Чтение онлайн

–  Родаль.

Ну, нельзя же так издеваться над человеком!

–  И какого хрена он тебе это рассказал? Ему что, поговорить больше не с кем?

–  Не с кем.

Я зарычал. Может, укусить этого юмориста?

–  Нутер, не надо на меня так смотреть. Родаль сказал, чтобы я слушал, что мне это понадобится. Я не знал, зачем, пока ты не начал спрашивать.

Этот красавчик что, с провидцем советовался? Типа, кому и чего разболтать, чтоб тот, через полсотни лет нужному человечку передал. Охренеть, как правдоподобно! А может Родаль сам ясновидничать умеет?

Не умеет. Среди норторов нет ясновидящих.

–  Крант?!

–  Слушаю тебя, нутер.

–  Ты что сказал?

–  Я говорил про Родаля…

–  Нет. Вот только что.

–  Нутер, я…

–  Ладно, тогда скажи еще раз. Родаль - ясновидящий или нет?

–  Я не знаю.

–  А кто знает?!

–  Родаль.

–  Так что, мне теперь все бросить, и бежать, искать этого Родаля?

–  Плыть.

–  Что?

–  Родаля здесь нет. Он на Суаре.

–  Знаешь что, Крант!..
– Вдох-выдох, спокойствие и тишина в доме.
– Иди ты, наверное, к себе.

–  Зачем?

–  Посиди там немного. Коврик сплети.

–  Нутеру нужен коврик?

–  Нутеру и на хрен не нужен твой коврик! Я хочу спокойно посмотреть, что за свиток впарил мне Алми, а ты…

–  Нутер, я останусь с тобой.

–  На фига? Я хочу побыть один!

–  Я твой оберегатель, нутер. Все, у кого был список, умерли.

–  Мы все когда-нибудь умрем.

–  Нутер! Они умерли не когда-нибудь. Их убили!

Первый раз слышу, чтобы Крант так беспокоился. И так орал. Он что, думает, я плохо слышать стал?

Как там говорилось в одной умной книге: "Не будьте любопытствующими без меры. Или заведите телохранителя и бронежилет". Так, кажется. Или это в уставе каком-то говорилось?

Может, Крант и прав. Может, мне и понадобится охрана. Но я должен заглянуть в этот дурацкий свиток! Чтоб хотя бы знать, из-за чего меня убивать станут.

Взял свиток. Аккуратно разрезал шнуры.

Блин, аккуратные разрезы - это уже профессиональное. Аккуратнее разрезов у меня только швы получаются. Если есть здесь гильдия швей, то я там мастером мог бы быть.

Развернул свиток.

Картинок в нем не оказалось.

Еще раз посмотрел. Уже внимательнее.

Почерк мелкий, разборчивый. Буквы знакомые. Почти родные. Помесь русского с латинским. Точнее не скажу. Я не Лева, что три импортных языка знает. И любую этикетку на бутылке переведет. Не напрягаясь. А я финский от французского только на слух отличить могу. Фины ругаются забористее. Хорошо хоть не итальянец все это нашкрябал. Итальянцы - народ темпераментный. На почерке это должно было сказаться. Скорее уж англичанин писал или…

…американец.

Блин, а почему не англичанин?

Но даже если и америкос, все равно я этого языка не помню. У меня и в анкете так написано: "Английский знаю со словарем". То есть никак. Все буквы узнал, а слово прочитать не смог. Вот этот прикол точно про меня.

Можно вспомнить.

Вспомнить? Ну, да. У меня же родственница завелась, что школу с золотой медалью закончила. Языком должна бы хорошо владеть. Иностранным. А не так, как ее подружка-сестричка.

Интересно бы узнать, чего здесь написано? Хотя, одно я уже понять успел: писарь этот ни врачом, ни фармацевтом не был. Ни одного знакомого термина в тексте я не заметил. Про другой свиток я уже и не мечтаю. Там сплошные крестики-нолики вперемешку со звериными мордами.

–  Ну, что, посмотрели? Теперь прячем.

Вспоминать-читать я сегодня точно не буду.

–  Прячем, - согласился Крант.
– Нутер, можно спросить?

–  О чем? Куда прятать будем?

–  Нет. Скажи, нутер, ты понял, о чем этот список.

–  Пока не понял. Может, потом. А ты?..

Чем черт не шутит - друг Кранта и такому научили.

–  Нет, - печальный вздох и задумчивое качание головой.
– Скажи, нутер, а ты знаешь, чей это список?

–  Мой. Чей же еще?

–  Нет, нутер. Не ты создал его. Сандалии, что я сплету, мои. Они и на твоих ногах будут моими.

–  А-а, вот ты о чем. Ну, тогда я не знаю. А ты на кого думаешь?

Говорить, что подозреваю кого-то из моего мира, не стал. Пускай это останется моей маленькой тайной. А то Крант обожает все мои тайны телепатничать своим знакомым.

–  Думаю, список создал тот, кого не нашли.

–  Это ты на Хранителя думаешь?

–  Нет. На того, в ком прятался Хранитель.

–  "Прятался"?! Это как же?

Ну, Крант и объяснил мне "как". Наверно, теми же самыми словами, какими ему Родаль объяснял.

Оказывается, одной из развлекушек Хранителей было оставить свое тело и забраться в чужое. Для них это было так же просто, как для меня костюм поменять. Что случалось при этом с хозяином "костюма" - науке не известно. Норторам тоже. Они, кстати, вселяться не умеют. Заглянуть в чужие мозги при случае могут, да и то не все и не ко всем подряд.

Родаль, в конце концов, вычислил, что Хранитель спрятался в теле чужака. Но добраться до этого тела Родаль не успел. И до потомков чужого тела не добрался. Похоже, этот америкос был большим любителем пряток. И потомкам своим завещал: "Прятаться, прятаться и еще раз прятаться". Или это Хранитель не желал общаться с бывшим учеником. Если Хранителя можно передавать по наследству, как болезнь или фамильные драгоценности.

Кажется, за сегодняшнюю ночь я узнал больше, чем за последний сезон. Но устал так, как не уставал после серьезной операции. Похоже, в клинику мне придется в паланкине добираться. И ограничиться инспекцией. Никаких подвигов за разделочным столом!

Хотел уже позвать Малька, а он сам в дверях появился.

Только собрался похвалить его, а он начал орать с порога:

–  Хозяин, Марла пришла!

–  Кто пришел?!

Ответить Малек не успел - его быстро выдернули в коридор. Вместо него весь дверной проем заняла плотная фигура в плаще. Ни лица, ни цвета одежды я разглядеть не мог. Это Кранту и Мальку свет по ночам не нужен. А я если не напомню, так ни какая зараза свечку в коридоре не зажжет!

–  Доброй тебе ночи, Пушистый. У тебя уши болеть начали или много других Марл завелось?

–  Марла!

Этот голос я не спутаю ни с чьим другим. Даже в темноте.

–  Лапушка, как я рад тебе! Ты не представляешь, как я без тебя скучал!

–  Ага, скучал. В обнимку с Крантом.

Оберегатель начал осторожно отодвигаться от меня.

Так, похоже в клинику я сегодня уже не попаду. Ну, и флаг ей на крышу и во все окна! Тут дела поважнее намечаются.