Скажи мне, кто твой враг…
Шрифт:
Вдруг Лотеску не придет? Гости разойдутся, слуги закроют двери и что? Правильно, только слепой не обратит внимания на одинокую женщину у столба. К счастью, дурные опасения не сбылись, хассаби объявился, но опоздал на десять минут.
– Ну, к чему такая срочность?
Он отвел к гардеробу, пустовавшему по случаю лета.
Мимо прошествовала дама в мехах. Ей сезон явно не помеха, да и манто не для тепла, а призвано подчеркнуть статус и достаток.
Поделилась подозрениями. По мере рассказа лицо Лотеску мрачнело, под конец он тихо выругался и потащил вглубь концертного зала. Едва поспевала за начальником, радуясь, что научилась бегать на высоких каблуках, а платье не со шлейфом.
– Так, Магдалена, он понял?
Хассаби втолкнул в подсобное помещение и закрыл дверь. Беззвучное заклинание, пара движений, и чары надежно защитили от случайных и не очень свидетелей.
Заняла единственный стул. Лотеску остался стоять. Он нервничал и косился на браслет диктино. Видимо, собирался дать некие указания, но пока медлил.
– Полагаю, нет. Я не дура, подстраховалась.
– Понял уже, – вздохнул начальник и потер виски. Неужели приступ? Как не вовремя! Но нет, отнял руки. – Видимо, придется ввести в курс дела, хотя этого мне хочется меньше всего на свете.
– Почему? – расправила плечи обида. – Удобнее использовать и молчать?
Лотеску засопел, открыл было рот, чтобы поставить на место зарвавшуюся секретаршу, но передумал.
– Я вас не использовал, просто политика – грязное дело, вам там нечего делать.
– И все же? – в свое время настойчивость помогла не умереть на улице.
– Хорошо, дважды, – выплюнул хассаби и нервно прошелся по подсобке.
– Что – дважды? – не поняла я.
– Использовал, Магдалена. Сейчас нет. Видите ли, – он осторожно подбирал слова, видимо, решал, о чем умолчать, – мое внимание привлекли некоторые действия. Абсолютно случайно, в силу должности. Ниточка привела к занятным результатам. Убитый фальшивомонетчик копировал вовсе не деньги.
От удивления на миг онемела, хлопая глазами.
– Бумаги? – вывод напрашивался сам собой.
Лотеску кивнул и еще раз помянул шайтана.
– Осторожнее, Магдалена, – предупредил хассаби. – В вашем случае письмами могут не ограничиться.
– Я не боюсь, – чистая правда.
Начальник тяжко вздохнул и покачал головой.
– А нужно. Поверьте, история мерзкая.
– Можно подумать, прежде я работала в белых перчатках! – рассмеялась и вновь нарушила неписанные правила общения с вышестоящими: – Доверьтесь мне, хассаби!
– Розалинда ждет. Не желаю, – он усмехнулся, – объяснять, чем мы занимались наедине дольше пяти минут. Сами понимаете, в женскую голову приходит только секс. Послезавтра, ишт Мазера. А пока развлекайтесь, выкиньте из головы. Вечер обещает стать событием месяца, не проведите его в подсобке.
Кивнула, хотя лично для меня вечер растерял свою прелесть. Спасибо шатену, сорнейскому послу и шпионажу – не сомневаюсь, бумаги копировались с целью замены и продажи оригиналов.
– Садитесь за мой столик, – неожиданно предложил хассаби и снял с двери чары. – Обещаю свободного полезного кавалера младше шестидесяти. Связи – лучшая валюта, Магдалена, пользуйтесь, заводите. Вы начитанны, думаю, найдете общие темы. Заодно присмотрю, – чуть слышно добавил он.
– Вы полагаете?..
Радовало одно: проносить оружие на подобные мероприятия запрещалось, за безопасностью строго следили. Гости проходят через специальные рамки, от которых не утаишь даже заточку. Логичная предосторожность, без нее городскую элиту давно бы проредили.
– Нельзя исключать, – пожал плечами Лотеску. – Пока угрожали газетной публикацией, которая поставит крест на карьере.
Судя по всему, скелеты в шкафу у хассаби имелись, иначе бы он отнесся к угрозам как к шутке. Зато теперь понятно, отчего начальник не показал письма.
– Ну, меня и вовсе легко смешать с грязью! – рассмеялась, желая подбодрить. – Один Тайрон чего стоит!
Лотеску кисло улыбнулся в ответ. Мыслями он витал далеко отсюда.
– Идемте! – очнувшись, хассаби подтолкнул к выходу. – Так и быть, потанцую, благо Розалинде нужно готовиться к выступлению.
– Вы постарались?
– Тоже считаете ее бездарной?
Определенно, на многие вещи мы смотрим одинаково.
Улыбнулась и пообещала не создавать проблем. Спросят: звонили из Карательной, передали сообщение. И, может, за один стол не нужно? Устроюсь, неплохо проведу время.
Лотеску покачал головой.
– Не желаю сюрпризов. Если все, как я думаю, шатен устроится рядом и начнет пытать. Странно, он мне не знаком, уж не маг ли из проулка?
– Полагаете, изменил внешность?
– И пришел по чужому приглашению, но тогда…
Хассаби не договорил, заметив администратора. Тот отчитывал молоденького официанта и осекся при виде гостя.
Лотеску потребовал проводить даму, то есть меня, в Малый зал. Опасность не мифическая, раз обеспечил охраной.
Высший свет снова в игре. Интересно, кого обидел король, раз он смотрит в сторону Сорнея?
Руки чесались оправить запрос в университет. Пусть поищут магов с подходящими данными, благо копию почерка приложу, разумеется, если хассаби отдаст. Только завтра выходной, целый мучительный день ожидания.
Лотеску шантажировали. Занятно! Интересно чем? Подозреваю, пикантные карточки. То ли завел роман с не той женщиной, то ли вышел за рамки привычных отношений.
Хихикнула при мысли о начальнике-извращенце.
Администратор покосился, но промолчал. Подумаешь, гостья смеется без причины, перепила, наверное.
Так, чем мог заниматься Лотеску? Перебирала в голове варианты, примеривая на хассаби. Любовь к мужчинам отмела сразу: достаточно вспомнить, как он отнесся к ишт Неврису, моему бывшему непосредственному начальнику. Такое отвращение, смешанное с брезгливостью, не сыграешь, Лотеску волновали исключительно женщины. Несовершеннолетние? Сомневаюсь, встречала я ценителей малолеток, ничего похожего. Любимый тип хассаби – фигуристая, опытная, раскованная. Значит, игры в постели. Кнут, наручники, плетка – по-моему, подходящий вариант.
Малый зал встретил уже не тягучей мелодией вальса, а энергичными современными ритмами. Кивком поблагодарив администратора, смело направилась ближе к сцене, где «зажигали» музыканты. Там веселились те, кого не смущал быстрый темп. Подобные танцы идеальны для «одиночек», и я благополучно влилась в общее веселье. Постепенно оно вытеснило из крови тревогу, заставило забыть о чужих секретах. Я отдавалась музыке, жила ей. Задрав подол до колен, отбивала ритм каблуками, изгибалась, кружилась. Не так уж плох праздник, не хуже клуба.