Чтение онлайн

Было подано ещё восемь блюд, десять видов фруктов, которые придавали вину изысканный вкус, и десять фирменных кушаний. Всё застолье длилось целых четыре часа. Именно в этом и заключалась суть того кулинарного действа, свидетелем которого я оказался.

«Что за эссенцию?» — вопросила Бай Хэхуай.

— Процесс приготовления пищи охватывает шесть аспектов: цвет, запах, вкус, форма, значение и питательность. Это кулинарное действо продемонстрировало все эти аспекты не только в самих блюдах, но и в безукоризненной организации мероприятия от начала и до конца.

Что касается лапши, приготовленной ранее мастером Су, то она изначально не удалась из-за «цвета», — Се Сюань перевёл взгляд на Су Мую.

Бай Хэхуай с улыбкой заметила: «Мастер Се, вы столь пространно рассуждали лишь для того, чтобы подтвердить своё последнее замечание, не так ли?»

Се Сюань в ответ рассмеялся и с недоумением взглянул на Су Мую: «Мастер Су, отчего ваше лицо столь пунцово? Кто бы мог предположить, что прославленный Призрак Зонта Тёмной реки будет краснеть от дурной стряпни?»

Бай Хэхуай успокаивающе подняла руку: «Тсс, мастер Се заблуждается — здесь лишь мастер Су, и никакого Призрака Зонта здесь нет».

Су Мую промолчал, и постепенно его лицо приобрело обычный оттенок. Он тихо вздохнул и кивнул: «Я усвоил урок».

Се Сюань, услышав эти слова, вздрогнул, взглянул на яства на столе и внезапно понял: «А, теперь мне ясно! Мастер Су не может вкушать острые блюда!»

Бай Хэхуай с удивлением вопросила: «Вы не можете вкушать острые блюда?»

Су Мую, почесав чело, наконец, кивнул.

— Ха-ха, никогда прежде я не видел, чтобы кто-то использовал внутреннюю энергию для подавления остроты во рту. Мастер Су, в следующий раз просто скажите об этом прямо, — Се Сюань наполнил свой бокал вином. — Давайте, выпейте чего-нибудь и расслабьтесь.

Су Мую пригубил вино из цветов персика и спросил:

— Мастер Се, не соблаговолите ли вы научить меня кулинарному искусству?

— Книги содержат в себе красоту, подобную нефриту, и золотые дома, поэтому в них, несомненно, должны быть и ценные рецепты, — Се Сюань извлёк из своего сундука книгу и протянул её Су Мую. — Возьми эту кулинарную книгу. Изучай её десять лет, и ты станешь богом кухни Северного Ли!

— Благодарю вас! Но что, если в моём распоряжении всего десять дней? — вопросил Су Мую.

Се Сюань задумчиво наморщил лоб: — Что ж, по крайней мере, вы должны отведать тарелку говяжьей лапши.

После нескольких глотков вина со стола убрали яства, и Бай Хэхуай уснула, прикорнув на деревянном столе. В свете яркой луны Се Сюань допил свой последний кубок вина и с улыбкой произнёс:

— Кто бы мог подумать, что наша последняя встреча состоялась на границе, где мы плечом к плечу сражались с сектой Демонов, а теперь мы предаёмся возлияниям в этом скромном дворике города Цяньтан.

Су Мую устремил взор на луну:

— Мастер Се, вы тоже полагаете, что всё это кажется нереальным?

Се Сюань поставил свою чашу:

— Не уверен, стоит ли мне задавать вопрос.

— Я всё ещё на стороне Тёмной реки, — ответил Су Мую прежде, чем Се Сюань успел сформулировать вопрос. — Хотя в наши дни Тёмная река сильно преобразилась.

Се Сюань слегка нахмурился:

— О? Что ж, ваше присутствие здесь говорит о том, что перемены, должно быть, к лучшему.

— У Темной Реки появился новый Патриарх, — задумчиво произнёс Су Мую.

Се Сюань вздрогнул:

— Кто? Это мог быть ты?

— Это Чанхэ, — ответил Су Мую.

Се Сюань схватился за голову:

— Значит, это изменение к худшему!

Су Мую улыбнулся:

— Кажется, господин Се не питает особой симпатии к Чанхэ.

— Я прочитал множество книг, прошёл множество дорог и, естественно, повидал множество злодеев. Твой добрый брат, возможно, и не самый злой человек в мире, но он самый надоедливый! Его толстокожесть беспрецедентна — это шедевр, неподвластный времени! — процедил Се Сюань сквозь стиснутые зубы.

— Можно ли так использовать выражение «вечный шедевр»? — с улыбкой спросил Су Мую.

— Это может случиться, когда он умрёт, — фыркнул Се Сюань.

— Для знаменитого конфуцианского Бессмертного Меча вы слишком любите проклинать людей за их спинами, — внезапно раздался игривый голос из-за пределов комнаты.

Се Сюань, не колеблясь, взмахнул рукой, и меч с десятью тысячами свитков, лежавший рядом с его футляром с книгами, оказался у него в руках. Он улыбнулся: «Прошло много лет, и теперь, когда я вижу твои раздражающие усы, я должен обращаться к тебе как к Патриарху».

Су Чанхэ толкнул дверь и вошёл. Его руки были спрятаны в рукавах, а на поясе висел меч Спящего дракона. Половину его лица скрывала маска из серебряных доспехов: «Конфуцианский Бессмертный Мечник слишком вежлив. Вы можете называть меня просто Малыш Чанхэ — это более интимно!»

— «Хм», — Се Сюань холодно усмехнулся: «Похоже, мне придётся задержаться в городе Цяньтан ещё на некоторое время».

— «О? Вы были спокойны, когда здесь находился Су Мую, но как только я появился, вы почувствовали, что грядут неприятности?» — произнёс Су Чанхэ с ноткой беспомощности.

— «Похоже, моя репутация в мире боевых искусств действительно оставляет желать лучшего!» — добавил он.

— «Ваше прозвище — это и есть ваша репутация в мире боевых искусств. «Распорядитель похорон» — разве это звучит как благоприятный титул для тебя?» — возразил Се Сюань.

— «Что ж, тогда мы с Су Мую отправляемся сегодня вечером», — сказал Су Чанхэ, лениво потянувшись. — «Как вам эта идея?»

Су Мую спросил: — «Уезжаем сегодня вечером?»

Су Чанхэ покачал головой и вздохнул: — «Кажется, глава нашей семьи Су влюбился в город Цяньтан или, возможно, не может расстаться с нашим лекарем Баем? В твоём голосе такое нежелание!»

– "Так-то лучше", – произнес Се Сюань, убирая свой меч, и энергия, заключенная в нем, рассеялась. – "В противном случае, встретиться с вами обоими в бою было бы довольно проблематично".

– Ха-ха-ха! В городе Цяньтан все еще существует столетняя академия, где скрывается множество мастеров. Я только что стал Патриархом и не настолько безрассуден, чтобы вступать в открытый конфликт, – рассмеялся Су Чанхэ, его глаза заблестели при виде деревянного стола. – "Вино?" – воскликнул он, взмахнув рукой, и фляжка с вином, словно по волшебству, оказалась в его руках. Однако, при ближайшем рассмотрении, его постигло глубокое разочарование: бутылка оказалась пуста. Он поднял ее над головой и энергично встряхнул, но сумел поймать лишь несколько оставшихся капель.