Чтение онлайн

Зейда понимала, что это значит - волчица попросту разорвет ее на части, едва ли дав опомниться. Бежать? Нет смысла, она сильнее и быстрее на четырех лапах. Образ мужа всплыл в памяти, отчего Зейда невольно улыбнулась, это разозлило Цветану. Красивое личико девушки перекосило от лютой ненависти.

– Нет. Рвать глотку тебе не стану. Я знаю одно местечко, где тебя не скоро найдут, а найдут, то уже дохлую, - схватив жену вожака за руку, поволокла ее в густые заросли.

Корзинку с грибами Зейда уже бросила, стараясь хоть одной рукой прикрывать глаза от почти голых осенних веток берез да осин. Волчица тащила за собой, не заботясь о сохранности жертвы. Это было абсолютно лишним. Зейда несколько раз упала, запинаясь за пни. Сарафан в нескольких местах был разорван, руки и ноги в ссадинах. Узбечка даже не могла определить, сколько времени это продолжалось, когда ее с размаху бросили в глубокую яму, в которой по середине торчали пять острых кольев. На один из них бедром и напоролась Зейда. Кол прошел насквозь, насадив ногу поперек, как на вертел. Цветана услышала крик боли снизу и злорадно рассмеялась.

– Тебя здесь никто не найдет. Все дохлятиной пропахло!
– плюнула в яму.
– И ты сдохнешь!
– повернулась скрываясь в бору.

Бегала по бору Зоря, искала пропавшую подружку, а нашла только корзинку с просыпанными грибами. Звала она Зейду, кричала, но ей никто не отзывался. Схватила она ее корзину и бежать в стаю. Залетела в дом к вожаку, да как закричит:

– Зейда пропала! Вот только корзинка, - она грохнула на пол корзину, сама оседая рядом уставшая, запыхавшаяся.

– Где ты ее потеряла?
– взревел Мезеня.

– У ручья, - отдышавшись, произнесла Зоря.

– Зорюшка, а ты зови мужа, пусть возьмет с собой Шмеля, - уже ласково попросил вожак.

Девушка понятливо кивнула и выбежала.

– У меня нехорошие предчувствия, сынок, - прижала ладони к сердцу Мара.

– Не волнуйтесь, матушка, мы ее найдем, а вы сходите к Цветане.

– Схожу.

У крыльца уже стояли верные друзья Зуб и Шмель.

– В человечьем побежим или как?
– спросил взъерошенный Зуб.

– Темные порты возьмем с собой.

Зашли за дом, сложили одежду на завалинку, привязали к ноге темные порты, чтоб не щеголять потом по поселению голышом, обернулись тремя черными волками, убегая в бор по следам жен.

«Здесь они разошлись», - прокомментировал Зуб.

«Зейда пошла на север по ручью», - вставил Шмель.

Они оставили след Зори, убегая по запаху жены вожака. Увидели рассыпанные грибы.

«Видимо, здесь она и встретилась с кем-то, но с кем?» - Мезеня пытливо посмотрел на друзей.

Те принялись обнюхивать территорию, только следы вообще пропали - не осталось запаха ни Зейды, ни того, с кем она могла повстречаться. Волки старались найти хоть малейший запах девушки - тщетно, вокруг пахло лишь осенней прелью, да жухлой травой.

«Чем-то посыпали следы», - догадался Зуб, нюхнул, принимаясь смачно чихать.
– «Демоны! Это перец!»

«Как сыскать следы-то, коли нос теперь не дышит?» - старался потереть лапой нос Шмель.

«Не знаю, друг», - чихнул Мезеня.
– «Будем искать по любым малым следам. Разбредемся по бору, если кто найдет, скажет».

Волки кивнули, расходясь в разные стороны.

Цветана прибежала домой в поту, как загнанная лошадь, схватила полотенце и шмыгнула в баню смывать с себя следы перца да шатания по бору с женой вожака. Что будет, коли спрознают, она прекрасно знала - не пощадит ее Мезеня. Мать ворвалась к ней и недовольно зашипела, спрашивая:

– Тебя где мотало-то? Мара заходила, тебя спрашивала, да ответила, что у тебя немочь настала, прилегла ты. Не пустила ее.

– Не тревожьтесь, матушка, - наигранно успокаивала дочь, - ничего со мной плохого не приключилось. А Маре здеся делать нечего!

– Да что стряслось!
– не выдержала Дора.

– Меня теперича будет любить Мезеня! Не найдет он свою галку!
– выпалила Цветана.

Дора так и прикрыла рот концом повязанного платка, вытаращив глаза на дочь от ужаса сотворенного ею зла. Ведь не так воспитывала она. Холила, лелеяла, лишней работы не давала. Все сама да сама, а она вона чего удумала.

– Поди к Маре, поклонись, покайся перед вожаком, может, пожалеет тебя, глупую!
– тихо заголосила Дора.

– Нет, матушка, - Цветала облилась теплой водой, смывая щелок с тела, - не пойду. Сказала - сживу ее со свету, знать, сделаю!

Страшно сделалось Доре за дочь, сжалось сердце. Ведь не простит не просто вожак, а сам Мезеня за свою жену. Всем видно было, как он дорожит ею, пылинки сдувает. За все, что раньше было меж дочерью и ним - не простит. Мысли, словно трусливые псы, разбежались, а собрать не получается, найти нужную не выходит. С тяжелыми думами вышла она из бани, села на завалинку дома, никого не видя.

Рыскали по бору волки в поисках Зейды, только нигде не чуялось ни следа, ни запаха. Обежали они плотно большой участок бора, где примерно могла бы быть девушка, но... никого. К вечеру Шмель сунулся в сторону, куда по зиме загоняли выманенного из берлоги медведя, в нос ударил терпкий запах свежей крови. Кинулся к яме и увидел страшную картину: на дне лежала истерзанная, насаженная на кол одной ногой, жена вожака.

« Мезеня, я нашел твою жену в медвежьей яме», - знал Шмель, что летит, стирая лапы, его друг сюда.

Через недолгое время у ямы стояли три рослых чернявых мужчины с ужасом глядя на дно. Осторожно спустились вниз Зуб и Мезеня. Они придерживали с двух сторон бесчувственное тело молодой женщины, снимая ее ногу с кола. Потом Зуб подставил под друга спину, чтобы тот мог встать на нее и передать жену Шмелю. Принял он на руки жену друга, а там и они сами выбрались из ямы.

– Кто ж такое сотворить мог?
– тихо произнес ошеломленный Зуб.

– Только тот, кому она перешла дорогу, - прорычал Шмель, - Цветане. На ней ее запах остался.

– Судить будем, - сквозь зубы процедил Мезеня, хотя ему сейчас хотелось разорвать ту, кто стал хуже врага.

Он снова стал волком, Зуб аккуратно привязал портами к его спине еле живую Зейду, быстро трогаясь в становище.

Мара только охнуть успела, как едва ли не с треском отворилась дверь в дом и вбежал сын с женой на спине. Охнула Мара, увидев бесчувственную невестку. Тут же зашли Шмель с Зубом, отвязали ее от волка, положив на лавку.

– В медвежьей яме нашли, - пояснил Шмель.

Мара старалась сдержать жалость при виде невестки, собирая всю силу. Выгнала чужих мужчин, послав их за Купавой, что всегда помогала Маре в тяжелых случаях, а сыну приказала отнесть жену в баню, положить на белую простыню.

– Чем мне помочь вам?

– Найди виноватого, - серьезно ответила Мара.

Мезеня кивнул и вышел, захватив с собой сарафан жены. За дверью его ждали друзья. Они все слышали

– Если нужно, то я смогу при всех подтвердить, - мрачно проговорил Шмель.

– Спасибо, друг, - Мезеня благодарно положил руку на плечо Шмеля.
– Пойдем в дом к Цветане.