывая лицо ладонями.
– Я надеялась, что это просто ошибка. Что все это просто недоразумение. Ведь Мадина… Мам, мы же с ней планировали, что ее замуж возьмет Артур, двоюродный брат Арсена, и мы станем семьей!

Мама опять тяжело вздыхает.

– А ее и возьмут замуж. Насколько я слышала, Тахировы уже договорились с родителями Мадины. А Арсен наверняка женится на сестре Марины. Так что не для тебя она семьей хотела стать.

Горькие слезы скатываются по щекам, но я даже не пытаюсь вытереть их.

Это моя вина. Только моя…

– Мам, что теперь делать?

Она молча обнимает меня. Долго-долго молчит.

– Не знаю, Аиша. Не знаю… Запись увидело столько людей, что вряд ли слухи удастся остановить. Да и не думаю, что Мадина согласится дать показания в твою пользу.

– Дядя Хасан меня выгонит, да?

Я боюсь на нее даже смотреть.

– Не говори глупостей, - неуверенно отвечает она.
– Но даже если так… Мы уйдем вместе, дочка.

– Нет, ты не должна, я…

– Аиша, - прерывает мама.
– Не рви мне душу, ладно? Ты думаешь, я откажусь от своего ребенка?

Осознание собственной вины ложится на меня тяжелым грузом. Как бы я хотела отмотать все назад, рассказать все честно, а не надеяться, что все случившееся так и останется страшным сном.

Я уже собираюсь предложить маме все-таки попытаться поговорить с Мадиной, как дверь открывается, и в мою комнату заходит отчим.

Смотрит на нас тяжелым взглядом, а затем произносит:

– Я принял решение.

Всего три слова, но мне кажется, в них - мой приговор. Сейчас так страшно, что я не могу вдохнуть полноценно. Лишь испуганно смотрю на отчима. Тот медленно проходит в комнату, встает напротив нас с мамой.

– Хасан, если ты… - начинает она, но тут же осекается под мрачным взглядом мужа.

– Я хочу узнать, когда это произошло. И как.

– В день рождения Мадины, - тихо отвечаю.
– Я… - замолкаю, чувствуя, как крепче сжимается мамина рука у меня на плече. Словно предостерегая.
– Я устала от шума гостей и вышла прогуляться, - запинаясь, продолжаю, гадая, верно ли поняла намек.

Кошусь на маму.

– Аиша, расскажи, - мягко говорит она.
– Про ту девушку из номера. Как она тебя затащила туда, попросила помочь…. Ну же.

– Наима, пусть дочь сама все расскажет!
– чеканит отчим.

Я не понимаю, зачем скрывать истинную правду. Но, может быть, мама права - причина не так уж и важна, а если дядя Хасан узнает про мою ущербность, то будет еще сильнее злиться. А нам бы с этой ситуацией справиться.

– Да, так и было. Я зашла, чтобы…

– Чтобы?
– нетерпеливо спрашивает он.

– Помочь. Девушка попросила помочь.

– Где это было?

– В другом крыле. На том же этаже. Но когда я зашла в номер, там был тот самый мужчина. Он сразу набросился на меня, приняв за… За… Он решил, что я должна с ним…

Отчим стискивает зубы, мрачнеет так, что мне становится жутко.

– Он тебя трогал?
– я молча киваю.
– Почему не кричала? Почему не звала на помощь?

– Я пыталась. Но он был сильнее и…

– И?

– И как будто пьян. Хотя запаха алкоголя я не чувствовала, но он словно не слышал моих криков.

– Значит, он все-таки взял тебя?
– мрачно уточняет отчим.

– Нет. Мне повезло - в комнату вошел другой мужчина. Он был одет и остановил все это.

– Кто это был?

– Я не знаю… Я не помню! Клянусь! Я так испугалась, думала, что это все, конец. Клянусь, между нами ничего не произошло, кроме того, что он меня прижал к стенке.

– Что было потом?

– Я… Я не знаю. Тот, второй, что-то говорил, но я мало что помню. Пришла в себя, уже когда была в его машине.

– То есть ты даже не знаешь имени того, кто тебя привез?

Вопрос для меня хуже, чем удар кнута. Отчим во всем прав. Я совершенно безответственно поступила и виновата во всем. Если бы я только знала…

Но сейчас, силясь вспомнить тот вечер, я не могу даже описать незнакомца, который меня спас. Запомнила только, что он был высоким, и от него пахло морской свежестью.

Слишком я была напугана тогда. Даже не знаю, как сумела назвать свой адрес.

Воспоминания до сих пор отдельными вспышками.

– Почему не рассказала сразу?
– спрашивает он ровно то же самое, что и мама.

– Я испугалась.

– А оказаться порченой ты не побоялась?
– рычит отчим.
– Не побоялась, что об этом узнают?!

– Я… Я подумала, что это просто недоразумение! Мне же... Я думала, что…

– Хасан, хватит, - вмешивается мама. Отпускает меня и встает с постели передо мной.
– Хочешь наказать - ты вправе. Решишь отречься от нас - я тебя пойму. Но хватит мучить мою дочь.

– Нашу!
– рявкает тот.
– Или ты забыла, что я принял вас обеих? Дал свою фамилию! Заботился, обеспечивал и любил!

– Ты прав, - тихо соглашается мама.
– Мне не в чем тебя упрекнуть. Я же ошиблась. И будет справедливо, если ты не станешь нести этот позор вместе с нами.

– Уже намылилась куда-то?
– грозно спрашивает отчим.
– Забыла, что ты моя жена, а Аиша - моя дочь?!

– Нет, конечно. Но и делу криком не поможешь.

– То есть ты решила меня поучить, женщина?
– все сильнее расходится отчим.

Я и без того чувствую себя виноватой, а с каждым их словом ощущаю себя не просто бестолковой, но и лишней.

– Я сама уйду!
– вмешиваюсь, надеясь остановить это безумие.
– Это моя вина, и отвечать только мне.

– А ну, сели обе!
– рявкает дядя Хасан.
– Быстро!