Чтение онлайн

Габриель вошла в комнату и увидела темный силуэт Королевы Воинов, в одиночестве сидящей на балконе. Бард вышла на балкон и безмолвно села рядом с подругой. Зена посмотрела на неё с грустной улыбкой.

— Я ушла оттуда целых две минуты назад. Что так задержало тебя?

— Зена, ты, в самом деле, чуть не рухнула там, на сцене, а теперь хочешь, чтобы я не волновалась? Если бы такое произошло со мной, ты бы на руках отнесла меня сюда, чтобы узнать, что случилось. Но ты слишком тяжёлая, чтобы я могла тащить тебя, поэтому я подождала, пока ты сама не придёшь сюда.

Зена не произнесла ни слова.

Габриель придвинулась чуть ближе и склонилась вперед.

— Скажи мне, что случилось?

Зена неловко пошевелилась на сиденье и посмотрела через плечо.

— Где Сафо?

Позади Зены, в комнате, Сафо прижалась к стене рядом с дверью на балкон, оставаясь вне поля зрения воительницы.

— Не волнуйся за Сафо. С ней всё в порядке. Я волнуюсь за тебя. Скажи, что случилось.

Габриель бережно дотронулась до колена подруги.

— Я знаю, что случилось с возлюбленной Сафо, — бесцветным голосом ответила Зена, глядя куда-то в ночную темноту.

Сафо, услышав эти слова, придвинулась ещё ближе к двери на балкон и максимально напрягла слух.

— Это связано с твоим сном, да? — догадалась Габриель.

— Да, — ответила Зена, оборачиваясь к сказительнице. — Я вспомнила, где раньше слышала эту песню. Я поначалу не узнала её, потому что Сафо пела её на своём языке. Но сегодня вечером, она спела её на языке Галлии, и я тут же узнала её. Я всё вспомнила. Та девушка в моём сне, принявшая на себя стрелу… это была не ты, Габриель.

— Это и так понятно. Но в таком случае, кто это был?

— Её звали М’Лила, и это был не сон. Это на самом деле произошло… давным-давно.

Прижавшись к стене, скрытая полумраком комнаты, Сафо от боли закрыла глаза.

— Я так и знала, — дрожа, прошептала поэтесса.

— Я снова причинила боль абсолютно невинному человеку, — вслух простонала Зена.

— Зена, почему бы тебе не рассказать мне о М’Лиле и о том, что произошло? — попросила Габриель, не желая обсуждать виновность воительницы или отсутствие таковой, пока не услышит всю историю.

Зена повернулась на стуле.

— Я и тебе причинила боль, Габриель.

— Каким образом?

— Давно надо было рассказать тебе это. Не нужно было утаивать от тебя. Это тесно связано с… моей смертью. И объясняет многое. Почему я сдалась. Я ведь так и не рассказала тебе. Не объяснила. А надо было. Ты заслуживаешь того, чтобы знать эту историю, ведь мы через многое прошли вместе… — Зена опустила глаза.

Габриель откинулась на спинку стула и заботливо посмотрела на подругу. Габриель за всю жизнь не испытывала такого горя и отчаяния, как тогда, когда умерла Зена. Она думала, что Зена просто-напросто кинула её. Какая-то часть души Габриель так и не поняла и не простила Зену за это. Когда Зена чудесным образом ожила, Габриель благодарила богов за то, что Зена вновь была с ней, и не вспоминала ни о каких дурных предчувствиях. Но как бы она ни была близка к Зене, один вопрос до сих пор разделял их: почему?

— Ты расскажешь мне теперь? У нас много времени, а мне необходимо знать это, — прошептала Габриель.

Зена понимающе кивнула, глядя в глаза Габриель и находя там прощение, хотя она ещё даже не начала рассказывать.

Сафо открыла глаза и глубоко вздохнула, готовясь услышать рассказ о смерти возлюбленной.

— Около десяти зим назад, вскоре после того, как Кортос атаковал мою деревню, я начала собирать свою первую армию. Я в то время ещё не называла это армией, но суть от этого не менялась. Я убедила соседние деревни присоединится ко мне, и вскоре у меня был мощный отряд, следующий за мной через Трэйс. Да, я не говорила тебе об этом, но я медленно увеличивала буферную зону вокруг Амфиполиса, пока моя власть не распространилась намного дальше, чем требовалось для защиты деревни. При этом я наживала состояние и наслаждалась каждым мгновением своей деятельности.

Зена бросила на сказительницу быстрый взгляд, а потом опустила глаза.

— Правда в том, что меня не волновало богатство. Мне нравилась власть. Каждая победа давала мне ощущение власти, и я начала желать её всё сильнее и сильнее. Вскоре я перестала набирать добровольцев, а завоевывала и предъявляла ультиматумы: если ты не со мной, то ты за это поплатишься. Примерно в это же время я со своими людьми украла пиратский корабль — прямо из-под носа морских волков! Это была блистательная победа! Мои люди пришли в восторг! Мы вышли в море и грабили побережье. Для меня и моих людей это были золотые времена. Куда бы мы ни подались — везде ожидал успех. Я начала чувствовать себя… непобедимой.

Зена на несколько мгновений прервалась, освежая память; возможно, она снова чувствовала морской ветер и запах свободы. Слабая улыбка быстро исчезла с лица воительницы, и воспоминания обернулись против неё.

— Мы только что покорили небольшую деревушку, но это была достойная победа. Мы сумели много награбить и захватить в плен знатного римлянина. Один из моих лейтенантов, Талос, чуть не убил его, но я напомнила, что как пленник римлянин стоил очень дорого, и можно было потребовать выкуп. Да, интересно, насколько другой была бы сейчас моя жизнь, если бы я позволила Талосу убить этого вельможу?…

Казалось, Зена отчалила в воспоминания и погрузилась в них. Габриель молчала и ждала. Спрятавшаяся в комнате Сафо старалась дышать потише.

— Вельможа, как оказалось, было очень богатым и занимал высокий пост. Это было ясно по его одежде. Но было кое-что ещё. В нём были самоуверенность и высокомерие, которые я немедленно распознала. Когда он заговорил — то заговорил о судьбе и величии. Я подумала, что он был обычным смертным, но он думал иначе. Он верил, что ему предначертано править миром. И знаешь, Габриель, я тоже поверила в это. Я поверила, что настанет день, когда он будет править миром. И знаешь ещё что? Я хотела править миром вместе с ним. Мне начали надоедать плавания по морям, венчавшиеся завоеваниями маленьких, ничего не значащих поселений. Чего я на самом деле желала, Габриель, так это власти над всем миром. И я собиралась использовать этого человека, чтобы добиться своей цели?

— Как его звали? — спросила Габриель.

— Его звали Юлий Цезарь.

Габриель широко распахнула глаза, услышав это имя, но не стала перебивать. Зена продолжала.

— Пока я строила планы, как соблазнить Цезаря, мы вышли в открытое море. В первый же день я обнаружила «зайца» на судне, спрятавшегося в пустой винной бочке. Я навела меч на бочку и приказала «зайцу» выйти. И он вышел… и застал врасплох и меня, и моих людей. Габриель, я никогда не видела, чтобы так сражались. «Заяц» вывел меня из строя двумя быстрыми прикосновениями к ноге. Я свалилась на палубу, как мешок с картошкой. Талос попытался напасть на него, но был повержен двумя молниеносными ударами в шею. Тогда «заяц» чуть не перебил всех, кто подошел слишком близко. В конце концов я сама поймала его, перерезав снасти, чтобы основной парус свалился на него.

Потом мы оттащили парус. Посмотрев в лицо «зайца», я, к своему глубокому удивлению, обнаружила, что это был не он, а она. Очень юная и хорошенькая, между прочим. И эта крошка без труда победила и меня, и кое-кого из моих лучших людей.

— Звучит знакомо, — заметила Габриель.

— Так и должно быть, — невесело кивнула Зена. — Цезарь сказал, что она опасна, эта беглянка из Галлии. Он знал её язык. Он прямо намекнул, что собирается когда-нибудь завоевать всю Галлию. И я поверила ему. Цезарь сказал, что я должна убить её, но мне было слишком интересно узнать о тех точках касания, по которым она ударяла. Я сказала, что оставлю её в живых, если она научит меня тому, что умела сама. Она согласилась и освободила мою ногу, но ничего не смогла сделать для Талоса: он был уже мертв.