Чтение онлайн

Алексашка повернулся к спящему Петру, и вдруг разглядел торчащую у него из кармана толстую пачку каких-то цветных бумаг. Похлопав по карманам, он обнаружил и у себя такую же пачку , но, потоньше. На одной стороне бумаги был изображен непонятный вьюнош с гордо скрещенными на груди руками, при сабле на боку, и эполетами на плечах. Би – лет Ба – н- ка Ро-сси-и, прочел Меньшиков . Пя-ть ты-сяч руб-лей. От те , нате, хрен в томате, охал дядя, на чужие деньги глядя!!! Прошептал Алексашка , да тут только в моей пачке тыщ триста будет! Воистину говорят – Баба с возу – потехе час! Это ж по-нашему , 15 кораблев в Голландии или Англии купить можно. А ежели у себя строить , так и все тридцать получится….. Зашевелился Петр. Усы под платочком задвигались, и Петр оглушительно чихнул. Платочек отлетел в сторону. Петр сел, и, протирая глаза, нащупал рядом стоящую початую бутылку. Премного отпил. Крякнул, глаза его навелись на резкость, и он , уже не таким мутным взором осмотрелся вокруг. Глаз сфокусировался на Меньшикове. Данилыч, потрясая пачкой банкнот, приготовился было поведать царю о неведомо как свалившемся на них богатстве. Однако в этот момент кусты затрещали, и оттуда появилось некое подобие бильярдной пирамиды. Причем, в качестве битка выступала черная , кудрявая голова вчерашнего арапа , а за ним быстро двигалась пирамида вчерашних, бритоголовых скинов. Арап привычно попытался просочиться через решетку, скины за ним. Петр , тоже привычным движением «разбил» пирамиду, влепив первому скинхеду в глаз. Им оказался опять же давешний Прыщ. Он изобразил в полете петлю Нестерова ,и , дрогнув напоследок толстоподошвенным модным Camelotом , затих в облюбованном , намедни кусте. Пирамида раскатилась. Вперед вышел вчерашний фюрер, и озадачено произнес. Во блин, день сурка , блин. Петр ненароком согнул туда и обратно подобранный с земли железный прут. Фюрер судорожно сглотнул. Пошто опять к арапу пристали нехристи? Бешено вращая белками с красными прожилками, проговорил Петр. Не желая терять авторитет , фюрер прокричал арапу , испуганно выглядывающему из-за спины Алексашки – Ахереть мона! Ну ты , блин, джедай, блин. Тебе же говорили, раздуплись и ходи по городу без грима. Еще раз поймаем , устроим тебе Тайд с кипячением аднавременно. И, обращаясь уже к Петру – Рекогнайз (Recognize – привет скин.), апять ошибочка вышла ааатцы. А вы чего лелики штоли (Лелик – друг скин.), каждый день на одном месте маракуете? Тханкс (англ. – спасибо) что разбор полный не устроили, ну, не признали апять лицедея в гриме. Повернулся к своим и прокричал. Атас пацаны. Хватай Прыща. Дефилируем со жмура. Поцинковали на Лиговку. Тама наши и картоффели (KartoFFel – Skinhead боец, хулиган болельщик команды "СПАРТАК") рулезный (Рулёз – круто) махач ( махыч, драка) с некстами (Поколение Next –реперы)собираются устроить. По дороге заскочим к ляляке (Ляляка – новый русский)одному, он обещал нас на мордаляп пофоткать (Мордаляп – фотоаппарат), а за это бабасов (Бабасы – деньги) отвалить. Прикупим на шару (На шару – даром)маянезу (Маянез – самогон) для тонусу, фак клинтон (fuck clinton – выражение скинхедов, выражающее свою ненависть к всему западному), нашенского. Гумманойды!!!! (Гумманойд – skinhead). Хватай Прыща. Поскакали. Да каску (Каска – голова) ему поправьте валенки (Валенок – полный тормоз) , вы ж не абапелы( Абапел – ну полный идиот) ляпупельные ( Ляпупель – чел тормоз), а то обдолбыша (Обдолбыш – придурок) в штаб донесете, он все столбы репой лысой (Лысый – скинявый) пересчитает по дороге. Пирамида развернулась и поантилопила обратно. Роль битка теперь играл Прыщ, у которого фонарь под другим глазом стремительно набирал силу, закрашивая постепенно и лысину.

Алексашка произнес им вслед многозначительно – Рожденный ползать на голову не нагадит… Петр ошарашено спросил – а это што за иноземцы? Язык вроде и наш и не наш! Слышь, Ситвияндыч, может, ты знаешь? Арап перестал дрожать и ответил. Чего тут знать? Наши. Отморозки. В гитлеров не наигрались, как их земля носит. Никакого спасу от них нету ни нам, ни джумшутам с равшанами. Милиция давно рукой на них махнула. Петр пробормотал – Ни рыба, ни мясо – ни кафтан, ни ряса…..Арап промямлил – мужики! А у вас пивка не найдется? А то мне еще на Петроградскую чапать. В горле пересохло от этих олимпийских игр. Петр пошарил за спиной и достал три бутылки «Балтика -9». Откупорили. Из под пробок потянул вкусный дымок. Выпили. Меньшиков спросил. А! Скажи друже Ваня , какой нонче год на дворе? Арап подскочил на месте – ну, вы блин даете дядьки. Допились. Какой! Какой ! Две тыщи девятый с утра был. Петр с Меньшиковым окаменели.. ….. Допили пиво. Петр многозначительно покрутил треуголку и произнес. Ну, да чему быть, тому не миновать! Пойдем, осмотримся, надо ж и тут как то выживать. Много храбрых, на полатях лежучи. Да уж, ответил Меньшиков – Трын трынил на святой Руси, да и протрынился еси…..Куда направимся ? Мин Херц? Петр размышлял. Затем выглянул через ограду, и прикрываясь от солнца , как козырьком поглядел за Неву. Смотри! Алексашка! А кунст-камера то моя за мостом, как стояла, так и стоит! Пойдем , поглядим штоли? Меньшиков вгляделся тоже. Пойдем. Только , государь, как же мы Неву-то преодолеем? Ванька–арап подбоченился, и произнес. А чего ее преодолевать-то вон мост еще не развели. По нему и пройти можно. Дяденьки, а у вас не найдется пару рублей? Совсем обеднел. До степухи не дотяну. Меньшиков не глядя, протянул арапу 5-ти тысячную купюру. Тот ахнул и проговорил – или Рокфеллер – или фальшивую суешь? Или впрямь государь пожаловал!? Меньшиков дал арапу затрещину. Ты кого, козья морда поносным именем называешь и в фальшивках подозреваешь? Государя всея Руси!? Петра Великого. Да я тебя сейчас лично палкой отхожу, или лысых пряников обратно кликну. Они тебя враз наизнанку мехом вывернут. Будешь , правда не белым, так хоть розовым спервоначалу. Иван Патрислумумбов заскулил. Не надо, не признал сразу , а давайте я вас провожу до кунсткамеры. Мне все равно в ту сторону топать. Только деньги не отбирайте!? Лепо сказал Петр. Веди. Но ежели еще чего поганое про меня брякнешь, я тебе вот энтим кулаком таку припарку пожалую, что даже на твоей харе блямба проступит, не запудришь.

Ну, чего!? Как говориться – скучен день до вечера, коли делать нечего , проговорил Петр. Допиваем сие зелье и в поход. Так и не понял чего пили, по виду пиво, на вкус дерьмо, но в голову шибает крепко. Допили, крякнули, и по очереди полезли в оградную дыру на улицу. Вылезли аккурат перед трапом фрегата «Благодать» . Матрос сразу узнал вчерашних гостей , молодцевато откозырял. Невдалеке стояла группа туристов из Японии. Петр обратился к матросу – ну как служба? Матрос ответил – стараюсь , Вашбродь! Петр привычно потрепал его по плечу, обернулся к Алексашке. Дай ему на водку. Меньшиков достал из кармана 5-ти тысячную купюру и отдал матросу. Благодари государя, шепнул Меньшиков. Матрос, опешив от такого богатства, шлепнул бескозыркой о гранит набережной, и, прослезившись, отчеканил. Да, мы вашбродь, за Вас, да ежели Вы так, да мы ж……и не найдя слов прокричал троекратно – Урааааа! Урааааа! Урааааа! Петр степенно ответил. Ну, полно, полно. А вот скажи, как мы вчера погуляли? Матрос закатил глаза и произнес – ооооооооо! Такого веселья этот корабль со времен спуска на воду не видел. Задали Вы перцу всем вашбродь. Одна мамзеля, как она все время говорила – праправнучка Екатерины великой, Вас ажно за ограду проводила. Насилу хахаль ейный с охранниками уняли и увезли. Алексашка подумал про себя – так вот откуда ридикюль с платочком взялись. Силен Мин Херц однако. Петр же в ответ усмехнулся и многозначительно проговорил : Ну, дык, седина бобра не портит….. Эх, лепота , потянулся он (Балтика №9 прижилась в его могучем организме). Сейчас бы трубку курнуть и в поход. Матрос засуетился, достал из клешей пачку сигарет «Петр 1» и протянул Петру настоящему. Чего это? Заинтересованно спросил Петр. Никак табак !? И прочитав, название по складам, весело захохотал. Смотри Алексашка – помнят Петра потомки. Трубки бумажные делать стали с моим именем. А небось не помнят ужо, кто табак на Русь завез? Матрос протянул сигарету Петру к губам, тот, осторожно взял. Служивый чиркнул спичкой и поднес огонек к сигарете. Петр затянулся, выдохнул душистый дым, и зажмурился от удовольствия аки кот на солнышке. Ты гляди Алексашка и кресало у них какое. Не нужно тюкать по 40 раз чтобы огонь добыть. Матрос, млея от счастья, протянул Петру коробку спичек и пачку сигарет. На спичечной этикетке красного цвета красовалась перечеркнутая бука «С». Добровольное спортивное общество Спартак, прочитал Петр и протянул пачку Меньшикову. Тот достал сигарету, сунул в рот, фильтром наружу. Петр чиркнул спичкой , дал ему прикурить. Меньшиков затянулся и раскашлялся до слез. Арап выхватил сигарету у Меньшикова и прокричал. Да ты што , барин!? Ее ж другой стороной курят . Взяв у Петра новую сигарету и спички , он быстро ее раскурил. Закурил и Меньшиков новую сигарету….. В это время послышались возгласы – Сегун! Сегун!. Это японские туристы , окружив Петра с Меньшиковым и арапа с матросом, принялись усиленно пыхать вспышками и водить видеокамерами. Самый настырный японец взял Петра за пуговицу , и заглядывая в глаза снизу в верх спрашивал. Цаль? Цаль лусский? Петр опешил. Ситвияндыч! Это чего за басурмане? Пошто лица желтым вымазали? Арап махнул рукой . Да не басурмане , а японцы. На острове живут. Рыбу сырую едят , повозки самодвижущиеся делают. Тем и промышляют. А лица желтые от природы. Вот как у меня тыква цвета котелка копченого, так и у них дыня желтая. Петр повернулся к японцу, оттопырив мизинец, убрал его руку от своей пуговицы , и страшно вращая белками выдохнул.

Ну, царь , царь! Чего гляделки вытаращил? Репа недопаренная? Иди ужо , пока как шведам под Полтавой пинка под зад не получил. Японец, не поняв, тем не менее, сложил ладошки, поклонился, и сказал. Хай! Лусски цаль. Коничиваа Хисасибури дэсу…(здравствуйте, давно не виделись яп.) Петр ответил – сам ты Хай, не сказать еще хужее. От поистине говорят – чем удобряли….то и выросло, килькоеды. В это время позади японцев взвился зонтик экскурсовода, и отрывистый окрик пригласил туристов к автобусу. Японец, мелко кланяясь, пробормотал. Гомэн насай, дзя мата (извините, еще увидимся яп.). Лусски цаль. Петр – ну вот опять «насаем» обозвал. Алесашка ! Может врезать ему под микитки, чтобы неповадно было? Меньшиков отгородил собой японца от Петра, и проговорил. Да брось ты его Мин-Херц, не видишь, чисто дети. И росту карлицкого и рожи цвету болезного. И, поворачиваясь к японцу крикнул – ну, ты! Клизма – знай свое место. Японец посимаронил к своей группе, часто оглядываясь и кланяясь беспрестанно. Группа быстро погрузилась в автобус и укатила. Арап повел Петра с Меньшиковым по набережной к мосту. Мимо пробежала стайка студенток с папками под мышкой. Одна звонко рассмеялась, увидев необычную компанию и прокричала им вслед. Гляди – Петр опять арапа женить ведет. Эй ! Царь! Может, меня на нем женишь? Только приданого хочу побольше! Петр непонимающе уставился на них. Ситвияндыч! Чего это они? Да не обращайте внимание ваше величество , это бончбруевичихи с занятий идут. Кто!? В один голос вскричали Петр и Меньшиков. Ну, студентки из института связи имени Бонч-Бруевича. Петр ошарашено – а что у вас и девицы в студентах? Да, премного! Ответствовал Иван Патрислумумбов. Нарядятся в мини-юбки и профессоров смущают. Взошли на Дворцовый мост. На середине Петр остановился, и, оглянувшись, обомлел. На фоне редких барашков на темных Невских водах, сиял великолепный Зимний дворец. Шпиль адмиралтейства полыхал золотом. По Неве сновали всевозможные суда полные людей. Слезы потекли из глаз Петра. Смотри Алексашка! Все , как я мечтал. Значит не зря , мы бороды боярам рубили, не зря мужиков в болотах морили. Вот он град Питера, стоит века. Меньшиков тоже заворожено смотрел вокруг. Эхххх! Лепота какая ! Мин Херц! Эх! Недаром у нас на Руси говориться – попал бы ты в Питер, он бы тебе бока вытер. Постояли. Поглазели. Арап нетерпеливо перебирал ногами, но позвать идти далее не решался. Уж больно грозен был царь. Наконец, насмотревшись, Петр потянул Алексашку через мост дальше. По дороге он задавал арапу много вопросов. А скажи Ситвияндыч! Вот понастроили Вы мостов. А корабли как по Неве теперь плавать не могут штоли? Вон «Благодать» какой огромный. Небось, мачты под мостом оставит, ежели вверх по Неве пойдет. Арап, мысленно прикидывая, как бы еще стрельнуть денег, машинально , махнув рукой ответствовал. Да ништо. Мосты ж ночью разводят , так что не только «Благодать» , морские почитай проходят. Это как ? Разводят? Опешил Петр. А вон смотри , два пролета поднимаются как крылья, пропускают корабли , а на день опять опускаются. Петр восхищенно – ты ж , смотри, Алексашка, как хитро придумали. Ну , а ежели днем корабль подойдет? Ну и чего такого, будет ждать ночи. Да корабелы то все уж знают за столько лет, маршрут и рассчитывают, чтобы к разводу мостов к Питеру подойти. Петр, широко шагая, изумленно продолжал расспрашивать. Да это что же за механизма такая, чтобы эдакую громадину понимать ? В ней же весу тыщи пудов? Арап, с трудом поспевая за царем, пояснил – Так там шестеренки с зубьями в мой рост. Не просто так. Подошли к кунст-камере. Меньшиков почесал затылок и сказал – Мин Херц ! Вроде и она и не она. Петр озадаченно оглядывая строение , произнес. Дык, лет то сколь прошло Алексашка. На двери висела табличка – «Кунсткамера – первый российский музей для «поучения и знания о живой и мертвой природе, об искусстве человеческих рук»…

Петр попытался открыть дверь. Арап сказал , что без билета не пустят. Какого такого билета? Спросил царь. Арап пожал плечами. Ну, за вход платить нужно! Петр изумленно произнес. – Вот щучьи дети , и тут деньгу сдирают. Правду бают «Копни поглубже, найдешь погуще». По моему ведь указу вход должен быть бес-плат-ный. Даром! Я за смотрение экспозиции наоборот, велел дамам кофию, а мужикам рюмку водки или венгерского давать. Цукербродами (сахарный хлебец, печенье – нем.) всех потчевать!? А тут наоборот деньгу берут? И что? Ваня! Ходит народ? Платит? Арап Патрислумумбов, любовно хрустя 5-ти тысячной в кармане произнес – Даром!? Даром – за амбаром. Да полно народу ходит. Одних туристов за день по тыще проходит. Канешно, это не в Эрмитаж или там, в Петродворец, банок стеклянных с уродами народ чурается, но тоже много приходит народцу.

Не страдает музеум сий от безденежья. Почитай если бы не воровали процентов 85 , то в казне баальшой прибыток был . Сам того не замечая, арап тоже перешел на старорусский говор. Петр протянул арапу 2 пятитысячные купюры и велел взять билеты на всех. Тот обрадовался было, такому прибытку. Не тут то было, Меньшиков грозно погрозил кулаком и произнес – Сдачу принеси , братское чувырло. Знаю я вас лихоимцев. Арап быстро сгонял за билетами и протянул Меньшикову сдачу – две тысячные купюры четыре сотенных и штук 15 десяток. Он не поленился , сгонял к пивному ларьку и разменял деньги. Кроме этого , он вручил еще каждому по бутылке «невского» светлого. Так-то произнес Алексашка . У меня не забалуешь. Арап покраснел так, что не спас даже его природный загар, и в кармане затолкал поглубже вторую пятитысячную.

Петр, открывая бутылку, весело проговорил – Ну! Сперва аз да буки, а потом веееди и науки.

Пиво забулькало, заструилось по царевым глоткам вовнутрь, принося с собой умиротворение.

Допив пиво, Ситвияндыч отворил двери , и все вошли внутрь.

Иван разглядев огромный плакат, на котором красовались расценки на посещение, как то , вдруг вытянулся раза три , прикрыл стоимость обычного взрослого билета в 250 рублей на человека, практически своим телом, потащил Петра с Меньшиковым в залы. У входа сидел вахтер, мужского пола. С надетой на голову пуховой шалью серого цвета , концы которой крест накрест опоясывали грудь. Вахтер, бодро создавая сквозняк спицами, вязал длинный шерстяной носок. Увидев вошедших, он , не отрываясь от носка, визгливым голосом прокричал – билеты?! Арап протянул билеты. Вахтер, близоруко щурясь, пересчитал и перевел взгляд на троицу. Ух, ты батюшки! Никак негра? Ну и шуты приперлись. И уже напрямую, обращаясь к Петру . Ты чего мил человек как пугало воронье в это рванье вырядился? Ну, ладно этот малолеток ваксой намазался, а ты-то !? Переросток. Детство в заднице играет? Петр стал наливаться гневом. Кулаки его сжались, глаза выкатились. Меньшиков, зная крутой нрав Петра повис у него на руках. Мин Херц ! Охлони! Забыл куда попали? Откуда этому полубабе царя знать.

После этих слов завелся уже вахтер. Он соскочил со стула, швырнул в угол носок со спицами. Подбоченился, отставил ногу в валенке с калошем, гордо задрал нос. Он даже стал чуточку похож на революционного матроса. Только перекрестье было не из пулеметных лент, а из концов шали. Это я-то про царя не знаю!? Это я-то полубаба. Да я почитай более 60 годков в ентом музее. Да я каких тока царей не видел. А ты не тычь носа в чужое просо. Тоже мне петух гамбурский.

Петр в ответ прокричал. А чего тогда мой камзол дерюгой дразнишь? Сий камзол лучшего голландского сукна , лично мной за гульдены куплен в Амстердаме.

Вахтер с издевкой – гоооллландского! Новозеландского. Дай пощупать. Я их за свою жизнь столько повидал. Он пощупал край камзола Петра, и изумленно произнес – Поди ж ты , точно голландское сукно. Такое в 36-м годе на експонате было, когда выставку к нам из Голландии привозили. Ты это! Парень! Не серчай. Ошибка вышла. Как на Руси говорится – Гостей встречают по одежке , а провожают по морде.

Тут кого только не ходит. Один раз «Лицедеи» с Полуниным в таких нарядах приперлись….чуть весь музей не спалили. Ты , давай лучше говори, чего в Петровскую одежду вырядился? И поворачиваясь к Меньшикову – а ентот–то , ну ты погляди ! Чистый Меньшиков Алексашка. Меньшиков пробурчал в сторону – а я и есть Алексашка. Выручил всех Ванька Патрислумумбов. Он сунул вахтеру 100-рублевку, и сказал. Да ты не серчай дедушка. Актеры это из театру. Им на «Благодати» на корпоративе играть нужно. Вот и стараются на царя походить. Сотенная с руки арапа испарилась мгновенно. Лицо вахтера размякло. Ааааа актеры. Ну , тогда ладно. Только руками ничего не трогайте. Иван продолжал. Дедушка ты покажи нам старые експонаты. Те, которые еще при самом Петре тут были. И он многозначительно похрустел второй сотенной. Вахтер подобрел еще больше. Он было подбоченился, но , получилось больше, что раскорячился. Поправил завязки шали, затолкал кальсонные штрипки поглубже в валенки, и добавил. Дык, совсем то старых почти не осталось. Чего сгорело при пожаре, чего в 1917 разворовали. Вот разве что из куншутов, струмент зубной Петровский показать. Пошли. Дед закрыл входную дверь на засов и повел экскурсантов в залы.

Вошли в зал , на двери которого красовались золоченые буквы – «Императорский зал». Петр сразу подошел к витрине, за стеклм которой лежали его любимые хирургические инструменты, и зубы, которые Петр , в свое время вырывал у кого ни попадя. Смотри Алексашка – они! А рядом глаза и ухо , которые я из слонового бивня вырезал на Нартовском станке. Хранят. Эх, жаль утром струмента с собой не было, я бы тем лысым пряникам, которые арапа гоняли , быстро бы во ртах прореживание устроил. А помнишь, как я у Яшки Штелина за цельный день кузнецом 18 алтын заработал ? Меньшиков расхохотался. Как же не помнить , Мин Херц? Ты же на них себе башмаки купил. Пол-базара потом обсуждало, что, мол, сам Царь башмаки у них купил. Петр добавил – "Та это ж не просто башмаки, а башмаки, которые выработал я себе тяжелою работою".

А вот гляди, Алексашка – это ж та сосна, которую срубили на месте закладки сего здания. Ну помнишь ? Две сосны, ветвь одной из них вросла в ствол другой так, что не понять, какой из двух сосен она принадлежит!?

Помню! Сохранилась голубушка. Не сгорела!

Петр, бегал из угла в угол, возбужденно размахивал руками.

А это что за шкелет росту неимоверного? Неушто великана Буржуа? Дык мы ж его вроде целиком в музеуме выставили, а тут шкелет один!?