Сказание о двух братьях и неведомой Руси
Шрифт:
Олег молчаливо кивнул и пошёл дальше. Неосознанно он запустил руку за пазуху и обнаружил дудочку, которую взял с собой, рассчитывая поиграть в уединении. Он вернулся к пастуху и спросил:
– Посмотри на эту дудочку. Ты же знаешь в них толк? Я пытался играть, но звуки выходят странные.
Пастух взял дудочку в руки, и в его глазах тут же проявилось живое участие и любопытство:
– Разрази меня гром, – задумчиво произнёс он, ощупывая дырочки и внимательно рассматривая деревянные узоры. – Странно, я не видел такого дерева, таких ровных и гладких дырочек. Заметь, они сделаны через разные промежутки. Можно попробовать?
– Да, я и хотел попросить тебя сыграть что-нибудь, – кивнул Олег.
Пастух сделал несколько пробных звуков, проиграл свои мелодии, но так и не смог добиться, чтобы звучало именно то, что он хотел.
– Заморская поделка, не иначе, – многозначительно протянул он, передавая дудочку её владельцу. – Уж на чём только дудеть не доводилось, а с этой не могу сладить. То ли я дурак, то ли она испорчена. Где ты её раздобыл, с кем обменялся?
– Нашёл у отца в сундуке, – многозначительно проговорил Олег.
– Давай я тебе лучше покажу, как я на своей играю. А ты со своей уж сам как-нибудь, – предложил пастух.
Они уселись на траву, и пастух до самого заката объяснял Олегу, как извлекаются звуки и складывается мелодия, как правильно задерживать дыхание и равномерно его распределять, чтобы звучание было ровным и долгим. Олег, сам того не ожидая, с удовольствием погрузился в этот процесс и не заметил, как наступили сумерки. У него стали получаться простые песенки. Прощались они добрыми друзьями:
– Здорово мы провели время, – открыто и добродушно улыбнулся пастух. – Музыка умеет залечивать любые раны.
– Спасибо, дружище, – Олег крепко хлопнул пастуха по плечу. – Мне этот урок был сегодня нужен как никогда. Увидел тебя с твоим стадом и всем нутром ощутил, что надо обязательно подойти. И я рад, что не ошибся с этим чувством. День не потерян теперь зря.
– Я тоже рад. Почаще играй для себя и разгадай секрет своей дудки. В ней много загадок.
– Да, обязательно. Докопаться до сути – это моё призвание. Прощай.
Олег медленно побрёл домой с чувством лёгкости и спокойствия на душе от того, что внутри зародилось понимание, что делать дальше.
– Если не научишься на ней играть, найди меня! Ладно? – услышал он вослед крик пастуха.
Следующие дни лета прошли в своей обычной рутине. Два брата помогали матери в поле и по хозяйству. Олег много времени проводил в кузнице дяди Аскольда, забавлял себя игрой на дудочке и часто пропадал на охоте, где оттачивал навыки стрельбы из лука. Светозара тянуло к пристани, где он старался пригодиться во всех делах одновременно: помогал купцам переносить товары и скарб, рыбакам перебирал сети, плотникам заготавливал брёвна. Он с живым интересом рассматривал прибывавшие суда, их разноцветные паруса и заморских гостей. Обладая живым характером, Светозар с задором и хитринкой в глазах подходил к шагающим по пристани незнакомцам и расспрашивал их, откуда и куда путь держат, надолго ли у них задержатся. Их рассказы приоткрывали ему завесу дальних земель и опасных приключений.
В один из вечеров, возвращаясь усталый с охоты, Олег прошёл главные ворота Снежинграда и направился вдоль земляного вала домой, когда путь ему преградили трое парней из своры Радомира. Олег отступил на несколько шагов к стене близстоящей избы, защищая спину, не давая никому возможности подойти сзади. Одну руку он положил на рукоять тесака, висевшего на ремне платья.
– Что надо и не много ли чести встречать меня в ночи? – как можно увереннее воскликнул Олег.
– В том и дело, что чести много, – зло прошипел Борислав, считавшийся правой рукой Радомира.
– Так и ступайте по домам, – перебил его Олег. – Какое есть дело ко мне? Если есть, выкладывайте, а нет, так дайте дорогу.
С этими словами Олег заставил себя сделать полшага вперёд.
– Дел с безродными и трусами не ведём. Сегодня на вече со старостами было решено принять Радомира в дружину на службу, – продолжил Борислав, выделявшейся копной рыжих волос.
– Кто бы сомневался в обратном. Приняли, я рад, – натянуто улыбнулся Олег.
– Да, но на совете открылась одна любопытная деталь, и Радомир как участник собрания попросил тебя в неё посвятить, – оскалился Борислав. Все трое заговорщицки захихикали, переглядываясь друг с другом.
Озноб пробежал по спине Олега. Слова «безродный» и самодовольные рожи троицы закружились в его голове. Что-то подсказало, что речь пойдёт об отце. Эта догадка сковала ему ноги, а уловивший его смятение Борислав продолжил:
– Кто-то из старцев предложил тебя принять в дружину воеводы, но посадник заявил, что ты не можешь быть удостоен такой чести. Он напомнил, как твой отец подбивал горожан против княжеской власти, а когда у него ничего не получилось, он позорно и безответственно исчез, бросив семью на произвол судьбы. Нельзя тебя выдвигать в дружину.
Олег с трудом внял сказанному, повторив про себя все слова ещё раз, чтобы осознать их смысл. Сердце наполнилось муторной тяжестью. Он подумал о том, должно ли ринуться в драку за оскорбление, требовавшее действий, но, странным образом, не чувствовал былого возбуждения и уверенности в правоте. Внутренний голос предательски призывал не совершать необдуманных решений, попробовать избежать конфликта. Подобные мысли были ему противны. Он боролся с искушением и одновременно боялся, что вспышка гнева только подтвердит их слова, покажет, что он им поверил. Этого он не мог допустить, убеждая себя, что надо вначале разобраться, была ли это правда.
– Сын за отца не в ответе, – против воли, медленно и тихо произнёс он.
– Ха-ха, для нас ты всегда будешь сыном труса и предателя, – ещё раз оскалился Борислав.
– Пошли вон, – Олег толкнул ближайшего к нему парня и зашагал, не оборачиваясь, к дому.
– Скатертью дорога! – полетели слова вдогонку.
Олег шёл, не разбирая шагов.
– Зачем это всё! Почему на меня? Как теперь жить с этим позором?! – скрежетал он зубами.
Сил заходить домой не было. Он бросил охапку соломы у крыльца, долго лежал с открытыми глазами и пристально, не отрываясь, смотрел на луну. Куда-то далеко её свет уходил в бездонную даль его тоски. Щемящая боль и множество смешанных чувств эхом отражались в этой глубине.
С рассветом Олег с тяжёлым осадком на душе перешёл в избу, сел подле печи в ожидании, когда мать выйдет и начнёт стряпать еду. Младший брат безмятежно спал в сенях в такое раннее время.
Наконец мать проснулась.
– Расскажи мне об отце? – попросил Олег. – Что на самом деле с ним произошло?
Изольда бросила взгляд на сына, сразу поняв по его хмурому виду, что случилось что-то серьёзное. Она постаралась улыбнуться и мягко произнесла:
– Сынок, мы много раз об этом говорили. Он пропал без вести на охоте. Твой отец был сильный духом и не боялся бросить вызов любым опасностям. Почему ты не спал всю ночь? Что стряслось?