Чтение онлайн

Однажды один идущий навстречу негр почему-то поприветствовал меня:

– Бонжур!

– Бонжур, – отвечаю.

Он, резко тормознув, радостно спросил:

– Парле ву франсе?

– Но, пардон.

– Русие?

– Уи.

Разочарованно вздохнув, темнокожий француз побрел дальше. А я, удовлетворенно хмыкнув, отметил про себя, что впервые в жизни поучаствовал в диалоге, совершенно не зная языка.

Вывески и объявления в отеле были на четырех языках: английском, испанском, немецком и французском. На русском кое-где тоже стали появляться, но еще редко, и, наверное, совсем недавно. Но ничего, как говорится, дайте срок. Удивительно: немецкую речь не слышал ни разу, да и по телевизору по-немецки вещал всего один канал. Видимо, немцы слишком экономны – чего так далеко ездить?

Больше всех, конечно же, было раскормленных, громко базлающих америкозов. Их я всегда угадывал безошибочно. Но, надо отметить, они показали себя довольно учтивыми: чуть что – «сорри», «сэнкью». Интересно было на них поглазеть, кое с кем даже немного пообщался. Черных среди них почему-то совсем не было.

В ресторане «Эспаньола» была стойка «Америкэн экспресс» с их неизменными мак-, чиз-, гамбургерами, жареной картошкой и кока-колой. Туда всегда была очередь. Смотрел на них и думал: товарищи дорогие, сорри, «деа френдз», вот же, оглянитесь, в двух шагах от вас – нормальная вкусная полезная еда! Что вы толпитесь за своим «стафф» («хавкой» и пойлом)? У вас же не обеденный перерыв на службе, едрид вашу! Ладно, это ваше, «фаст-фудзависимых», дело.

Невольно сравнивал наших с ними. Не сочтите за самообольщение, но наши – колоритней, что ли. Понимаю, что в этом отеле были далеко небедные россияне, но все же. «Братковских» физиономий я там, слава Богу, почти не встречал, а косить «под братву», как в девяностые годы, стало уже не так модно. Выглядели наши атлетичнее, и если на пляже я видел женщину с хорошей фигурой, то, честное слово, девяносто процентов вероятности, что она из России или Украины.

Мне показалось, что и лица у наших выразительнее. У америкозов мышцы лица расслаблены, поэтому на их физиономиях присутствовал легкий-легкий налет дебиловатости. Либо у них «так принято», либо всецело отдаются отдыху. И хоть поутру многие из них бегали вдоль берега, но как-то расслаблено, вальяжно, по инерции.

Словом, если раньше говорили, что советского человека, в бытность СССР, везде узнавали (выдавала простота душевная, отпечатанная на лицах), то сейчас всё с точностью наоборот, хотя америкозы, конечно, вовсе не просты. Однако я в своих наблюдениях «Америки не открываю», извините за каламбур. Впрочем, зачем далеко ходить за примером? Сравните Путина и Буша – в чью пользу разница образов, по-моему, не обсуждается.

Многие наши соотечественники стараются подчеркнуть свое происхождение: популярны майки с двуглавыми орлами и флагами, надписями «Россия» или «Russia», а у одного красивым древнеславянским шрифтом было крупно написано: «Мы – русские, с нами Бог!» Почти все соотечественники, в отличие от иностранцев, подчеркивали символ веры – золотые православные крестики, иногда довольно крупные по размерам.

Близкое соседство с американцами вызывало у меня не просто праздное любопытство. Я, сформировавшийся в эпоху глобального острого военно-идеологического противостояния СССР и США, имел уникальную возможность так тесно соприкоснуться с ними в равном статусе: и я, и они – гости, отдыхающие. Американцы, правда, намного ближе к своему дому. Боже мой, вспомните, какой подсознательный культ Запада мы сами себе создали в эпоху «развитого социализма»! Каким сладким нам казалось капиталистическое «забугорье» из-за нашего «железного занавеса»! Честно признаюсь, сколько раз я, переведя дух после очередной бравурной речевки «Долой американский империализм!» или «Смерть загнивающему капитализму!» на комсомольских «шабашах», внезапно ловил себя на крамольной мысли: а ведь как, гады, красиво «загнивают»! Или после популярного некогда лозунга «Всё во имя человека, всё для блага человека!» добавлял шепотом – «с Запада». Как бы логично заканчивал крамольную для тех времен мысль.

И вот они, родимые, рядом в изобилии. И не просто рядом: живут в одном бунгало со мной, кушают за соседним, а то и за одним, столиком, лежат рядышком на пляжном топчане, сидят на одном сиденье в вагончике автопоезда. Мне было интересно всё: как американцы ходят, разговаривают, жестикулируют, смеются, едят, пьют, одеваются. Можно было их потрогать, пообщаться с ними. К некоторым приятельски обращался: «хай!», «бай-бай» или «си ю!», они с улыбкой отвечали. Ребята! Никакие это не «сверхчелове-ки»! Самые обычные люди, хотя и немного своеобразные, в силу своей убежденности: «мы – хозяева мира», ети их через тудыть! Но с ними вполне можно (и нужно!) успешно конкурировать, для этого у нас теперь, слава Богу, есть всё. Для меня, в прошлом комсомольского «вожака», ныне предпринимателя, да и просто пытливого исследователя жизни, это было философски, я б даже сказал, мировозренчески очень значимо.

Правда, разок я «прокололся». Регулярно наблюдал за одним «мачо», не сомневаясь в том, что он – иностранец: толстоват, длинные черные вьющиеся волосы, гнусная рожа. Каково же было мое удивление, когда тот заговорил на чистейшем русском – закрутил курортный роман с одной из наших «фильтровичек». Даже как-то раз сказал мне колкость – я долго смотрел на него в упор, решая, стоит ли «развить тему», но решил не портить отдых ни себе, ни ему. Пусть живет: как-никак соотечественник, хоть он и... Между прочим, изредка слышимая русская матерщина почему-то меня там коробила. Парадокс?

Была там одна группа отдыхающих из Украины. Хохлы ничем, абсолютно ничем от нас не отличались, общаясь между собой только по-русски, их выдавало лишь мягкое «г». Я вообще заметил: когда хохлам надо выпендриться, они, «хай им грець», начинают «размовлять на мове», но когда надо что-то спокойно обсудить, решить вопрос – говорят по-русски.

Как-то в ресторане аргентинской кухни «Гаучо» я «зацепился языком» с Аленой из Днепропетровска, Галя была рядом. Часа два мы обсуждали судьбы и ближайшие пути развития восточного славянства. Удивительно, но Алена согласилась с моим наблюдением про использование языков. Чувствовалось ее некоторое раздвоение: с одной стороны, она, явно неглупая женщина, умом понимала, что Украине-нэньке «трэба» быть с Россией-матушкой. Однако «ногами шла» за играющим на волшебной «оранжевой» дудочке «Нильсом» Ющенко из сказочки Лагерлёф. Гусь Мартин с «заколдованным мальчиком», в лице «пана Ющенка», всё дальше отплывал от берега. «Заколдовали» его американцы, подарив «дудочку» – вопиющее извращение настоящего и прошлого. Берегом служили реалии жизни, а гусем Мартином – шизофренические иллюзии Виктора Ющенко. Но «ничого», в конце мы с Аленой и «писни зуспевали», а Галю до слез проняла песня «чому я не сокил, чому не литаю».

Поживем-увидим. Украинцам, для доброго начала, переизбрать бы своего гниломордого президента – американскую «шестерку» и вражину России. Правда, вполне вероятно, преемником на этом посту, точнее, преемницей, может стать «девушка с косой». А это «не слаще редьки».

Алена рассказала любопытную историю, как она «успокоила» американцев, воспользовавшись авторитетом России. Их группа заезжала и устраивалась в отель вместе с группой америкозов. Народу было много, оформление шло не быстро. Господи, как, говорит, они достали нас своим галдежом! «Мне уже так надоело, что я подошла и по-русски говорю им: «А я могу еще громче: гы-ы-ы!!!» Воцарилась гробовая тишина... Через мгновение они друг другу: «Рашинз, рашинз…» И так спокойно сразу стало, такой шепоток от них пошел… Молодец: все-таки хохлушки-«сердючки» – боевой народ!

Наша группа из шестнадцати ударников «каптруда», во главе с коммерческим директором «МЕТТЭМ-Технологий» Николаем Зиновьевичем Кремерманом, в сопровождении жены Эллы, тоже достойно представляла Россию. Помимо Новосибирска, по два лауреата представляли славные города Москву, Самару, Липецк, Рязань, Иваново и Саратов, где успехи в великом деле обеспечения населения водой, очищенной фильтрами «Барьер», были особенно зримы.

Океанский каякинг

Ивановский дилер «Барьера» Денис сразу представил себя каякером и, вообще, бывалым человеком. Так это или не так, но «идеологию» самого активного отдыха исповедовал именно он. Я общался с ним всего-то пару раз: по приезду и во время прощального ужина. Денис посетил все активные и экстремальные экскурсии, которые нам предлагались. Что ж, молодец. Здоровый, коренастый, несколько суровый с виду, сплавав на одиночном прокатном каяке, он поделился своими впечатлениями с москвичом Сашей Варламовым и сразил его ими. Особенно зацепил Сашу рассказ про хорошо видимые с поверхности воды многочисленные раковины на дне отмели, которая угадывалась на расстоянии 800-900 метров от берега.

Впервые выйдя на пляж, я сразу же заметил какие-то пенные гребни волн вдоль всего побережья на значительном удалении от берега, чего раньше никогда не видел на морях. Даже был убежден: классическая волна с пенным гребнем, шумно срывающимся с ее вершины, беснуется только у берега. Оказывается, ошибался. Та отмель (коралловый риф) выполняла функцию естественного волнореза, существенно гася силу океанской волны, иначе купаться на пляже отеля было бы весьма проблематично.

С горящими глазами, сочно пересказывая слова Дениса, Саша стал собирать команду для нового заплыва на каяках. Заинтересовать он сумел троих: меня и супругов Олега и Лену из Липецка, другие отказались. Олег, крепкий жилистый мужчина, мой визуальный «фэйс-контроль» прошел успешно. Его жена, дама приятных пышных форм, перехватив мой оценивающий взгляд, поспешила заверить: «Мы с Олегом – туристы-водники со стажем». Добро. Ну что, вперед?