Чтение онлайн

А пришлось Тане очень непросто. Сначала родители Игната, которые уже почти отчаялись, приняли её за сумасшедшую. Потом — за авантюристку.

Таня видела, что отец Игната вот-вот возьмёт её за шиворот и просто выкинет из ворот дома прямо на улицу. Но девушка продолжала убеждать Сергея Леонидовича и Юлию Аркадьевну, и в конце концов, была услышана.

Видимо, сыграло свою роль то же самое почти отчаяние, потому что Игната искали уже в течение десяти дней, однако ни полиция, ни волонтёры не могли найти ни малейшей зацепки. Казалось, Игнат просто испарился, исчез бесследно.

И вот теперь, как только к родителям Игната вернулась способность слышать, они ухватились за протянутую им соломинку надежды.

Сергей Леонидович твёрдо сказал, что сначала пойдет с Татьяной Николаевной один, а жене строго-настрого велел оставаться дома, — он очень боялся того, что супруге может стать плохо.

За жену переживал, но сам, боясь упасть в обморок (как давеча Татьяна Николаевна), в изнеможении сел на стул, как только увидел Игната.

Правда, в отличие от Татьяны, речь Игната отец хоть и слышал, но разобрать и понять не мог.

— Сынок, — немного опомнившись, быстро заговорил он. — Я уверен, что это как-то можно исправить. Мы поедем к лучшим докторам, а если понадобится — к целителям. Всё продадим, но тебя вылечим!

Игнат смотрел на отца и понимал, что вот-вот совершит то, чего не делал лет с пяти, — заплачет. Он с рождения привык принимать безусловную любовь родителей, но никогда не задумывался о её величине и глубине.

Нет, он не был плохим сыном, и родителей никогда не обижал, всегда старался помочь. Но их заботу и любовь принимал как должное.

Растрогавшись, Игнат упустил тот момент, когда отец взял его в руки, душевно поблагодарил Таню и пошёл к двери, приговаривая:

— Пойдём домой, сынок! У тебя есть дом, есть родители. Негоже в чужом месте жить, в казённом. Ты ведь не сирота.

Игнат попытался вывернуться из рук отца и начал звать Таню на помощь. Да она и сама пыталась отговорить Сергея Леонидовича от его затеи, вразумить, но тот лишь отмахивался:

— Дома и стены помогают, Татьяна! Как это дома может быть плохо, а в чужом месте — хорошо? Игнату забота нужна, лечение. Мы с матерью профессоров сюда будем приводить что ли?

— Сергей Леонидович, — Таня быстро выключила свет, заперла двери кабинета и зашагала рядом с Сергеем Леонидовичем. — Игнат говорил, что он не может находиться за пределами этого здания. Сами подумайте, ведь если бы мог, уже давно пришёл бы к вам сам…

Однако Сергей Леонидович продолжал решительно шагать к выходу из здания школы. Таня была в панике и не представляла, как она может остановить этого большого решительного человека.

Кричать, звать на помощь? И что потом? Кто ей поверит?

Мёртвой хваткой вцепившись в куртку Сергея Леонидовича, она так и семенила рядом, напряжённо вглядываясь в Игната.

— Татьяна Николаевна, отпустите уже меня. Я обещаю, что мы не будем препятствовать вашему общению с Игнатом, раз он сам вам доверился. Приходите в гости в любое время…

— Ему плохо! — истошно завопила Таня, как только они повернули за угол школы. — Остановитесь, ради Бога, посмотрите!

Сергей Леонидович всё же послушался. Остановившись, раскрыл ладонь и испуганно вскрикнул: Игнат лежал без движения.

— Быстрее обратно! — Татьяна одной рукой схватила Игната, а второй, продолжая держать за куртку, повела за собой Сергея Леонидовича.

Как только они вошли в фойе школы, стараясь игнорировать удивление и любопытство в глазах охранника, сидящего на посту, увидели, что Игнат начал шевелиться.

— Что ж, — тяжело вздохнул Сергей Леонидович. — Выходит, ваша правда, Татьяна Николаевна. — Только как мы с Юлей сможем видеться с сыном? Нас ведь сюда не будут пускать каждый день.

Таня заметила, как Игнат пытается что-то сказать, и наклонилась к нему:

— Что-нибудь придумаю, — тихо сказал Игнат. — Передай папе.

* * *

Придумал "что-нибудь" не Игнат, а Юлия Аркадьевна, его мама. Так уж вышло. Напрасно супруг боялся за её психику: Юлия Аркадьевна, как выяснилось, могла поделиться выдержкой и способностью трезво мыслить с самим Сергеем Леонидовичем.

Когда-то давно Юлия тоже окончила эту школу, и здесь у неё было много знакомых. Юлия устроилась коридорной на полставки, и теперь у неё был свободный доступ в школу. Часто с ней приходил и Сергей: и помогал, и с сыном общался.

Супруги Сорокины подружились с Таней, которая по-прежнему опекала Игната больше всех. Тем более, никто, кроме Тани, не мог расслышать и понять речь Игната, и родители общались с сыном при помощи Тани-переводчика.

Что касается самого Игната, то, насколько это было возможно в его ситуации, жизнь его превратилась в безбедную. Необходимость в поиске пропитания полностью отпала, поскольку его кормили сразу две женщины. Он даже начал опасаться, что либо окончательно разбалуется, либо превратится в маленький шарик.

Игнат имел возможность постоянно видеться и общаться с родителями. А ещё рядом почти всегда была Таня…

Всё было бы очень неплохо, если бы не одно немаловажное обстоятельство: в деле обратного превращения Игната не наблюдалось ни малейшего прогресса.

Врачи, к которым пытались обращаться супруги Сорокины, отмахивались от проблемы, а попросту говоря, не верили в рассказы Юлии Аркадьевны и Сергея Леонидовича. Тем не менее, родители Игната не отчаивались и верили в то, что смогут найти нужного врача.

Отец Игната также пытался найти старушку, внешность которой Игнат подробно описал Татьяне, а Таня законспектировала его рассказ. Увы, поиски не дали никаких результатов, хотя Сергей Леонидович задействовал все возможные и невозможные ресурсы, — ему даже удалось подключить к делу знакомого из силовых структур.

Зато Игнат преуспел в другом. Как домовой (или кабинетный) он справлялся с делами лучше, чем на пять с плюсом.

Во-первых, ему удалось добиться покупки нового оборудования в компьютерный класс. Он попросту вывел из строя старые компьютеры, причём, без возможности восстановления.