Чтение онлайн

Заёрзав в седле, Алак пристально посмотрел на горизонт. Разрушенная деревушка едва виделась из-за высоких снежных холмов, но по небу стелился тёмный дым от костра, разведённого на деревенской площади. Псы превратили это место в военный лагерь, откуда наносили весьма ощутимые удары по постам Запада. Необходимо было выбросить латаэнцев из деревни на самой границе с землями Львов, иначе они могли легко пробиться дальше в тигриное княжество и осадить Беланору. Этого нельзя было допустить ни в коем случае, если Алак, конечно, хотел сохранить своё новое положение и трон.

— От деревни нас отделяет река, — заметил Таодан, всматриваясь вдаль через подзорную трубу, протянутую ему Югеном. — Псы разбили лёд, оставив переправу только справа. Да, это самый ожидаемый от нас ход.

Пробираться по ледяной воде вплавь было глупо, а лошади в этой реке не доставали копытами до дна. Построить деревянный мост не было возможности, да и Корсаки мгновенно обстреляли бы плотников из баллист и боевых арбалетов. Ситуация была тупиковой. Даже Грам Ловарс и Юген не могли решить, как им быть — идти через переправу? Проще отправить войска безоружными, результат будет тем же. Но у Алака был запасной план. Благодаря тому, что в Академии обучались ещё и немногочисленные волшебники, юноша был знаком с магией и знал, что при наличии материала маги были способны на многое.

— Найдите ледяного чародея, что прибыл к нам из Прилесья, — приказал Алак, оборачиваясь к Граму. — Надеюсь, у него хватит сил на то, чтобы воздвигнуть ледяной мост через реку с левой стороны.

— А если во вражеском лагере тоже будут волшебники? — Грам обеспокоенно посмотрел на поднимавшиеся к небу клубы серого дыма. — Тем более, один чародей сможет продержать ледяной мост не больше минуты. Наши войска не успеют пройти.

Алак лишь расплылся в широкой улыбке и, Ловарс удивлённо вскинул брови. Юген тоже догадался, к чему клонил юноша, и приглушённо рассмеялся. Как только тигриный князь скрылся из виду в поисках чародея, Таодан толкнул Победоносного в бока и отправил его лёгкой рысью в сторону стоявших рядом войск. Это были по большей части пехотинцы, но из Хакелии прибыл небольшой отряд конницы, которым теперь руководил Эйд. Несмотря на то, что Алаку не хотелось подвергать друга опасности, он был вынужден теперь обратиться к нему с несколько странной просьбой.

Соскочив со спины Победоносного, Таодан тут же заметил мелькнувшую среди палаток тёмно-синюю тень. Грозохвост возник из ниоткуда и грозным стражем замер у самых ног юноши, распушив перья на груди. Птенец рос достаточно быстро, но Алак, никогда прежде не встречавшийся с вранами, не мог сказать, был ли Грозохвост крупным для четырёх месяцев или, наоборот, мелким. Размером он был сейчас не больше собаки, но уже умел перелетать на небольшие расстояния. Как-то раз Алак застал его за охотой и ужаснулся, увидев, насколько острыми и опасными стали когти его друга — Хвостику потребовалось всего несколько ровных движений, чтобы выпотрошить пойманного кролика. И чем крупнее становился вран, тем больше ему требовалось еды.

Алак погладил Грозохвоста по голове и огляделся в поисках Эйда. Камышовый Кот поправлял седло на Дьяволе, в то время как кузнец очищал забитые грязью копыта рыжего коня. В последнем бою жеребец потерял подкову, и её необходимо было теперь заменить. Увидев Алака, Траин радостно помахал ему рукой и, закончив с седлом, поспешил навстречу.

— Сколько ещё времени тебе потребуется? — Алак кивнул на кузнеца, прикладывавшего подкову к копыту Дьявола. Несколько молодых конюхов помогали ему держать коня.

— Не больше четверти часа, — махнул рукой Эйд. — А вы уже собрались атаковать?

Таодан покачал головой и обернулся, чтобы убедиться, что Грам ещё не отыскал того самого ледяного мага. Не мог же чародей сбежать перед битвой, правда?

— Я послал Ловарса отыскать волшебника. Нам может потребоваться помощь магии, так что время ещё есть.

Слова Алака несколько удивили Эйда. Магов редко использовали в сражениях, предпочитая оставлять их в тылу и бросать в дело только в самых экстренных ситуациях. Но в плане, придуманном Таоданом, этому чародею и не нужно было открыто выступать в первых рядах. Молодой Ворон собирался сделать отвлекающий манёвр, который, как ему казалось, был весьма удачен.

Спустя час, когда войска были готовы, Алак скомандовал начало наступления. Пехотинцы двинулись направо, подходя к той самой переправе, оставленной латаэнцами. Воины во вражеском лагере едва заметно ликовали, предчувствуя скорую победу. Отряды пришли в движение и направились к южным воротам. Как и рассчитывал Алак, туда бросили и пехоту, и конницу, оставив северные ворота незащищёнными. Корсаки были абсолютно уверены, что врагу не удастся пробиться в город с какой-либо другой стороны, кроме как с переправы — ни люди, ни лошади летать не умели. Но коннице Эйда это было и не нужно.

— Держать строй! Не растягиваться! — командовал Алак, проносясь на Победоносном мимо маршировавших к переправе воинов. Те встречали его и Грозохвоста, сидевшего на крупе жеребца, радостными криками. Для них вран был чем-то вроде божества, и его присутствие значительно поднимало боевой дух людей. Таодан понял это ещё в Беланоре, когда воины под предводительством Югена захватили дворец.

Ворота деревни открылись, и хлынувшие оттуда латаэнцы столкнулись с первыми рядами фабарцев. Послышался звон мечей и громкие крики, но Алак не прислушивался к ним. Он ожидал сигнала со стороны северных ворот, куда был отправлен Эйд со своей конницей. Когда над полем пронёсся пронзительный вой боевого горна, Таодан расплылся в усмешке и погнал Победоносного в самую гущу сражения. Теперь волноваться было не о чем. Латаэнцы попались на крючок, и спасения для них больше не было.

Послышался внезапный хлопок и громкий треск разрываемого взрывом дерева — северные ворота буквально разлетелись на куски. В обнажившуюся дыру в стене бросился облачённый в доспехи и латы конный отряд, гордость Хакелии. Громадные крепкие лошади промчались по улице и на полном ходу ударили в спину латаэнцам, не успевшим толком развернуться за столь короткий отрезок времени. Те, кто не погибли под копытами тяжеловозов, были убиты мечами и копьями. Всего несколько секунд — и над головами воинов Востока взмыл белый флаг. Те, кто остались в живых, испуганно метались меж двух отрядов, пытаясь найти выход и спастись.

– Бросайте оружие! — громко крикнул Алак. Один из латаэнцев попытался атаковать его, но Грозохвост, соскочив с крупа Победоносного, впился когтями в плечи мужчины и повалил его на землю. Один короткий удар клювом — и по пробитому лбу потекла струя крови. Вран распахнул крылья и издал громкий леденящий душу крик, от звука которого испуганные латаэнцы, отшатнувшись назад, тут же поспешили бросить своё оружие.

— Заберите их мечи и отведите пленников к основному войску, — Алак повернул Победоносного и коротко кивнул подъехавшему Югену. Грозохвост, соскочив с убитого латаэнца, взмахнул крыльями и вновь уселся на круп белого жеребца. Тот едва заметно занервничал — многие лошади до сих пор не могли привыкнуть к врану.

— Сколько людей мы потеряли? — спросил Алак, окидывая взглядом небольшой участок земли перед южными воротами, где две армии столкнулись.

— Чуть больше десяти, — Юген уже раскуривал трубку, абсолютно спокойно провожая взглядом захваченных в плен воинов Востока. — Благодаря твоему хитрому плану потери минимальны. А ведь могли и все здесь остаться на чёртовой ледяной земле.

Алак понимающе кивнул головой. Да, если бы они атаковали деревню только со стороны южных ворот, Корсаки легко отбились бы, а фабарцы потеряли много воинов. Десять человек — не такая огромная жертва, но молодой Ворон распорядился, чтобы семьям убитых выплатили годовое жалование солдат. Правда, что значит золото, когда чей-то муж, отец, сын или брат не вернётся больше домой?