Чтение онлайн

Они решили вместе вернуться в родные края. Покинули они подводный дворец и с помощью волшебного камня выбрались на поверхность озера. У них не было ни лошадей, ни слонов, и они пошли пешком. Трудное и непривычное для царевича и сына визиря, которые выросли в роскоши, получилось путешествие. А для царевны — и подавно. Когда ей становилось совсем невмоготу, царевич усаживал ее себе на плечи. Но долго нести ее не мог, и ей снова приходилось идти пешком. Как сказал бы об этом поэт:

Как-то вечером, не встретив на пути никакого жилья, они заночевали в лесу под деревом.

— Вы ложитесь спать, — сказал сын визиря молодой чете, — а я покараулю.

Царевич и царевна крепко заснули, а сын визиря сидел под деревом и охранял их покой. И надо же было такому случиться, что на этом дереве устроили себе гнездо две бессмертные птицы — Вихангама и Вихангами. Они обладали человеческой речью и предсказывали будущее. К великому удивлению сына визиря, птицы повели такой разговор:

— Ты знаешь, сын визиря уже рисковал однажды своей жизнью ради спасения царевича. В другой раз ему это сделать будет очень трудно, — сказал Вихангама.

— Почему? — спросила Вихангами.

— Царевича ожидает много опасностей. Царь, узнав о приближении сына, вышлет ему навстречу слона, лошадей и слуг. А когда царевич взберется на слона и тронется в путь, то упадет и разобьется насмерть, — заявил Вихангама.

— А если кто-нибудь помешает царевичу сесть на слона и посадит его на лошадь, не спасет ли он его этим от смерти? — спросила Вихангами.

— Да, тогда он будет спасен. Но впереди его ожидает новая опасность: когда царевич будет подъезжать к дворцу через главные ворота, они обрушатся и раздавят его, — продолжал вещать Вихангама.

— А если кто-нибудь снесет главные ворота до приезда царевича, будет ли он спасен? — поинтересовалась Вихангами.

— Конечно, в этом случае он избежит смерти, но впереди его ждет еще одна опасность. Когда царевич прибудет во дворец и сядет за праздничный пир по случаю его приезда, ему подадут блюдо из рыбы-рохита. [30] Только начнет он есть голову этой рыбы, как большая кость застрянет у него в горле, и он умрет, — предрек Вихангама.

— А если кто-нибудь другой возьмет голову рыбы с блюда царевича и съест ее, будет ли царевич спасен? — задала вопрос Вихангами.

— Да. Но испытания его на этом не кончатся. Когда царевич и его молодая супруга после обеда пойдут в опочивальню, из-под кровати выползет огромная кобра и ужалит царевича насмерть, — заверил Вихангама.

— Но ведь может так случиться, что кто-то заранее спрячется в опочивальне и, когда кобра выползет, разрубит ее на куски. Спасет ли он этим царевича? — снова спросила Вихангами.

— Действительно, в таком случае жизнь его будет спасена. Но только тот, кто убьет кобру, не должен рассказывать о том, что он сейчас услышал. Если расскажет, то превратится в мраморную статую, — ответил Вихангама.

— И нет средства оживить статую? — удивилась Вихангами.

— Такое средство есть. Мраморную статую можно оживить, омыв ее теплой кровью родившегося у царевны младенца, — сказал Вихангама.

Беседа вещих птиц продолжалась до утра, пока не посветлело небо на востоке и не начали каркать вороны. Как только спящие путники зашевелились, птицы умолкли. Но сын визиря слышал их разговор от начала до конца.

Утром все трое продолжили путь и вскоре повстречались с целой процессией. Там был слон, лошадь, паланкин и много слуг. Все это послал царь, когда прослышал, что царевич с женой и сыном визиря приближаются к столице. Слон, покрытый дорогой попоной, предназначался для царевича, богато разукрашенный серебряный паланкин — для царевны, а лошадь — для сына визиря.

Только царевич хотел взобраться на слона, как к нему подошел сын визиря и сказал:

— Позволь мне сесть на слона, а сам поезжай на лошади.

Царевич был удивлен такой дерзостью и подумал, что его друг забывается. Царевичу это не понравилось, но, помня все, что сделал для него сын визиря, он ничего ему не сказал и сел на коня.

Процессия двинулась в путь. Через некоторое время показались царский дворец и празднично украшенные главные ворота. Сын визиря остановил процессию и попросил царевича отдать приказ разрушить ворота и только после этого въезжать во дворец. Эта странная просьба привела царевича в изумление, ведь сын визиря ничего ему не объяснил. Царевич в душе разгневался на своего друга, но, помня добро, которое он ему сделал, приказал разрушить ворота.

Когда они прибыли во дворец, царь устроил им пышный прием. Когда царевич рассказал о том, что им пришлось пережить, изумлению царя и его приближенных не было конца. Все наперебой хвалили сына визиря за находчивость, благоразумие и верность.

Придворные дамы были поражены красотой царевны. И было чему удивляться: бледно-розовое личико, лебединая шея, глаза, как у газели, губы, что спелая вишня, высокий лоб и прямой нос, длинные темные волосы, грациозная, словно у молодой слонихи, поступь [31] — все при ней. Самые строгие ценители женской красоты не находили в ней ни одного изъяна. Женщины окружили царевну и засыпали вопросами о ее родных, о подводном дворце, где она жила, о змее, которая убила всех ее близких.

Настало время обеда. Столы были уставлены золотыми блюдами с различными кушаньями. Перед царевичем поставили огромную голову рыбы-рохита на золотом блюде.

Не успели гости приступить к еде, как сын визиря схватил рыбью голову с блюда царевича со словами:

— Позволь, царевич, мне съесть эту голову!

Царский сын задрожал от гнева, но сдержался и не сказал ни слова. Сын визиря заметил, что царевич разгневался, но иначе поступить не мог — надо было спасать друга от смерти. А если бы он стал объяснять свои поступки, то сразу превратился бы в мраморную статую.

После обеда сын визиря попросил разрешения пойти домой. В другое время царевич — ни за что не отпустил бы его так рано, но в тот день он был сердит на друга и не стал его удерживать.

А сын визиря вовсе и не собирался идти домой. Он вооружился мечом, незаметно проник в опочивальню молодых супругов и спрятался под кроватью, устланной пуховыми перинами и занавешенной шелковой сеткой от москитов.

Скоро в спальню вошли царевич с царевной. Они разделись и легли в кровать. В полночь, когда молодая чета уже крепко спала, сын визиря увидел, как в спальню пробралась через отверстие для стока воды громадная змея и стала, взбираться на кровать по опоре балдахина. Тут сын визиря выскочил из своего укрытия, убил змею, разрубил ее па куски и положил в ларец для бетеля.