Чтение онлайн

Из коридора закричали: "завтрак!" и я решила поэкспериментировать после еды.

В столовой меня ждал обычный больничный завтрак: жидкая молочная каша, кусочек масла, сладкий чай и булка. Немного, конечно, но с голоду не умру. Да и выписываться скоро. Дома отъедаться буду.

Сказала всем "Доброе утро!" и села за наш с Ольгой стол. Ну, и пускай он возле окна, зато занимают его самым последним, когда мест других уже не осталось. Сегодня за нашим столом сидела Наталья. Светки в столовой не было. И это радовало. Не будет канючить: "дай посмотреть!" Она мне так ночью надоела, что я не выдержала и сказала: "Сто баксов!" А эта дуреха улыбается и кивает: сейчас принесу. Пришлось послать ее по известному адресу. Коротко и без всяких намеков. Как она обиделась! В туалет плакать пошла. И плакала там громко и вдохновенно. Еще и дверь открытой оставила, чтобы мне слышно было и стыдно. А я слушать не стала, пошла себе в палату, и спать легла. Ко мне ведь так никого и не подселили. Когда надо свет включаю-выключаю, когда надо открываю кран в умывальнике, и не боюсь кого-то разбудить или обрызгать. Мы из-за этих брызг сильно поцапались со Светкой. Давно, перед родами еще.

Ну вот, только подумала про нее и Светка появилась. Счастливая по самую макушку.

–  Девочки, а я узнала, зачем нужны волосики на лобке! кричит она от самой двери.

–  Ну, и зачем?

Я отодвигаю пустую тарелку и тянусь за чашкой чая.

–  Чтобы не текло на живот, когда писаешь стоя!

И радости столько, будто Нобелевская премия у нее уже в кармане. Интересно, Светка руки хоть помыла после туалета или так и прибежала, делиться с нами своим открытием. Вот из-за таких дурех я иногда и жалею, что родилась не парнем.

–  Ты что, первый раз пописала после родов, что только сейчас узнала?

Отпиваю полчашки, доливаю ее молоком, сахарю. Ольга пьет точно такой же чай.

–  Нет, не первый. Но я все время забывала сказать, теперь вот стояла, писала и вспомнила!

Из-за таких, как Светка, про всех женщин и стали говорить: "Волос длинный ум короткий". А послушать, что Светка болтает, так волосы у нее трехметровой длинны должны быть, не меньше!

–  А почему стоя? У нас же в туалете унитазы сидячие, - мрачно сказала Наталья.

У нее малыш всю ночь кричал, а тут еще Светка со своим "открытием". Похоже, Наташка тоже дур терпит с большим трудом.

–  А мне пиздиотомию сделали садиться больно!

И, чтобы показать, как ей больно, Светка садится на стул боком, как в дамское седло, еще и ногу за ногу закидывает. Полы халата расползаются, и я пытаюсь понять, кому тут демонстрируются коленки и короткая черная ночнушка.

–  Не холодно?
– спрашивает Наталья, намазывая на булку масло.

–  Нет. А что? Светка делает удивленное лицо.

–  Ни дня без секса? Чтоб не заросла народная тропа? Это уже я спрашиваю. Тоже мрачно. Чтобы подыграть Наталье. Представила, что все знакомые, кто мне деньги должен, вдруг одновременно и скоропостижно скончались, и у меня еще мрачнее голос получился. Или ты меня соблазнить пытаешься?

–  Нет! Ой, я и не заметила! Я такая задумчивая…

Светка поправляет халат и делает столько ненужных телодвижений, что я начинаю высматривать мужика, для которого она устроила это представление. Или она тетю Шуру за мужика приняла? Та как раз тележку с едой увозила. Возле двери еще раз глянула на Светку и головой покачала. Даже свое обычное "будьте здоровы, девоньки!" забыла сказать.

–  Так что там тебе сделали? Лоботомию? спросила Наталья, когда дверь за тетей Шурой закрылась.

–  Нет, - говорю я прежде, чем Светка выдаст очередной перл. Лоботомия тут невозможна, из-за отсутствия объекта ампутации.

–  Ты всегда такая добрая или только сегодня? Наталья так и не донесла до рта свою булку с маслом. И почему это ты афоризмами вдруг заговорила?

Светка старательно и с удовольствием повторила заумное слово, и помешала нашему содержательному разговору. И мне не пришлось отвечать, что после общения с Жанной, меня не только на афоризмы, но и на поругаться растаскивает.

–  Оля, хоть вы скажите, что за матюкомию ей сделали! И откуда она взяла это слово?

Не поверю, чтобы Светка сама его придумала. Пока я спрашивала, Наталья окончательно определилась, что кашу она есть не будет.

–  А мне Юрий Андреевич сказал, - выдала страшную тайну Светка.

Вид у нее был такой загадочный и счастливый, словно ее приобщили к чему-то высокому и прекрасному, а нас послали подальше.

–  Ну, от Кисоньки и не такую похабщину можно услышать, - улыбнулась Ольга. В этом он виртуоз. Добавит или уберет одну букву и, вместо медицинского термина получается матюкальщина.

–  А это был медицинский термин? удивилась Наталья.

Я тоже удивилась, только озвучить свое удивление не успела.

–  Конечно. Пизиотомия это рассечение промежности, с целью предотвращения разрывов при родах и скорейшего извлечения ребенка из…

–  Спасибо, Оля, мы поняли. Да, Оксана?

–  Точно, - кивнула я. Весь учебник по акушерству цитировать не надо.

–  Как хотите, девочки, - Ольга допила свой чай и отставила пустую чашку. Извините, но сборник анекдотов процитировать не могу.

–  Обойдемся.

–  Спасибо, Оля. Не надо напрягаться. Нам тут Светланы хватит.

Ответили мы с Наташкой одновременно, но она вежливее и пространней. Издержки профессии, что тут поделаешь?

–  Интересная девушка, - согласилась Ольга и улыбнулась. Моих пациентов она мне напоминает.

–  А ты и психиатром работала?

–  Ну, что ты, Оксана. Просто ты мало общалась с детьми. Они могут такое сказануть, куда там нашей Светочке!

–  Я как-то слабо себе это представляю. У меня всякие знакомые есть. Была и такая, что просто умница и красавица… пока сидит и молчит. А как начнет хромать и матом всех поливать, то мало никому не покажется. Но и она до такого не додумалась: "я узнала, для чего нужны волосики…" Иногда мне кажется, что кое у кого не только не все дома, но и крыша у этого дома протекает.

Я покосилась на Светку. Она сидела за соседним столом и не завтракала, а вкушала пищу. На разговоры она не отвлекалась. Словно позировала для журнала "Благовоспитанная леди".

–  Сочувствую, - совершенно серьезно сказала Наталья. Мне тоже приходится общаться с не очень приятными людьми.

И больше ни звука. Профессиональная этика и банальная осторожность. Это я могу понять и принять.

–  А вот мне повезло я общаюсь с очень забавными человечками, - и Ольгино лицо стало задумчиво-мечтательным. Вот представьте: прихожу это я по вызову к трехлетнему ребенку. У него сыпь и расстройство желудка. Ничего страшного, просто добрая бабушка обкормила внука клубникой. Бабушка уехала, а последствия остались на лице и в горшке. Даю мамочке рекомендации и в пол-уха слушаю, о чем говорит ребенок. Он уже выяснил, что и для чего нужно, и спешит рассказать об этом мне. "Глазки нужны, чтобы смотреть, ушки чтобы слушать…" - процитировала Ольга своего пациента. Все это величайшие открытия для маленького человечка. Как назначение волосиков для некоторых из нас, - сказала вдруг Ольга, и мы дружно фыркнули. Я оглянулась Светка добралась до булки и чашки. Когда малыш стал рассказывать, для чего ему нужен животик, мама занервничала, а когда заговорил, из чего он какает и писает, мама попыталась отвлечь его игрушкой. Но мальчик оказался настойчивым. Он закончил рассказ и спросил: "Тетя-доктор, а ты знаешь, зачем мне нужны яйца?" Я-то, конечно, знаю, но демонстрировать свои познания перед маленьким человечком… Понятно, что я немного растерялась, а мамочка то краснеет, то бледнеет. И тогда малыш гордо заявляет: "А я знаю! Яйца нужны для красоты!" Мне смешно история почти анекдотная, а на мамочку смотреть жалко было. Она потом долго извинялась, говорила, что они с мужем не учили ребенка такому, что это он сам додумался, и теперь всем гостям рассказывает… хоть в дом никого не впускай!..

–  А весело у вас бывает, - посочувствовала Наталья.

–  Бывает, - согласилась Ольга.

–  Не хотела бы я на месте этой мамочки оказаться.

–  А я, Оксана, на твоем месте оказаться не хотела бы. И что ты делать будешь с ребенком?

О каком ребенке Ольга спросила, я не стала уточнять. И так понятно. Вчера Кисонька сводил меня на первый этаж. А там, через щелочку в окошке показал отцу темненького. Я и не разглядела этого папашку. Сплошные спины и головы перед окном, а из-под двери дует. Каждую минуту кто-то входит-выходит, а нянечка, что передачи принимает, рявкает на всех: "Дверь закрывайте, мороз на улице!" Как можно общаться через малюсенькое окошко в двери, когда три-четыре пациентки с одной стороны и толпа проведывающих с другой, не представляю. Ничего же не слышно и не понятно. Раньше для проведывания специальная комната была, со стульями и диванчиком, но на днях там разбилось стекло, и комнату закрыли. Обещали открыть, как только, так и сразу. Не знаю, о чем Кисонька говорил с отцом темненького, но малыша у меня не забрали. Наоборот, попросили кормить и ухаживать, как за своим, если мне не трудно, конечно, и в любое время обращаться в детское отделение, если у ребенка вдруг начнется приступ. Отказать Кисоньке я не смогла.