Чтение онлайн

Слово «шокировать», которое в тот момент было любимым выражением моего брата, мне не показалось подходящим для описания ситуации.

— Хочешь пойти со мной в магазин рядом? — спросил Тейлор с хорошим настроением. — Нам нужно убрать все сорняки сзади, и мне понадобится много садовых принадлежностей.

— ПОЙДЁМ! — закричал мой брат, так сильно разволновавшись, что чуть не уронил игуану, когда начал прыгать.

— Нет, Кэмерон, в другой раз. Мне нужно принять душ и приготовить тебе еду... — я заметила разочарование на лице Тейлора.

— Нет, Ками! Пойдём, пожалуйста! Мне так скучно! — начал настойчиво просить мой брат, глядя на меня своими голубыми глазами, которые не оставляли меня равнодушной.

Я заметила, как Тьяго отстранился и наклонился, чтобы собрать то, что он нарезал с помощью садовых ножниц. Он повернулся к нам спиной и продолжил работать в саду.

— Мне не трудно взять его с собой, если ты не можешь, — сказал Тейлор, глядя на моего брата, который продолжал уговаривать меня. — Это рядом, мы быстро вернёмся.

Я знала, что Кэмерон будет в хороших руках, но не хотела навязывать Тейлору заботу о нем — это моя работа.

— Не переживай, в другой раз пойдём все вместе, — сказала я, и мой брат начал возмущаться.

На лице Тейлора появилась улыбка.

— Мне не трудно, Ками, — настоял он, и я поняла, что он говорил серьезно.

Я не могла позволить ему пойти. Если мама узнает, она меня убьет.

— Извини, но я предпочитаю, чтобы он остался здесь со мной. — Даже я поняла, как резко это прозвучало.

Мой брат стал злиться.

Ты скучная, Камила! — закричал он и побежал к дому.

Когда он называл меня полным именем, это всегда было плохим знаком, особенно когда он говорил так же, как мама, когда она на меня злилась.

Мне было стыдно, но я не могла позволить своему брату общаться с ними. Это просто было неприемлемо, и я не могла разрешить ему делать это. Нам это строго запрещалось. Мой брат никогда бы не понял, но я понимала.

— Увидимся, — попрощалась я.

8

ТЬЯГО

Кам была точной копией своей матери. Не только внешне, но и в том, как она воспринимала себя — выше моего брата и меня. Мне было неприятно, что часть меня все еще надеялась, что она останется такой, как раньше, но та Камила больше не существовала. Эта прекрасная девушка была просто красивой девушкой, как и ее мать. Просто красивая внешность без содержания. Мне было жаль того мальчика, который жил в этом доме, окруженном такими поверхностными и холодными людьми.

Кам была ледяной принцессой, как все говорили, и я не собирался искать ничего, что могло бы доказать обратное.

Я перестал слушать ее, когда она сказала, что не может пойти с моим братом в магазин. Не собирался тратить на нее время, у меня было гораздо более важное дело — организовать тренировки для следующего баскетбольного матча.

Закончив с садом, я зашёл на кухню, и достала все сыры из холодильника. Это еще одна вещь, которую мне пришлось научиться делать с самого раннего возраста — готовить. С тех пор как моя мама начала брать дополнительные смены в больнице, я взял на себя заботу о приготовлении ужина и укладывании брата в постель. Сегодня мама работала ночью, так что я начал готовить, пока она принимала душ перед уходом в больницу.

Тейлор провел весь день в своей комнате. Мне не очень важно было, что он делает, но между нами висела определенная напряженность с тех пор, как мы приехали. Видеть, как он играет в бильярд с Кам, и то хорошее настроение, которое они друг с другом создавали, меня сильно бесило. Я не был согласен, чтобы эти двое снова стали друзьями. Это было неправильно. Мой брат хотя бы должен был мне это. Я не мог простить ее просто так, это так не работает.

— Это пахнет замечательно, дорогой, — сказала моя мама, заходя на кухню в уже надетой куртке.

Я готовил свой рецепт макарон с сыром, первое блюдо, которое научился готовить. Пока я ждал, пока пармезан, голубой сыр и чеддер растопятся на сковороде, я наблюдал, как мама бегала по кухне, ища, черт знает что.

— Что ты ищешь, мама? — спросил я, откусывая кусочек сыра.

— Ищу прививочный сертификат Тейлора.

Я посмотрел на нее с недовольным выражением. В это время мой брат появился на кухне и сел за стол, наблюдая за мамой так же, как и я. Мама была с каштановыми волосами и зелеными глазами, как и у меня. Мы были похожи, хотя она была гораздо ниже ростом, чем мой брат и я, и, конечно, гораздо красивее.

Я не понимал, почему она не смогла построить свою жизнь с мужчиной, который того стоил, но не мог ее осуждать — она перестала верить в мужчин, и было понятно, что ей легче оставаться одной.

— Тейлор, встань и помоги мне, — сказала она с раздражением, открывая и закрывая ящики. Я отвернулся, продолжая готовить. Мой брат встал и начал с ленцой перебирать ящики.

— Зачем, черт побери, теперь требуют этот прививочный сертификат? — спросила мама, убирая локон волос с лица и открывая последний ящик на кухне.

«Вот это место для хранения прививочного сертификата», — подумал я, но не сказал вслух.

— Они собираются сделать всем медицинское обследование, — ответил я, помешивая макароны и поднося бутылку пива к губам. — Говорят, что теперь это обязательное требование для всех спортсменов, которые участвуют в соревнованиях.

— Вот он! — сказала мама, с облегчением извлекая пыльный сертификат, который, вероятно, был здесь с тех пор, как мы уехали семь лет назад. — Постарайся не потерять его, — предупредила она моего брата, поцеловав его в щеку. Затем она подошла ко мне. — Я вернусь только утром. Не пейте много пива и, пожалуйста, не засиживайтесь допоздна за Xbox, завтра у вас уроки, — добавила она, указывая на Тейлора.

— Ты не будешь ужинать здесь? — спросил я с нахмуренным лицом.

— Нет, мне не хватит времени, милый. Я вернусь поздно.

— Подожди! — остановил я ее, доставая контейнер из ящика и накладывая в него почти половину макарон с сыром из сковороды. — Возьми это.

Мама улыбнулась и приняла еду, которую я ей протянул.

— Спасибо, люблю вас! — сказала она, поцеловав меня в щеку, и поспешно покинула кухню. Мой брат включил телевизор, стоящий в углу, и достал еще одну бутылку пива из холодильника. По идее, он не должен был пить алкоголь, но наша мама не была глупой и знала, что мы пьем с 14 лет. Вместо того чтобы запрещать это, она заставила нас пообещать, что если мы будем пить, то будем делать это с умеренностью и ни в коем случае не будем садиться за руль пьяными.