Чтение онлайн

Светлые, почти белые волосы, подстриженные под каре, лежали в лёгком беспорядке. Несмотря на холодную погоду, женщина была без шапки, и даже капюшон не накинула. Черты лица достаточно тонкие, из макияжа — только нежно-розовый блеск на губах. Серо-голубые глаза остановились на лице Александра Николаевича, и их выражение начало стремительно меняться.

Опустив руку со щёткой, которой смахивал снег со стекла, Александр Николаевич, не отрываясь, смотрел на незнакомку. Хотя… Какая же она незнакомка?!

Помедлив, Александр Николаевич вновь повернулся к машине и продолжил стряхивать снег. Лишь спина выдавала его напряжение. Он слышал, как машина такси уехала, и надеялся, что призраки прошлого тоже рассеялись.

— Саша?

Надо же, голос почти не изменился, лишь стал немного ниже и… солиднее что ли. Исчезла юношеская мелодичность, появилась мелодичность зрелости.

— Здравствуй, Саша!

Александр Николаевич решил, что трагедию, равно как и комедию, далее разыгрывать не следует. Обернулся.

— Здравствуй, Люда. Не ожидал тебя здесь встретить.

— Признаться, и я очень удивлена.

Людмила знакомым жестом поправила волосы. Правда, раньше волосы были длинные. Намного длиннее, чем сейчас. Зато фигура всё такая же стройная, и взгляд молодой. Будто и не прошли эти сорок пять лет. Будто тот разговор, который они оба очень долго считали последним, произошёл вчера.

— Я-то живу здесь, в этом дворе, уже больше тридцати лет. А вот ты, как мне говорили, давно покинула столицу, уехала в Новосибирск.

— Да, мы жили в Новосибирске в течение тридцати пяти лет. Покойный муж делал карьеру, дорос до академика, долгое время возглавлял один из крупнейших НИИ. Полтора года назад Бориса не стало. Он завещал похоронить его там, в Новосибирске. После того, как прошёл год, я провела все соответствующие случаю мероприятия, заказала памятник, проследила за его установкой и начала собираться обратно сюда, на родину. Мы с младшим братом унаследовали квартиру родителей. Там живёт брат с семьёй, а мне он выплатил мою часть, плюс я продала квартиру в Новосибирске. Половину денег отправила сыну, а вторую половину вложила в покупку жилья здесь. Теперь у меня студия в новостройке. Здесь, неподалёку, в этом же микрорайоне.

— Надо же, — удивился Александр Николаевич. — Вот уж не думал, что мы когда-нибудь станем почти соседями.

— Да не почти, а точно соседями, ведь в этом дворе живёт моя кузина.

— А сын? Остался в Новосибирске?

— Нет, Саша давно живёт и работает в Финляндии. У него жена оттуда родом. Внучке, Алёне, скоро исполнится восемнадцать лет. Внуку, Арсению, двенадцать лет.

"Значит, сына Люды зовут Саша? Интересно, это случайно, или…?"

— А у тебя как дела, Саша? Как семья?

— Жены не стало два года назад, резко заболела и быстро угасла. Сыну сорок три года. Они с невесткой живут и работают на Севере. А внук, Никита, здесь, со мной. Ему двадцать лет, он студент, учится на аэрокрсмическом.

— Молодец. Практически по твоим стопам пошёл. Рада, что ты живёшь, в целом, неплохо. А вдовство… Такова жизнь. Мы должны принимать её такой, какая она есть.

— Спасибо, Люда. Да, на жизнь не жалуюсь. Стараюсь подходить ко всему философски. Надеюсь, и ты уже в норме после потери мужа?

— Всё у меня хорошо. Считаю, жизнь моя сложилась. Я справилась, и справилась без тебя.

— Ну это понятно, — тихо отозвался Александр Николаевич. — Знаю, что без меня.

— А твоя жизнь сложилась без меня. Но знаешь, Саша, я нисколько не жалею об этом! И теперь даже рада, что ты тогда, сорок пять лет назад, отказался от меня.

Лицо Александра Николаевича напряглось лишь на миг, а потом он улыбнулся.

— Вот и замечательно, Люда. Я рад, что у тебя всё сложилось хорошо. Кто знает, как было бы со мной? Я ведь далеко не академик, даже не профессор. Что уж там, обычный инженер, даже не главный.

— Ты, видимо, забыл, Саша, что я тоже инженер? — Людмила Сергеевна упёрла руки в боки и скептически измерила взглядом собеседника.

— Как я могу забыть, Люда? Мы ведь учились с тобой вместе. На память не жалуюсь, во всяком случае, пока. Склероза нет даже в зачаточном состоянии.

— Рада за тебя, — покивала Людмила Сергеевна. — Значит, всё помнишь?

— Всё помню.

— Молодец. А инженер, кстати, — одна из самых уважаемых профессий. Так что не надо мне тут…

— Хорошо, не буду больше, Люда, — быстро согласился Александр Николаевич и поспешил сменить тему. — А как твою сестру зовут? Ту, которая живёт в нашем дворе?

— Двоюродную сестру. А что?

— Ничего особенного, просто интересно. Я почти всех соседей знаю.

— Мою кузину зовут Аглая.

— Аглая Демьяновна?!

— Вы знакомы с Аглаей? — казалось, Людмила очень обрадовалась такому повороту событий.

Александр Николаевич именно этой радости не разделял. Вот конкретно этой радости.

— Едва знакомы, — подтвердил Александр Николаевич. — Кажется, её внука я знаю лучше, чем её саму.

— Марк — очень достойный молодой человек, неравнодушный, добрый.

— Не спорю, Люда. Они учатся вместе с моим внуком Никитой, даже приятельствуют.

— Надо же, как этот мир тесен! — почти против воли вырвалось у Людмилы Сергеевны. — Когда мы расставались… Вот ты ушёл тогда, и я была уверена, что жизнь никогда больше нас не сведёт. Думала: всё, ничего общего нет и быть не может.

— У жизни на всё есть своё мнение и свой ответ, — усмехнулся Александр Николаевич.

— Это точно, Саша. Ведь тогда я не верила и в возможность счастья, но, как видишь, мы оба прожили достойную и счастливую жизнь.

— Мы её не прожили, Люда. Мы её живём. Наша жизнь ещё в самом разгаре. Правда, нам обоим случилось относительно рано овдоветь.

Людмила Сергеевна кивнула, но ничего не ответила. Александр Николаевич понял, что сейчас она начнёт сворачивать разговор и прощаться. Необходимо успеть…

— Люда, скажи… А твоему сыну, Александру, сколько лет?

— Сорок два. Так что можешь не переживать и не подозревать меня в чём ни попадя. Мы с Борей прожили все эти годы в доверии и взаимном уважении. Саша — его сын. Наш с Борей сын.