Чтение онлайн

Вед в этот момент бросился на Ивора, выставив вперед копье. Его энергия бушевала, словно первозданная стихия, сметающая все на своем пути. Но внезапно…

Ледяная энергия импульсом прошла по арене. Такая сила никого не оставила равнодушным.

Она полностью вытеснила ощущение присутствия энергии песка. Такой выброс заставил Веда замедлиться.

В этот момент зрачки князя Огневеда расширились, и он заинтересованно всмотрелся в практика льда.

Княжеская жена аккуратно взяла его за руку, чувствуя, эмоции мужа.

— Солнце мое. Что тебя так встревожило?

— Меня уже сотни лет ничего не тревожит, скорее… Заинтересовало. Взгляни на ледяного мальчишку духовным восприятием, тщательно его осмотри, скажи мне, что ты видишь?

Супруга Огневеда подумала, что это его очередная шутка, каких не было уже много лет, но все же попыталась взглянуть на юношу внутренним зрением. И как только она это сделала, то поняла эмоции мужа.

— Я… я не вижу.

— Именно. Ты, находясь на средней стадии этапа Выращивания Духовного Древа не видишь ничего. Даже я, на пике поздней стадии не могу увидеть тот уровень энергии, который появился в теле мальчонки. Пойми. Я уже десятки лет не могу прорваться на этап Начертания Рун, но видел, как Озем использует энергию будучи на нем. Сейчас этот парень высвободил импульс энергии, равный той, что использует практик на ранней стадии этапа Начертания Рун.

— Но это невозможно, он ведь так молод.

— Вот именно. Но, я не думаю, что это он. Что-то поменялось… — Огневед перевел взгляд с жены вновь на арену. — Так кто же ты, тот, кто проник в тело невинного мальчишки.

Он не волновался слишком сильно, ведь кроме него только пара человек, присутствующих на турнире смогли бы разглядеть это изменение и одним из этих людей была как раз его супруга. Последнее, чего он хотел, это чтобы вокруг турнира поднялась шумиха.

Ледяной импульс заставил Веда замешкаться, но он тут же собрался и снова ринулся в атаку.

Энергия на наконечнике его копья стала утолщением лезвия и величественно пульсировала в ожидании атаки.

Он взмахнул им, целясь в грудь Ивора. От такого мощного удара было сложно увернуться, но заблокировать кому-то на этапе Формирования Солнца просто невозможно.

ДЗЫНЬ!!!

Раздался звонкий звук, заставивший всех присутствующих вздрогнуть, но после увиденного, зрители вжались в свои стулья, не веря собственным глазам.

Ивор остановил копье Веда наполненное колоссальным количеством песчаной энергии на полной скорости.

Одним лишь указательным пальцем ткнув в край наконечника.

Синий свет исходил от его руки, пропитывая воздух величественной силой.

И это была сила Истинного Льда.

— Прости, дружище. В будущем ты все поймешь, я тебе объясню, но не сейчас… сейчас мы еще враги.

— Какой я тебе дружище! Ты свою бредятину себе…

На эмоциях от легко остановленной атаки и непонятных слов Ивора, Вед вспылил. Его энергия все еще бушевала вокруг, не ослабляясь ни на секунду, но практику льда не было нанесено ни одной раны.

Ивор поднял вторую руку, сделав знак Исаза. Знак, который никто не знал даже среди опытных старейшин, но, который был очень похож на всеми привычный ледяной знак Истока.

Его ладонь продолжилась огромным ледяным лезвием, которым он сделал всего три удара.

Бам! Бам! БАМ!

Звуки разбивающегося стекла раздались повсеместно. Все три Барьера Светящегося Молоха один за другим рушились, словно это была третьесортная защита неопытного практика.

Барьеры, которые были невероятной гордостью Академии Великого Молота и непосредственно самого Веда. Техника, которую он так упорно и кропотливо изучал на протяжении трех лет, будучи практиком на стадии Аркона Тура (1). Все это разлетелось в три простых удара, которые даже не были наполнены энергией. Глаза Оземского налились кровью.

— РАААААА!!! ЯРОСТЬ ЯЩ….

Ивор не позволил договорить Веду, как и не дал сформировать энергию для техники. Он моментально протянул руку, крепко ухватив парня за горло.

Тело практика песка внезапно отказалось слушаться.

— Ч…что ты…

— Все будет хорошо. Я просто заморожу твои жилы. Пару денечков отлежишься и все растает, придет в норму.

Вся спесь Веда была в одно мгновение сбита. Он чувствовал ту необъятную силу, что таилась в глубинах Ивора. Он будто бы всматривался в бескрайний океан, покрытый вечными льдами. И не было в том океане ни конца, ни края.

Он чувствовал, как промерзают его кости, как органы впадают в сон, да и самому Оземскому стало очень не по себе. Усталость будто обухом ударила его в затылок.

По его телу проходили синеющие линии энергии льда, которые замораживали движущуюся по жилам внутреннюю силу, временно закупоривая их.

Уже через пару вдохов Вед, который побеждал с невероятным отрывом и, казалось, был вовсе непобедим… Потерял сознание.

Ивор медленно уложил Оземского на пол арены и повернулся к судье. Тот, завороженный таким резким изменением опомнился и начал отсчет десяти вдохов. В этот раз он пролетел незаметно.

— П…победил Ивор из Полавы.

Судья начал очень тихо, но после чего отчетливо и громко произнес имя победителя, чем вверг всех в состояние абсолютного шока.

«Что произошло? Как такое возможно? Почему Ивор вдруг резко стал в разы сильнее и победил Веда за пару ударов» Эти вопросы крутились в голове у всех, от обычных зрителей, до прожженых жизнью практиков, вроде Ярополка, который на данный момент, не скрывая удивления так и сидел, с недожеванным яблоком во рту.

Ивор улыбнулся, снова поймав какой-то укол тоски в сердце.

— Из Полавы… Как давно меня так не называли. Впрочем, у меня мало времени.

Он быстрым шагом вышел с арены и скрылся за трибунами, оставив вопросы зрителей без ответа.

Знахари быстро пришли с носилками и увели Веда для лечения ран. Бажен глядя на все это нервно стучал пальцами по подлокотнику своего стула. Он с трудом сдерживал ярость и обиду, что копилась в его сердце.

«Уму непостижимо… третье-четвертое место. Я просто не могу в это поверить. Князь Сталерук будет очень недоволен».

Ему хотелось кричать, но, все еще трезвой частью разума он понимал, что ничего не поделаешь. Все планы по завоеванию призового места и заполучению Засушливого Марта и Пера Жар-Птицы разрушились прямо на глазах.

Ивор тем временем шел по мощеной дорожке. Он небрежно подлатал льдом свои раны, которые, не несли ему никаких неудобств. Таких за всю свою жизнь он получил столько, что уже и не помнил, когда удавалось быть полностью здоровым.

Снова попались на глаза чистые руки.

— Ни единого шрама. Удивительно, как время стирает из памяти такие мелочи.