Чтение онлайн

— Точно! — отрубила Даша, усмехнувшись себе тихонько. Потом ее задавила жалость, и Даша предложила, — Давай, я тебе завтра объясню, как задачи решать, а с теорией сама что-нибудь придумывай, «бомбы» или «шпоры».

"Шпоры" у Оли были готовы. Однако, решение задач застопорилось почти сразу. Оля не могла справиться с элементарными приемами матанализа. Просто не умела. На то, чтобы втолковать ей эти азы, требовалась прорва времени, которого уже не было — экзамен предстоял на следующий день.

— А как ты «вышку» три семестра сдавала?! — поразилась Даша.

— Как-как, родители помогли…

— Хрен знает что творится! Человек приходит изучать «многомерки» и при этом не может рассчитать производную по двум переменным! Даже по одной — и то не может! — возмущалась Даша.

— Не все же такие «пентиумы», как ты, — обиделась Оля.

— Для этого не надо быть каким-то «пентиумом»! Достаточно было чуть-чуть голову поломать на первом курсе, на втором все уже понималось бы само собой, и сейчас бы не мучилась.

— И что теперь будет? — заныла Оля.

— Или кто-нибудь из группы поможет, или Мельников будет добрый, тебя, дуру, пожалеет и поставит тройку просто так, или ты будешь учить и сдавать эти «многомерки» до осени.

На экзамен, видимо, чтобы повысить вероятность преподавательской доброты, Оля отправилась в юбке по самое "руками не трогать", благо, ноги из-под этой юбки выглядывали действительно шикарные. Даша усмехнулась и взялась за тетрадь. Теоретически Оля должна была вернуться в середине дня, и после трех часов соседки забеспокоились. Она появилась только в пять, разулась, прошла к своей кровати и рухнула на нее ничком. Все молча. Через пару минут послышалиь всхлипы.

— Олечка, что случилось? — подскочила к ней младшая.

— Не сдала? — спросила Даша.

— Сдала, — и новый всхлип.

— Ну, и что тогда ревешь? Почему так поздно? Спрашивал долго?

Ни с того, ни с сего Даша пробрала дрожь — как под взведенной гильотиной.

Оля повернула к ним зареванное лицо и выкрикнула:

— Он меня оттрахал!

Лезвие со свистом опустилась, перерезая кожу, мышцы, ломая шейные позвонки.

Имено такое непередаваемое ощущение испытала Даша после слов Оли. Она решила, что недослышала или неправильно поняла плачущую соседку.

— Что сделал?

— Оттрахал. На столе в пустом кабинете. А потом сказал: "Ну, на троечку сойдет, давайте зачетку", — Оля снова залилась слезами.

— Вот и верь после этого людям, — пробормотала Даша.

Ее отрубленная голова каталась по полу, моргая.

— Девочки, а не наклюкаться ли нам?

— А тебе-то с чего? — удивилась Оля-младшая.

— Недавно я разочаровалась в мужчине своей мечты! — провозгласила Даша с комичной патетикой.

Сказано — сделано. Как наименее страдающая, Оля-младшая была отправлена в магазин, Оля-старшая шмыгнула в душ, а Даша курила в коридоре одну за другой. "Ну не может такого быть!" — говорила она себе. "А кто прошлым летом ехал в ресторан и думал, что не может такого быть? Возможно все", — возражал внутренний голос. "Но как же так?!" — продолжала она этот диалог. "А вот так! Легко и непринужденно", — отвечал голос-реалист. "Ну не может такого быть!" — и все начиналось сначала.

Младшая Оля вернулась из магазина, старшая выбралась из душа, и возлияние началось. Уже несколько раз они впили "за нас с вами и за х… с ними", по третьему кругу отчехвостили всех парнокопытных на букву «м», и когда Оля-старшая в очередной раз начала жаловаться на хамство препода-сластолюбца, не вынесла душа поэта.

— Да заткнись ты, дура! — закричала Даша. — На что ты рассчитывала, когда приперлась на экзамен почти без юбки и начала предлагать интим?! Он должен был сказать "Как можно, я же святая!"? Или ты рассчитывала на шампанское, ласку и смазку?

— Не знаю, — пролепетала Оля.

— Вот за что боролась, на то и напоролась, — мстительно заключила Даша и вышла в коридорчик.

За сигаретой снова накатило: "Не может такого быть!" — "Все бывает". В тридцать лет суждениям филейной части доверяют больше, чем непроверенной информации, выданной в состоянии, близком к аффекту. Да и к тому, что все бывает, относятся вполне философски. А двадцатилетние девчонки, даже если они гордятся широтой своих взглядов на жизнь — существа ранимые и категоричные.

Мужская верность — явление такое же спорное, как и жизнь на Марсе. Оптимисты утверждают, что она есть, и они даже лично с ней сталкивались, пессимисты возражают, что это легенда, которую тоже придумали русские. Даша всегда относила себя к оптимистам. Однако же, сегодня оптимизм валялся в глубоком нокауте, а широта взглядов нервно курила в сторонке.

Олег шагал по квартире, пытаясь успокоиться. Куда там! "Невероятно! Не может такого быть! Хотя… все-таки четырнадцать лет прошло — мог и забыть. Но ведь не должен был, по идее… А если это правда?" — теснились у него в голове мысли. Пометавшись несколько минут, Олег взялся за мобильный — позвонить Даше. "Абонент временно недоступен", — невозмутимо прогундосила сотовая девушка.

"Ну да, абонент мой занимается, у нее же завтра нечто страшное, вспомнил Олег, — а тут я со своими новостями. Завтра, наверное, увидимся — тогда и поделюсь".

Сегодняшний день начался для Олега со звонка сестры, раздавшегося в тот момент, когда он собирался в университет.

— Олеж, у нас проблема, разговор не телефонный, но требуется твое присутствие.

— Когда требуется?

— Чем скорее, тем лучше! — выпалила Ирина.

— Ир, у меня скоро экзамен, если завкаф подменит, то я приеду через сорок минут. Если не сможет — задержусь.

— Ладно, буду ждать и надеяться.

Михаил Васильевич согласился взять экзамен на себя, и Олег поехал к сестре. Та встретила его вместо приветствия шепотом:

— Наконец-то!

— Что случилось? — спросил Олег.

— По твою душу приехала Лариса!

— Какая еще Лариса? — удивился Олег.

— Мельникова. Твоя бывшая жена. Сидит в гостиной, говорит, что не уедет, пока не пообщается с тобой.

— Интересно девки пляшут, — пробормотал Олег и шагнул навстречу прошлому.

Время обошлось с Ларисой очень даже ласково: на идеальном славянском лике не было морщинок, фигура осталась аппетитной, буйные светлые кудри сменил тяжелый пучок.

— Здравствуй, Олежа, — мурлыкнула она, — рада тебя видеть.

— Здравствуй, Лара, не могу ответить тем же. Зачем приехала?

— Олег, тебе необходимо знать одну вещь.

— Ну, если необходимо — продолжай.

Лариса смиренно вздохнула, выудила из сумочки какую-то бумажку и протянула ее Олегу. Это была фотография темноволосого худенького мальчишки лет двенадцати.