Чтение онлайн

Его голос сменился на жадный, словно он — голодный тигр, а я — его еда. Его щупальца поглаживали меня по всему телу очень жадно. Его ласки странные, в чем-то даже немного жесткие, он будто не умеет гладить, но очень старается. Однако прямо сейчас он намеренно избегал прикосновений к самым интимным моим местам. Оно и к лучшему, вчерашний вечер меня серьезно вымотал. Раньше я и не знала, что так бывает.

— Но ты такая хрупкая, Льера, — все его конечности разом крепко сдавили меня. — Весь твой мир такой хрупкий…

Он опустил меня обратно на кровать, и щупальца начали неторопливо покидать меня, вызывая лёгкое ощущение потери.

— И ты должна вернуть его себе, Льера. Только боги могут править. Таковы законы. Но почти все они мертвы. А значит их мистры давно уже не мистры. И власти у них нет. Только я один жив, Льера. Только ты — единственная мистра. Только ты сейчас имеешь право на власть везде. И я теперь говорю со своими смертными через тебя. А теперь иди и напомни всем их место.

***

— То есть вы должны были, не будучи богом, идти к людям и доказывать им свои права? — один из сатиров влез в рассказ.

— Да, но не совсем, — ответила я. — По законам людей я и была права, но жрецы тщательно скрывали, что богов больше нет, чтобы оставить власть у себя и не волновать простой люд. Так что мне достаточно было лишь раскрыть правду. Но я не хотела быть причиной лишних жертв и проблем, поэтому решила сначала поговорить с мистрами. Надеялась, что сможем решить всё мирно. К сожалению, все случилось совсем не так, как я ожидала.

***

К полудню весь наш отряд подъехал к храму богов-близнецов. Храм в такое время обычно пустовал, поскольку считалось, что это время последователи этих богов и все, кому они покровительствуют, должны отдавать природе, возделыванию почвы и взращиванию урожая. К огромной арке входа в храм-пирамиду вела возвышающаяся череда каменных ступеней, увитых зеленью, как и весь город. Вдоль этой лестницы в начале, середине и в конце парами стояли и местные жрецы. Они держали длинные копья золотыми наконечниками вверх и создавали впечатление местных стражей, хотя находились они там скорее для украшения, прекрасно вписываясь своими зелеными с золотом торжественными одеждами в местные цвета.

Мы остановились у подножия ступеней. Я оставила основную массу жрецов внизу, взяв с собой лишь Эрика и Торна, и отправилась вверх. Если бы я взяла с собой всех, это бы означало, что я боюсь тех, к кому направляюсь, а это было не так. Нет богов — нет божественных даров. И никто ещё не знает, что все жрецы, кроме моих, теперь просто люди. Тенебрис сказал, что я должна сразу объяснить положение дел, этим я и собиралась заняться, и намного эффектнее я буду смотреться, идя к местным мистрам всего лишь с парой своих жрецов. Пусть понервничают, они-то уже наверняка поняли, что случилось, солнечное затмение было видно всему миру. Поднималась я не торопясь, входить в храм запыхавшись в мои планы не входило.

Как только мы втроем проходили мимо очередной пары местных жрецов, те разворачивались и следовали за нами молчаливым эскортом. Таким образом, когда мы вошли в огромные, в пару человеческих ростов, распахнутые двери храма, нас сопровождал эскорт из шести человек.

Внутри было, как всегда, красиво. В огромном зале стояло множество статуй, и все они составляли ровно два типа картин. Первая — возделывание земли и уход за растениями. Вторая — эротичные сцены о процессе зачатия детей. И все это было целиком увито растениями.

В центре на возвышении стояло два больших трона. На левом, троне Гейи, сидел майстр в рыже-зеленых церемониальных одеждах, похожих на робу, расшитое множеством элементов и узоров, подчёркивающих богатство и влияние, на правом — в таких же одеждах мистра Гая. Наши одеяния по сравнению с ними выглядели не настолько пышно, но это ничуть меня не смутило. Очень скоро это они будут ощущать себя неуютно, как разодетые петухи, потому что теперь моду и правила буду устанавливать я.

По всем правилам приличия мистры и майстры приветствуют друг друга стоя, эти же двое решили явным образом выразить свое отношение ко мне, так и не поднявшись со своих тронов.

— Это богохульство, жрица, — хмуро сообщила женщина безо всяких приветствий, — выдавать себя за мистру.

— Это богохульство, — так же хмуро подтвердил мужчина, — даже если твой бог мертв.

— Но мы сожалеем и вместе с тобой скорбим о твоём боге, — продолжила женщина. — Поэтому ты сможешь уйти.

— И это невзирая на то, что твой бог вне закона, — майстр явно продолжал фразу мистры, как и она делала с его словам. — Но ты сможешь уйти, если признаешь свою неправоту.

— Также мы готовы выслушать тебя, — кивнула мне мистра. — Вряд ли ты пришла бы просто так.

— Потому что мы не враги другим богам, даже твоему, — тоже кивнул майстр.

— Но потом ты сразу уйдешь, — предупредила мистра.

— Вместе с твоими людьми, — согласился майстр.

Ого, да они решили поиграть в непонимание. Невидимое щупальце проскользило мне по плечу и щеке:

— Я очень долго был в заточении. Представь меня им как подобает.

И я усмехнулась вместе со своим богом и тихо шепнула:

— С удовольствием. Подыграй мне, пожалуйста.

Пара его щупалец погладила тыльные стороны моих рук, словно он таким образом молча соглашался. И я, широко улыбнувшись верховным жрецам, с самым невозмутимым и важным видом подняла руки и начала опускаться на воздух, словно в кресло. И Тенебрис подхватил меня.

— В этом помещении только я имею право называться мистрой, — я перевела взгляд с мистры на майстра и обратно. — Как видите, мой бог в порядке и чувствует себя прекрасно. В отличие от вашего, верно, господа-жрецы?

Я усмехнулась, глядя на обомлевшие лица верховных жрецов. Ага, так они не знают, что я знаю их маленький секрет.

— Полагаю, вам стоило бы встать с ваших мест, ибо запрещено сидеть в присутствии мистры, пока та не позволила.

— Возмутительно! — майстр хлопнул ладонью по ручке своего трона. — Немедленно покиньте помещение с вашими фокусами. Иначе вас бросят в клетку к голодным зверям!

Все жрецы-охранники в помещении напряженно покосились на Торна и Эрика, но те стояли с невозмутимыми лицами, хотя тоже косились на них в ответ. Мистра погрустнела и отвела взгляд в сторону. Похоже, она свою неправоту признать была готова. Отвечала я мужчине:

— Возмутительно, уважаемый, что вы смеете отказывать в проявлении уважения к богу, — кончиками пальцев я ласково поглаживала щупальце, на котором возлегала моя рука, словно на подлокотнике. — Если бы вы все ещё были майстром, это было бы вызовом моему богу от лица вашего. Но без Гейи вы и жрецом считаться не можете. Всего лишь последователь мертвого бога. Полагаю, даже ваш дар иссяк вместе с её… уходом.