Сказка о быке Ташлыке, его сыне и траве-Мураве
Шрифт:
Лес стоит что Днепрогэс –
Здесь потребен сучкорез!
Ты откинь, бык, уши с глаз –
Оглядись, найди пролаз!»
Отвечает бык невскоре
Опечаленной корове:
«Дело плохо, что скрывать,
Сына надобно спасать!
С ним нам чащу не пройти!
Может, крюком обойти?
Что же делать, как тут быть?
Не могу ж я лес срубить!» –
Пока решенье принимал,
Брёвен кучу наломал
Да коровник-частокол
Для ночёвки тут возвёл,
Чтоб могли бурёнки в нём
Щит обресть со всех сторон.
День прошёл, луна взошла,
Спальня-крепость замерла,
Отдыхает гарнизон,
Защищён, как царский трон.
Утро только наступило –
Сном дозоры уморило,
А тут – нате вам, сычи,
Волк крадётся из ночи.
Растопырил уши он,
Слышит хрип тельца и стон.
Махом в крепость заскочил,
Да на глыбу наступил,
Что лежала прямь на входе,
Словно камень в огороде.
Зверь обидчика узнал
И от злобы задрожал,
Обнажив свои клыки
Всем приличьям вопреки!
На быка смотря в упор,
Прошипел: «Сбеги, бугор!» –
Вздыбил шерсть и зарычал.
Но Ташлык не убежал.
Молча встал он на пороге,
Широко расставив ноги,
И сказал: «Давай скакни!
Шампуры мои плени!
Покрасуйся шашлыком!» –
И боднул рогом-штыком.
Волк отпрыгнул и съязвил:
«Ладно, бык, уговорил!
Я телка потом достану,
Угодишь когда ты в яму».
Развернулся и удрал,
Словно град его застал,
Крикнув издали быку:
«К вам дружков я завлеку!»
А Ташлык – ему вдогон:
«Шёл бы ты пугать ворон!» –
И кольцо в носу широком
Затрясло как будто током.
Целый час бык-богатырь
Был задумчив, как визирь,
А потом забрался в лес,
Ух-совы нашёл насест
И спокойно, без угроз,
Учинил над ней допрос.
От совы к реке пробрался
И с сомом там пообщался.
Расспросив всех знатоков,
Получил ответ таков:
«Через лес путь долог больно,
Жить же в нём весьма привольно,
Потому нечиста сила
Корни там свои пустила.
Первым в списке Леший был,
По ночам он выпью выл.
Днём себя маскировал
И шедших всех с пути сбивал.
На болоте с газводой
Сотрясал топь Водяной:
Он катался на бревне
Шумно ночью при луне –
Из трясины гиблой рьяно
Изгонял пары метана
И Кикимору с Русалкой
Донимал рогатой палкой.
А Кикимора, бедняжка,
Прячась, делалась коряжкой
И теперь в лесной долине,
В заболоченной низине,
Лечится от старости
Грязью без усталости:
Грязь лечебную старушке
Мажут лапками лягушки,
Зонтом служит ей синявка,
А серьгою в ухе – пиявка.
Ластоногая Русалка
С волосами, как мочалка,
От метана не страдает –
Её заметно отличает
От Кикиморы-старушки
Моложавый стан пастушки.
Но, бывает, та порою,
Наскучавшись под водою,
Превращает ласты в ноги,
Ну а губы – в рот миноги
И выходит на тропинку
Пощипать гуляк за спинку.
В куроноговой избушке,
Что у леса на опушке,
Яга, дочь Вия, обитает,
По векам былым страдает.
Скучно жить ей без Кощея…
Но Иван сгубил злодея,
И теперь она лютует:
Зелья варит и колдует,
А на крыше ведьму ждёт
С метлою ступа – ягалёт!
Гоблин тоже здесь ютится,
Так как света дня боится,
Барсуков всех разогнал
Да и крыс-то запугал
Он ушами-лопухами,
Усажёнными шипами.
Из Европы к нам явился
Злыдень сей и заблудился,
И теперь в норе безвестной
Прячется от жути местной».
В общем, взвесив все нюансы,
Риски оценив и шансы,
Не пошёл бык в лес бодаться –
С тёмной нечистью тягаться.
Из ноздрей пар испустив,
Сосчитал хвосты «комдив»
И погнал свой гурт коров
В обход губительных лесов –
На кордон к ветеринару,
Взяв с собой носилок пару.
И коровам на ходу
Промычал призывно: «Ну-у-у!»
Долго шли, тряся хвостами,
Под палящими лучами,
А телёнок-сосунок
Совершенно изнемог
И пришлось им класть в носилки
Малыша на слой подстилки.
Бык закинул груз на холку
И рванул подобно волку.
А за ним бурёнки-пани
Замахали животами.
Закатилось солнце вдали,
Все уже бежать устали,
Но окольный этот лес
Обежали наконец.
И в потёмках весь табор
С ходу врезался в забор.
Пригляделись: так и есть,
На заборе – синий крест.
Слава богу врачеванья!
Здесь уймут телка страданья!
Тут ветврач, завидя скот,
Распахнул проём ворот
И впустил коров ватагу
Во свою с гектар ограду.
Вдоволь дал испить воды,
Съесть копну сухой травы,
А ещё патрон потом
Угостил всех фуражом
И устроил на ночлег
На подстилке у телег.
А теперь опишем то подворье
И сам веткомплекс «Краснополье»,
Чтобы унять телячье любопытство,
Стыда не знающее и бесстыдства.
Вот хлев стоит громадою ковчега Ноя,
Ровесник пионеров эры кайнозоя,
А рядом – лазарет, где от клещей,
Возможно, избавлялся сам Кощей:
В нём – с фумитоксами коптилки,