Сказание о Великом Рыцаре Легком и Его Крутобедрой Подруге и Соратнике Сереге
Шрифт:
— Присаживайтесь, — сказал старик и отложил рапиру, которую держал в руках, — Как видите, оружия у меня нет.
— Могу я спросить хотя бы…
— Можете, — сказал старик, — Но попозже, Сергей Николаевич, если не ошибаюсь. То, что он Николаевич, в этом мире не знал никто, даже Влада.
— Похоже, — сказал Сергей, — Что между нашему подразделению уже пора открывать ту филиал.
— Да нет, — сказал старик, — Я вообще-то здешний, просто имею доступ к хорошим источникам.
— И что там сказано, в этих источниках? — спросил Сергей.
— Да много чего, — сказал старик, — Вам теорию или примеры
— Да дурак я знаете-ли сказал Сергей давайте уж примерами…
Ну вот, например, в вашем мире есть такая игра, напоминающая сражение двух армий. И есть один человек — Крамской, который очень здорово в нее играет. Он очень напряженно обдумывает комбинации, а творческие личности черпают информацию из многих миров и, к сожалению, во многих мирах эту информацию засвечивают. А в этой игре как — придумал какую-то комбинацию, до которой твой противник не догадался или догадался неправильно, и считай, что выиграл. Поэтому думать надо много и заранее, и кое о чем даже во сне. А дальше начинается самое интересное. Представим себе другой мир, который отделился от этого совсем недавно. Такой же, но не совсем. А там такого гения нет, и более того, нет человека, который может это хотя бы в принципе осознать. А шахматы- игра политическая, и имеет большое влияние на ситуацию в мире. А миры, повторяю, близкие и сильно расходиться не могут. И что, по-Вашему. произойдет?
— Понятия не имею.
— Подумайте, — сказал старик.
— А это очень важно?
— Очень. Если Вы решите эту задачку, то получите такую награду, о которой даже и мечтать не смеете.
— Считайте, что уже решил, — сказал Сергей, — в соседнем мире в той же стране появятся несколько гроссмейстеров, которые завоюют титул чемпиона мира, и фамилии у них будут похожие — Корчной, Карпов, Каспаров, Крамник,…
— К…., — продолжил старик. — А Вы, признаться, не дурак. И меня это очень и очень радует.
— Это почему же? Все остальные вроде совсем не против- спросил Сергей.
— Да я Вам хочу предложить одну работку, при которой лишние мозги не помешают. Но сначала немножечко расскажу о наших проблемах. У нас довольно приятное место, но больно уж все надежно и устойчиво. Нет, конечно, не спорю, иногда удается довольно-таки неплохо раскачать маятник. Но чем больше его оттягиваешь в одну сторону, тем больше он, подлец, рвется в противоположную. А точку закрепления так до сих пор сменить и не удалось.
— Вероятно, не хватает полномочий или финансовые проблеммы, — предположил Сергей.
— Да нет, — сказал старик, — С полномочиями, вроде как, проблем нет. С деньгами тоже Сам мир очень уж устойчивый.
— А это плохо? — спросил Сергей.
— Иногда да, — ответил старик.
— Не надо было призывать драконов.
— Владычица, — пожаловался старик, — В этом мире есть какая-то странная красота, какая-то непонятная симметрия, которую она захотела сохранить. Ну сохранить то мы ее сохранили, а развить не можем. Вот все есть для ее развития, а главного нет- нужды.
— Нужды? хорошо сказано образно… А я чем-то могу помочь? — спросил Сергей.
— Можешь, — сказал старик, — От тебя уже пошло достаточно всякой бестолковщины. Если ее организовать и как-то усилить, думаю, можно как-то растормошить это болото.
— И как мы это сделаем? — поинтересовался Сергей.
— Я это делать не буду, — сказал старик, — Пробовал. Не получается. Думаю, придется заняться тебе.
— А у меня для этого будут необходимые возможности? — спросил Сергей.
— Ах, да, сказал старик, — Извини, что не представился, — Император Сендрик. Завтра как раз передача власти. Так что приходи на церемонию. Передам.
— И как мне туда попасть? — спросил Серега.
— Вот эта дверь, — сказал император, — Ведет в закрытый фонд библиотеки. Только когда будешь заходить, немножко покашляй, они, по-моему, там опять трахаются. Да вот кстати им официальное приглашение мне кажется им полезно было- бы присутствовать Передай ладно… Но сначала успокой свою жену в ее положкении вредно волноваться
Вероятно, Влада и Легкий занимались чем-то еще, кроме секса.
— Эта дверь никогда не открывалась, — услышал он голос Влады, — Как ты думаешь, что из нее появится?
— Думаю что бы не появилось…И Серега услышал звук вынимаеиого меча
— Это он, это он, наш московский почтальон….
— Привет, Серега! — сказал Легкий, — А ты вовремя. Завтра вроде как есть возможность отсюда смыться. Как ты смотришь на то, чтобы вернуться на свою историческую родину?
— Отрицательно. Мне тут доверили кое-какое имущество, и мне бы не хотелось подводить хорошего человека.
— Сергей, — сказала Влада, — Второго раза не будет. Астрономический фактор раз в тысячу лет…
— Да я и от первого откровенно говоря не восторге. Вот, кстати, познакомьтесь с моей женой.
— А я с ней знакома, — сказала Влада, — Это же Горячка.
— Ой, Влада, — сказала Горячка, — А что ты тут делаешь?
— А где это вы познакомились? — спросил Легкий с легким подозрением.
— Неважно. — сказала Влада, — Тебе повезло с женой, Сергей. Горячка если мужика сразу не прирежет, может хранить ему верность месяц, а то и больше. Но нож все-таки отбери… Кстати, если дело в этом, то мы можем ее с собой захватить.
— Никуда ее захватывать не надо, — сказал Сергей, — Меня сейчас назначили чем-то вроде управляющего, и мне бы хотелось сделать эту работу наилучшим образом. А к своим долбанутым будильникам возвращайтесь сами. Они там о вас, наверно, очень переживают.
— Да прав ты, Серега. Может, действительно, хрен с ними, с будильниками? Три года без них жили, как-нибудь еще проживем.
— Знаешь, — сказала Влада, — Давай поступим по обстоятельствам. Думаю, там видно будет.
— А там это где? — спросил Сергей.
— Толком не знаю, — ответил Легкий, — но есть пророчество что сообщат… Кольцо?
— Будет, — сказал Сергей, — Так чтобы сто процентов обещать не могу, но девяносто девять почти гарантирую.
На крыше дворца недалеко от часов находился жертвенник, стоявший на небольшой сцене. Взле этого жертвенника два раза в году на осеннеу и весеннее равноденствие собирался дворцовый и околодворцовый люд, приносил необходимые жертвы и пел старинные песни. Было еще что-то вроде мюзикла под открытым небом. Но сейчас зал был пуст. Правда, он был утыкан факелами где только можно. Больше всего факелов было натыкано возле часов. Часы представляли собой диск, разделенный на 96 секторов, окрашенных в шахматном порядке. Внутри этого диска был еще один с 48-ми секторами, а внутри этого