Чтение онлайн

– Что? Комплексы? Ты совсем дура?!

– Это ты здесь дура! Что, ослепла? Туго затянутый корсет – замкнутость и бзик на фигуре, осторожно так и до дистрофии не далеко. Зонтик – защита от окружающего мира. Ужасный макияж, хотя не так плох, но всё-таки слишком много косметики - это твоя маска. Ты прячешь своё лицо. Яркое, пёстрое платье – отвлекаешь внимание от своей сути. А суть твоя проста – ты кукла. Обычная пустая кукла на верёвочках,- Лита говорила уверенно, холодно, гордо и немного торжествующе. Она не думала, что сейчас чувствует девушка, которая перед ней стоит. Маген просто безжалостно говорила то, что видит перед собой. Говорила правду. Джессика застыла в шоке. В её разуме царила тишина. Зловещая, тяжёлая. И лишь звонкий звук пощечины привёл её в чувство. Удар был такой силы, что Лита едва удержалась на ногах. Красный след от руки, блеск жестоких слёз. Злость, перемешанная с обидой. Её никто и никогда не бил, это был первый раз.

– Заткнись тварь! Алекс мой! Кукла…- Джесс тяжело дышала, во всём её теле отражалось напряжение и её еле сдерживаемое желание раздавить эту нахалку. Да, как она такая, что смеет подобное ей, Ей – Джессике Ниа, говорить?! Малиновые глаза леди пронзили взглядом брюнетку,- это ты пустая, послушная кукла! Тварь…

– А Алекс знает, что он уже чья-то собственность?- прикоснувшись к щеке с нескрываемой злостью произнесла Фридери. Слёзы, она просто не в состоянии их удержать. Они просто не подчиняются, благо Джессика на это не обращает внимание, она слишком зла, чтобы видеть мелочи. Отвратительное чувство унижения, обиды, гнева и.. странное подавление? Лита с удивлением посмотрела на «гостью». Она пытается её подчинить нитями? Удивительно! И глупо. Очень глупо. Как кукловод Ниа несильна, и я сомневаюсь, что ранее она, вообще, пыталась когда-либо подчинить живое существо, а не плюшевого медвежонка. О, нет, ей лучше плести паутину слов и интриг, нежели подчинять своей власти кого-либо напрямую.

– А это уже не твоего ума дело,- тихо прошипела Джессика. Напрягающая тишина. Ни Лита, ни Джесс драться не хотели. Вот только, вот так просто разойтись они уже не могли. Словами проблему не решить. Свист в воздухе первая тишину не выдержала Ниа. Нити едва сверкнули в воздухе, но не схватили свою жертву. Слишком медленно, слишком явно. Джессика совершенно не умеет ими управлять. Так или иначе, приглашение прозвучало, теперь Фридери ничего не сдерживало. На кончиках пальчиков Литы засияла чёрная золотая энергия, а кровеносные сосуды просто почернели. Чуть позже они тоже нальются золотым светом, но сейчас энергия только начала свой ход вместе с кровью её носительницы. Интересный эффект. Джессика поняла, что это не хороший знак, однако её вторая попытка воспользоваться нитями была из вон рук плоха и просто неразумна. Стоило нитям коснуться дочери Маген, как они тут же расплавились. Да, вот так просто, как горит человеческий волос. Лита - это прекрасная роза семьи Маген. Прекрасная и опасная. Розы Маген не бывают просто красивыми и колючими. Они смертельны. Лёгкий выдох. Благо Ниа успела раскрыть свой зонтик. Лита была права, зонтик – это щит. Очень сильный щит. Да, Лорд Ниа позаботился о безопасности своей девочки. Зонтик, хорош, но его не хватит надолго. Острые шипы и чёрные лепестки разрушают защиту слой за слоем. Один лепесток и можно выбирать смерть. Как представишь, так и будет. Жертва испытает всю палитру чувств, и тело просто поверит, что его убили. Никакого механического вреда, только психологически. Представишь смерть от удушья - жертва задохнётся. Представишь горящего в огне – жертва умрёт от жара. Великолепная сила, правда, действует не долго. Всё из-за того, что Лита сегодня впервые опробовала именно эту силу. Силу, которая передаётся только членам семьи Маген, только правящей линии. Видимо только неопытность младшей Маген и спасло жизнь Ниа. Джессика резко закрыла зонт и быстро перенаправила удар. Последняя функция этого зонтика, после чего он бесполезен. Шанс перенаправить любой удар обратно противнику, чтобы выиграть или сбежать. Сбегать Джессика не собиралась.

– Он только мой!- пронеслось восклицание в голове Джессики, однако сама ничего не сказала. Такого благородства от «Короля» она не ожидала. От собственной же силы Литу уберёг её родной брат. Сила Алекса во много раз превышает силу Литы, а значит, он вполне способен нейтрализовать удар. Свести на нет или даже поглотить, что собственно говоря, он и сделал. Ох, сейчас Джессике лучше помолчать…

– Как благородно! Спасаешь шлюху,- да ей действительно необходимо было промолчать. Сначала Алекс просто не обращал на Джессику внимания, ему сейчас важнее состояние сестрёнки. В порядке, единственное, что ему не понравилось это малиновый след на бледной щеке сестры. Свежий, яркий и глаза… значит, недавно плакала. Маген молча, накинул одеяло на хрупкие плечи любимой и обернулся к Ниа.

– Да, ты права. Слишком благородно с моей стороны спасать твою никчёмную жизнь. Джессика, тебя кто-нибудь приглашал?- Алекс медленно и величественно подошёл к креслу и сел. Пусть она что-нибудь интересное придумает. Алекс специально оставил время посмотреть насколько же Джесс способна во лжи или насколько же она разумна? Жестом руки он дал знак сестре, чтобы она села рядом. Лита, удерживая одеяло на своих плечах, аккуратно ступая по ковру, подошла к брату. Хотела устроиться на рукоятке или просто на ковре, однако это вовсе не совпадает с мыслями сына Короля Бриллиантовой тропы – Ричарда Маген. Алекс притянул к себе свою принцессу и посадил её к себе на колени.

Ниа даже не думала над ответом. Она была поражена. В голове пустота и благо рот не открыла. В первую очередь она была поражена, что он её оттолкнул, а после статусу незнакомки. Кто она такая, коль Алекс позволяет ей так много и… тут Ниа поняла. Татуировка, отношение Алекса, всё указывало только на одно. Молчание. Магены в последнюю очередь принимают подобный ответ.

– Раздевайся,- небрежно кинул Алекс, глядя на незваную гостью.

– Что?

– Оглохла?- ответ вопросом на вопрос? Унизительно. Джессика сглотнула. Теперь её парализовал страх, негодование и нежелание. Была бы она в другом месте, в другом обществе, не раздумывая ушла, послав того, кто это предложил или, как Алекс, приказал, куда подальше. Но это не кто-то, это Маген! Не подчиниться себе дороже. Алекс внимательно смотрел на девушку. Следил за каждой мышцей на её очаровательном личике. Сейчас её маска просто трещала по швам, а значит можно видеть, как инстинкт самосохранения отчаянно борется с гордостью. Первой на пол упала шляпка, потом перчатки и украшения. Ниа избавлялась от одежды медленно и каждый раз, каждая деталь одежды как подвиг. Она не просто наступила себе на горло, а душила свою гордость. Казалось, что она вот-вот расплачется, закричит, сбежит, сойдёт с ума, в конце концов. Но с последним я загнул, хотя кто знает. Лита не понимала, зачем это нужно, и с трудом могла даже предположить, почему её старший брат и жених торжествует. То ли он улыбается, то ли усмехается. Наверно, что-то среднее. Ниа избавлялась от одежды так медленно, что её унижением можно было наслаждаться. Сколько ярких чувств, которые девушка пытается заглушить, но в итоге ещё сильнее придаёт яркости. Злость, обида, ненависть и даже смех над самой собой, жалость и конечно унижение. Туго завязанный корсет плавно опустился на пол, стоило только за одну ниточку потянуть. Ей и раньше приходилось раздеваться перед Алексом, но не при таких обстоятельствах и без свидетелей. Удивительно, как одежда раскрывает истину. Обнажая себя люди, обнажают своё истинное Я, обнажают свою суть. Джессика не стала исключением. Такая сильная и такая слабая. Слишком жестоко. В будущем в душе девушки останется очень неприятный осадок. Впускать кого-то в свой мир, даже если не по своей воле… ужасный поступок. Ужасно рискованный поступок. Кого-то впустишь, и твой внутренний мир изменится, он никогда не будет таким как прежде. Мир изменится, потеряет свою красоту. Останутся раны. Мне её сейчас даже немного жаль.

– Умница,- с ухмылкой на лице Алекс разглядывал свою собственность. О, после такого унижения Ниа уже даже не подумает сбежать. Захотеть? Может и захочет, а вот сдвинуться не сможет. Ни одной заколочки, невидимки. Все украшения, все мелкие детали, даже косметика… Она сняла с себя всё. Как и было приказано. Джесс с силой сжимала кулаки и не смотрела в глаза. Она так сильно сжимала свою ярость, что эта боль останется следами на руках. Может душа её и сопротивляется, но сам дух сломлен, о чём свидетельствует её лицо и её взгляд. Сдалась,- вот видишь, Джесс? Ты никто. Если бы не я, ты так и осталась бы серой мышкой, никому ненужной сорокой. Только благодаря мне ты стала той, кем ты являешься в глазах других сейчас. Актрисой. Всё как ты хотела, не так ли?

Маген усмехнулся и поцеловал свою сестричку в плечо. Одеяло немного опустилось, грех этим не воспользоваться.

– Если бы ни я, ты бы не плела паутину против своих врагов, а паутина слухов накрыла бы тебя с головой. Думаешь, я не знаю о милашке Альте?- в этот момент Алекс снова посмотрел на Ниа. Глаза невидно, но напряжение. Что-то в ней изменилось. Значит, боится,- Ошибаешься. Я знаю всё. Вплоть до ласковых слов, которые ты ей шепчешь на ушко во время ваших любовных утех. Джесс, а она знает, что она не первая? Сколько же ты девочек попробовала? Я наверно уже не припомню. Запуталась во лжи, потонула в крови и в добавок погрязла в… кажется, это называется блуд? Да, дорогая, мне известно о тебе всё, а теперь скажи мне, кто же теперь шлюха?

Последний вопрос звучал явно не как вопрос. Настоящее утверждение. Маген аккуратно обнял сестричку за талию. Ему хотелось ещё уделить внимание Лите особенно сейчас, когда его печать ещё свежа, но Ниа все планы расстроила.

– Итак, кто у нас плохая девочка?- Алекс самодовольно улыбнулся. Хоть так получит удовольствие от полудня. Не смог провести время наедине с любимой, хоть потешит своё самолюбие и, наконец, поставит Ниа на место. Зазналась девчонка.

– … Я плохая девочка…

– Ты взглянешь мне, всё-таки, в глаза или силёнок не хватит? Повтори,- Лита и не думала вмешиваться. Она только сильнее укуталась в одеяло и поморщилась. Татуировка всё ещё болит. Данная ситуация очень льстила негодяю. Надо будет спросить у братика, чем же. Лично я этого не понимаю. Малиновые глаза, оказывается, были полны слёз. В какой-то миг она научилась ненавидеть лютой ненавистью того, кого раньше могла раньше только бояться. Только миг Силы, которая разбилась на осколки, встретив тёмные синие глаза тирана.

– Я плохая девочка…

– Кое-что забыла, кукла.

– … мой господин,- в ответ Маген рассмеялся, и с глазами яростного хищника пронзил бедняжку леденящим душу взглядом.

– Позволяю одеться, только… сама,- интересно, как она затянет самостоятельно корсет? Раздеться сложно, но ещё труднее одеться, особенно, если на тебя так смотрят,- ну, что Лита? Я дарю её тебе. Можешь делать с ней, что твоей душе угодно.

Неожиданный подарок. И это ещё легко сказано. Бедная Лита немного опешила. Зачем ей девушка, которая совсем недавно поливала её грязью, ударила, и мгновение назад унижалась перед старшим братом? И, как понимать «делай, что хочешь»? Если младшая Маген просто не понимала, зачем ей это нужно, то про Джессику не стоит даже вспоминать. Её уже растоптали, а этот жест был утвердительной точкой смерти её самолюбия. Ответ сестрёнки Алексу просто не требовался, он уже всё решил, и менять решения не будет.

Джессика застегнула платье и откинула волосы назад. Алекс задумчиво перебирал пряди любимой и уже готов был даже озвучить то, что мучило, душило его душу столько лет, как в соседнем доме прозвучал безумный смех, который заставил вздрогнуть даже Алекса. Нет, не время для исповеди. Единственная, кому он может излить душу, исповедаться, раскрыть свою душу сейчас испуганно вздрогнула в его руках. Лита с опаской посмотрела в окно. Когда, весь этот кошмар творился, она спала и пыталась принять свои спрятанные отцом осколки воспоминаний. Она помнит дом Карден живым и даже может вспомнить лицо Джозефа и черты Марка и Лиры, но смутно. Единственное её знакомство с внешним миром это короткие прогулки с мамой и окно. А ещё академия отца и то, носила другое имя и фамилию. Почему другое? Её имя Фридери Май, это всё часть её имени. Элизабет хотела дочь с именем Май, Алексу нравилось имя Фридери, а Ричарду – Лита. Чтобы семья не поссорилась было решено подарить девочке сразу три имени. Разумно в смысле безопасности.