Скажи мне "да"
Шрифт:
«Хорошо».
Наверное, это не то, чего он хотел. Когда раньше любая могла приехать к нему по щелчку пальца, но вот она я… Я не любая. И раз выбрал, нужно мириться с этим, верно?
Он приезжает за мной чуть раньше, а я вдобавок ещё и опаздываю, раздраконивая его до самого не хочу…
— Извини… Всё, всё, я пришла… — начинаю целовать его, вторгнувшись в салон с морозным воздухом. Уже конец января…
Он смотрит на меня волком, разумеется. Ну, Садовский. Ему нужно всё и сразу.
— Поехали… Пристегнись.
— Куда?
— Домой. Буду тебя наказывать…
— Влад… — улыбаюсь я, хихикая. — Что за глупость, а… Самому не надоело?
— Надоело… Ждать тебя как щенку, ещё бы…
— Ну, если бы ты учился нормально, у тебя бы тоже времени не хватало…
— То есть, я ещё и виноват? Заебись вообще…
— Никто не виноват. Никто… поехали домой, ладно. Но только до одиннадцати. Потом ты отвезешь меня к себе. Договорились?
— Не знаю… Посмотрим. Смотря как ты утешишь меня после долгой разлуки.
Я тут же зарываюсь в его взъерошенные волосы рукой и тереблю их.
— Дурачок…
Дома, как всегда, встречаюсь взглядами с Розой Сергеевной… Влад не оставляет нам и шанса поболтать… Мама ворчит на него, разумеется, потому что она и так скучает круглыми сутками одна, пока Александр Борисович на работе, а Влад хрен пойми где…
Сейчас он затаскивает меня в комнату и почти сразу же валит на кровать, набросившись на мои губы… Целуемся… Да, я скучаю. Да, мне его тоже мало. Безусловно. То, что чувствую к нему выше всего остального. Всё, как он говорил, но я и так же сгораю в его объятиях. Он делает из меня подневольную жертву…
— Погоди, погоди, — ворчу, потому что он уже лезет мне в трусы под колготками.
— Что?
— Посмотреть на тебя хочу… — касаюсь его лица, а он, зараза такая, хитро улыбается.
— Потом посмотришь… После секса…
— Скотина, а… Похотливое животное…
— Хочу тебя трахать… Дашь мне немножко? — спрашивает, снимая с меня колготки, бережно перенимая каждую из моих ног и укладывая себе на плечи.
Склоняется, целует меня в губы, расстёгивает кардиган, а следом и снимает и майку… Лифчик не трогает, зато касается пальцами цепочки.
— Носит… Не снимает… — с довольным видом констатирует обо мне в третьем лице.
— Ты с кем это там разговариваешь… Всё, кукуха поехала?
— Со своим членом… С недавнего времени, когда ты перестала нам давать…
Я хохочу, пытаясь выползти из-под него, но он дёргает меня под себя обратно.
— Лежи лучше по-хорошему…
— Сам лижи, — выпаливаю, раздвинув перед ним ноги.
— Да не вопрос… — ныряет лицом к моим трусам, заставляя меня застонать под ним. — Тихо ты… Тихо… Не кричи…
— М…
— Моя девочка…
Садовский кряхтит, шумно дышит и заставляет меня извиваться в преддверии оргазма. Начатое до конца не доводит. Спускает штаны раньше и нетерпеливо толкает в меня свой член, целуя в губы… Я снова под ним и снова ощущаю его попытки показать мне силу и власть надо мной. Почему попытки? Потому что даже если трахает меня он. Руковожу процессом всё равно я.
— Сильнее, Влад…
Едва произношу, как его руки сжимают мои бёдра, и он вколачивается в меня с усилием атланта. И я скучала по нему… Скучала по вот этому… У меня были месячные пять дней, тест по уголовному праву и мне было вообще не до этого, сейчас же я восполняю резервуары…
Когда оба взрываемся, прилипаем друг к другу, словно на суперклей. Я от него не могу оторваться, он от меня. Оба потные, в жидкостях друг друга… И мне это так безумно нравится, если честно…
Особенно, как он наминает мою задницу после этого и не перестаёт облизывать шею и лицо.
Смеюсь… Даже ржу на всю комнату.
— Садовский, прекратиии! Чего ты как собака!
— Р-р-р… Загрыз бы тебя, сучку… — рычит, пока я хохочу.
— Придурок! — визжу, и тут в дверь стучат.
— У вас всё хорошо? Чего вы так кричите?
— Ма, мы голые, блин! — выпаливает Влад, и я тут же сбрасываю его с себя, пока она удаляется, хихикая.
— Ты совсем уже! Нельзя так, Влад!
— Почему нет?
— Потому что это их дом… Не наш…
— Так давай найдём наш тогда…
— Что?
— Что… Ну снимем что-то своё…
— Влад, мы же обсуждали это…
— Блядь… — вздыхает он и двигается на край кровати.
Я тут же обнимаю его, пока не стало слишком поздно. Прижимаюсь всем телом и целую плечи.
— Это не значит, что я не серьёзно настроена…
— А что это значит? Когда будет «да»?
— Я… Пока не знаю. Как с учёбой раскидаюсь…
— Ага, я так и понял…
— Влад… Правда… Ну, ты что… Погоди… — торможу его голого посреди комнаты. — Я правда думала об этом… Не сейчас, но в будущем… Ладно?
Он касается моего лица, бодает и прикрывает глаза.
— Ладно… На колени вставая, рыжая…
— Что?
— Давай… — проскальзывая большим пальцем по нижней губе, надавливает на плечо, и я послушно опускаюсь…
Ладно, признаюсь… Немножечко мне хочется позволить ему вести…
Порой даже слишком…
И когда я сосу его член, не могу точно понять, кто из нас в чьей власти находится… Однако мне это действительно нравится…
Когда время переваливает за одиннадцать, мы наконец спускаемся вниз…
Родители, заметив меня, улыбаются…
— Здравствуйте…
— Привет, Маша…
Мы обмениваемся парой дежурных фраз и… Пьём чай вчетвером. Тему практики я не поднимаю. И Александр Борисович тоже молчит, что для меня очень и очень странно… Когда я, чуть обмолвившись, бросаю что-то о работе, меня тут же переключают, словно эта тема здесь больше не приветствуется…
Я думаю, что это мне только кажется, но потом…
Я отпрашиваюсь сходить в уборную, а когда возвращаюсь слышу приглушенный разговор.
— Потом что-то придумаешь, я не хочу, чтобы она там была и точка…
— Я уже обмолвился, сын. Как ты себе это представляешь?!
— Нужно было меня спрашивать, прежде чем что-то предлагать. Нет, я сказал. Она не будет там практиковаться…
— Ладно, скажу, что в штате убрали практикантов…
Мне вдруг становится так больно внутри… Что я задыхаюсь.