Чтение онлайн

Расплывчатость иль бьющий в спину стук.

На встречу, гамма красок не потянет,

А оттолкнёт или вселит испуг.

Когда урок закончится, дам время

Собраться. Ты немного отдохнёшь.

В котомке будет всё, что пригодится,

Что ты с собой отсюда заберёшь.

Не беспокойся, скрипка будет вечно

Твоей и только. Кто б ни захотел

Украсть, присвоить инструмент не сможет –

Вернёт, когда поймёт, что онемел…»

Хранитель стукнул посохом волшебным,

И для Давида начался урок.

По очереди звуки раздавались,

Рисуя на стене цветной поток.

Как никогда теперь было понятно,

Где слышались тепло и доброта,

А где скрипучесть, холод, натяженье,

Удар и словно в бездне – чернота.

Запоминалось всё почти мгновенно.

Слух стал его чувствительней, острей,

Улучшилась и углубилась память,

Что позволяло схватывать быстрей.

Ему мешало только осознанье

Того, что к жизни эдакой привык.

И вдруг, теперь должно всё измениться,

А он ведь от мирского поотвык.

Хранитель звуков это сразу понял,

И произнёс: «Не думай наперёд.

У каждого в судьбе своя дорога.

Твоя тебя до места доведёт.

Сейчас запоминай, что пред тобою».

И чтобы не мешать, тут же утих.

Давид смотрел и слушал, проникая

В мельчайший, незаметный сразу, штрих.

Да, вариантов проявилось много,

Но вот всё стихло. Он пошёл к себе.

Поел с дымком наваренную кашу,

Хлеб с молоком, что были на столе.

На этом и свершились его сборы.

Что кроме инструмента можно взять?

Давид снял со стены свою котомку,

Чтоб скрипку и смычок туда убрать,

Как вдруг увидел свет, что бил из сумки.

Она вдруг стала на глазах расти.

Скажу вам, до значительных размеров,

Но и таких, что можно понести.

Затем огонь исчез. Котомка с виду

Надулась. В ней теперь было добро:

Еда, необходимая одежда,

И много ещё разного всего.

На этом волшебство не прекратилось.

Он сам обряжен был в другой наряд.

Цвет куртки, брюк, шарфа – зелёно-серый,

Не яркий, не влекущий к себе взгляд.

На голове была с полями шляпа,

В руке лежали тёмные очки,

А на ноги одеты небольшие,

Но ладные из кожи сапоги.

Когда же чудодейство завершилось,

Хранитель превратил его волной

Идущею от посоха, как раньше,

В звезду, не очень яркую собой.

И перенёсся с ней из мест особых

В те самые далёкие края,

Где прежде музыкант бродил играя,

Где ближе и родней была земля.

Когда предмета маг опять коснулся,

Давид предстал пред ним как человек.

В тот миг настало время расставанья,

На день, на два, а может быть навек.

Хранитель звуков произнёс: «Теперь ты

Находишься в обыденном миру.

Как только будет сыграно тобою

Что унеслось, я вновь тебя верну.

Срок поисков на самом деле малый.

Ты должен за три года всё успеть.

Надеюсь, что ничто не помешает

Цель распознать свою и рассмотреть.

Соблазнов на земле, увы, немало.

Гордыня, слава, празднество и лень…

Бессчётно отвлекающих пороков

Появятся вокруг тебя теперь.

Старайся больше слушать, глубже мыслить,

Искать сердца, где царствует любовь.

Она не только там, где пир и радость,

А чаще там, где счастье не сбылось.

Ты искренен. Таким и оставайся.

Не собирай в себя ненужный хлам.

Играть всегда душой своей старайся,

Так, как играл бы в храме лишь Богам.

Поверь, мечтаю быть с тобою рядом,

Но поступить так, знаешь, не могу.

Ступай же, ничего в пути не бойся.

Я верю в твою светлую звезду».

Давид сказал волшебнику: «Спасибо!

Учитель, Вас за всё благодарю!»,

Взгляд опустил, поднял и вдруг увидел

При лунном свете только тень свою.

И вот Давид один средь чисто поля.

Вокруг не видно было ничего,

Лишь только вдаль бегущая дорога

Легла, как указатель для него.

Гулял, траву волнуя, свежий ветер,

Мерцали в небе капли ярких звёзд.

Природа пробуждала вдохновенье,

Но музыканту было не до грёз.

Он должен был идти. Куда? Кто знает?

Являлось главным только лишь начать –

Шаг сделать в неизвестном направленье,

Чтоб вскоре хоть кого-то повстречать.

Поэтому, как здесь его поставил

Хранитель звуков – так он и пошёл.

И путь его, в период предрассветья,

В деревню неизвестную привёл.

Залаяли дворовые собаки,

Почуяв незнакомца в их краю.

В такую рань в домах все крепко спали,

Но кто-то приоткрыл вдруг дверь свою.

Быть может лай насторожил, а может

Из любопытства, или не спалось…

И юноша отчётливо услышал:

«Зайди ко мне, как долгожданный гость!»

Чуть отдохнуть, конечно же, хотелось.

Немало километров за спиной.

Давид устал, ему уже мечталось

Недолгим сном путь завершить ночной.

В дверях стоял старик худой и дряхлый.

Избушку же возможно описать:

Покошенной и с низеньким оконцем,

А также с крышей, что пора латать.

Давид сказал: «Премного благодарен!»,