Чтение онлайн

«Эх, видно, не догнать мне Василиску», – с этой грустной мыслью Елена Прекрасная уснула, не догадываясь о том, что в соседних покоях Василиса Премудрая отчаянно рыдает, размазывая по щекам макияж, который накладывала долго и очень усердно, потому что не может быть такой же как Ленка, в которой есть нечто особенное…

Не спалось и Змею Горынычу. Шутка ли, ведь завтра состоится первое в его жизни свидание! Кикимора связалась с ним по блюдечку, строго-настрого наказав прийти вовремя.

Вырезанный на скорую руку березовый меч Змей заткнул за пояс, подчеркнув талию в районе подмышек, и деловито расхаживал в полосатой фланелевой пижаме туда-сюда перед большим зеркалом в прихожей, тренируя богатырскую выправку.

Чем ближе становилась встреча, тем интенсивнее нарастало волнение, подрывая и без того шаткую самооценку. Поэтому на рассвете Горыныч явился к психологу. Ее суетливая беготня по кабинету, в котором уже успели сделать уборку с их прошлой встречи, недвусмысленно намекала на то, что нежданный визитер оказался некстати, но у Змея Горыныча были заботы поважнее норм этикета.

– Доктор, спасите! – заламывал лапы он, пав ниц. – Я не смогу, ничего не получится, не-е-ет! – проревели головы, поочередно сморкаясь в полу платья Кикиморы.

– Вы что с ума сошли?! Идите репетируйте богатыря! Очаруйте царевну! Идите, идите, идите… – психолог вытолкала Горыныча вон, облегченно выдохнув, когда за ним захлопнулась дверь.

– Чуть не попались, – подытожил Кощей Бессмертный, вылезая из под книжных завалов, под которыми спрятался при появлении друга. – Как идут дела? – затем поинтересовался он.

С видом самым заговорщическим Кикимора заверила:

– Все по плану.

Излюбленным местечком Змея Горыныча в парке был пруд. Он часто приходил туда подумать о жизни да покормить уточек. Утки его узнавали, завидев издалека, и громко крякали, дескать, давай корми уж, раз пришел.

Но сегодня Горынычу было не до них. Утки, поняв, что булочка им не светит, обиженно нахохлились и притихли. Придя за добрых полчаса до назначенного времени, он внезапно осознал, что не имеет понятия, в какой конкретно части парка ожидать царевну, поэтому отчаянно метался по всей территории, чтобы не разминуться.

Где-то на пятом круге по возгласу «Ой!» Змей сообразил, что по неосторожности кого-то сшиб, и притормозил, дабы воочию лицезреть жертву своей панической атаки. Оглянувшись, он увидел, что на земле сидит девушка необычайной красоты. Знакомое головокружение однозначно подсказало:

– Царевна! – сам не понял, как произнес вслух, и поспешил помочь подняться на ноги, рассыпаясь в извинениях.

– Елена Прекрасная, – подтвердила красотка. – А Вы, должно быть, тот самый богатырь? Я Вас узнала по трем головам.

– Да-да, я богатырь, – подтвердил Змей Горыныч. – У меня меч есть! – и похлопал по деревянной рукояти в доказательство.

– А как, простите, к Вам обращаться? – уточнила Лена на всякий случай.

– Можете называть меня Змеезавр Трехликий, – пафосно соврал Змей, вживаясь в новый имидж.

– Какое удивительное имя! – поразилась Елена Прекрасная, с удовольствием отмечая про себя, что прежде не слыхала ничего более благородного. – Идемте же гулять!

Лена столько раз фантазировала, каким будет богатырь ее мечты, что с готовностью наградила бы выдуманными чертами любого, кто хоть отдаленно им соответствовал. Ничто ни во внешности, ни в поведении спутника не смогло поколебать ее любви к вымышленному герою, полностью перекрывающей как реальные слабости, так и сильные черты ни в чем не повинного Змея Горыныча.

Зато он вовсе ни о чем не загадывал, а балдел от обворожительных улыбок, явно выраженного расположения и заинтересованности, густо краснел, бледнел и радовался, что под чешуей этого не видно.

– А что Вы закончили? – полюбопытствовала Елена. – В смысле образование…

Вопрос застал врасплох. Не успев сочинить ответ, подобающий истинному богатырю, «старшая» Горынычева голова честно ответила:

– Институт всех на свете наук Тридевятого царства, летный факультет по ускоренной программе. – «Средняя» и «младшая» головы любовались царевной, благоразумно помалкивая, они опасались сболтнуть лишнее. О том, что программу ускорили специально для него, когда нечаянно чуть не разнес вуз, Горыныч предпочел скромно умолчать.

– Так Вы летчик?! – впечатлилась Лена.

– Н-н-нет, не совсем, – растерялся Змей. – Я в некотором роде предприниматель. Гостиницы на горячих источниках приносят неплохой доход за счет туристов. Среди барышень бытует мнение, что минеральные ванны полезны для кожи, а я, признаюсь Вам, в душе большой романтик и верю, красота спасет мир. Но Вы прекрасней всех царевен, которых встречал! – комплимент прозвучал от «младшей» головы и получился неуместным и неуклюжим. Безусловно, избалованная похвалами царевна была не способна это проигнорировать.

«Опять красота. Не хочу, не хочу, не хочу!» – раздосадовано подумала она про себя, но еще надеялась, что сумеет подтолкнуть беседу в правильное русло.

– Должно быть, Вы хороши в математике, не так ли? – кокетливо стрельнув глазками, спросила Елена Прекрасная. – Ведь в полете точный расчет – основа основ!

– Ну-у-у, – промычал Горыныч задумчиво, – наверное. Вообще-то, я от рождения летун, – и покачал крыльями, прежде аккуратно сложенными за спиной.

– Во-о-от оно что… – первоначальная влюбленность царевны в богатыря стремительно испарялась. Богатыри резко разонравились.

Змей Горыныч почувствовал, что-то пошло не так, но не понимал, чем конкретно не угодил на этот раз, ведь он очень-очень старался.

– Хотите, прочитаю Вам стихи? Балуюсь иногда, знаете ли… – в надежде вернуть благосклонность предложила «средняя» голова, как и все предыдущие Еленины ухажеры. – Вот послушайте…

– Нет-нет, спасибо… – нахмурилась Лена. – Мне пора, – она уже окончательно разочаровалась в своем идеале, поэтому ответ прозвучал довольно резко. Но потом посмотрела на расстроенные головы Горыныча, не способного скрывать чувства, смягчилась и искренне попросила прощения. – Вы в самом деле милый, приятно было подружиться, но мне действительно надо идти.

«Хотя он весьма неплох, забавный, – рассуждала она позже. – Но ведь я совсем ничего про него не знаю, даже имя у него какое-то чудное!» Как ни странно, Елену Прекрасную только теперь осенило, что, цепляясь за вымышленный образ, она, возможно, обидела личность от совершенства далекую, но по-своему тоже замечательную.

– Друзья! Только друзья! – страдал Змей Горыныч в кабинете Кикиморы, силясь прийти в себя после печального свидания.

– Что ж, для первого раза отличный результат! – но попытка поддержать безутешного Горыныча не увенчалась успехом. – Первый блин комом, семь раз отмерь – один раз на свидание сходи, два сапога – пара. Вы же понимаете, «опыт, сын ошибок трудных» рождает «просвещенья дух»[1]. Давайте порассуждаем, как по-Вашему, что послужило источником провала?