Чтение онлайн

Расправив тулузу по ткани для глажки, я надела специальные варежки и вытащила из печи накалившийся утюг. Лорд пристально следил за моими действиями и, не поняв подвоха, воспользовался советом и направился за полотенцами. Если выйдет мокрым в зимнюю стужу, то, без сомнения, заболеет. Но и доверять мне не стоило.

Видимо, он решил, раз уж живу на этой земле, значит беспрекословно подчиняюсь ему. Но... практически. На рожон бы не полезла, если бы не принудил.

Я, держа тяжёлый чугунный утюг на некотором расстоянии от прошитой изнутри мехом тулузы, выпаривала из неё воду, но как только мой незваный гость отвернулся, таким же образом прижгла на спине и груди на внутреннем меховом подкладке порошок жгучего красного перца.

Этот способ мне рассказала Алиса, отомстившая бывшему мужу перед подачей заявления на развод, объясняя, за что же ей вкатили штраф за "причинение среднего вреда здоровью". Правда в тот раз речь шла о семейниках. Зато теперь этот грубиян точно не замёрзнет на улице, покрутится вокруг своей оси, заодно и согреется.

Надев на обтеревшегося лорда тулузу, я как можно быстрее выпроводила его за дверь, не дожидаясь обнаружения подлянки. Теперь осталось придумать, как избежать собственного "штрафа" за "причинение малого вреда здоровью".

Лорд фактически вылетел из избушки, когда ему указали на дверь и направили толчком в спину. Ведьма-шарлатанка вызывала у него полное недоумение: требуемый ею оброк не стоил серьёзных затрат, а пушнину и мясо она не требовала. Старосту Бруно также просто так не обвести вокруг пальца, значит она на самом деле приносит пользу деревне. И не кидается ни на кого, что тоже большой плюс.

Но больше всего его поразило иное: та сумасшедшая, вчера купавшаяся в ледяном Юке -- она. Не оставалось ничего другого, как вернуться в поместье и узнать, не сбегала ли из дома чья-либо дочь? Женщина благородная, притом обученная -- значит на выданье.

Тогда либо преждевременная беременность от несостоятельного мужчины либо побег из-за не понравившейся кандидатуры в мужья, либо она сбежала от неугодного мужа уже после свадьбы.

Странно это всё и пахнет скандалом. Скандалом возможно не меньшим, чем лживая тайна рода Сальвер.

ГЛАВА 2

В НАЧАЛО СТРАНИЦЫ

***

Возвращение обиженных и оскорбленных произошло намного раньше, чем я предполагала, а потому придумать хоть какой-либо план спасения оказалось практически невозможно. Этот лорд на дурака похож не был, значит он уж должен был сложить два и два да понять, кто виноват в свалившемся на его голову несчастье. Наверняка его спина и грудь горят от высушенных частиц ядовитого эфирного масла из семечек острого красного перца. И лорду очень повезло, что в избушке не нашлось свежего перца, ведь со зла я могла бы "наслать порчу" похлеще.

О приближении гостей мне доложил деревенский мальчишка-сорванец, но он был взбудоражен и напуган не меньше Аймуне, а значит "жертва" в бешенстве. Из оружия самообороны в избушке имеется: веник, деревянная плошка с водой (уже использовалась), Т-древко (швабр здесь нет, пришлось заказывать у плотника эту "новинку", которую быстро подхватили на вооружение деревенские), поднять лавку даже пытаться не буду, поддон для печки, кочерга для вытаскивания горшков из печки, коллекция ножей для измельчения от какого-то приезжего за лечение его захворавшей кобылы (ножом буду пугать, если понадобится), деревянный пестик... А не проще ли запереть дверь?

За бледной толстой матовой пленкой, заменяющей стекло, лежал пару дней назад выпавший снег, но из-за оттенка пузырчатой пленки казался желтоватым и грязным. Мальчишка-сорванец дрожал на лавке, но уходить из избушки не спешил. Его поведение приводило в замешательство, ведь, если он боится лорда, то он должен был бежать без оглядки, а не сидеть и ждать пришествия Христа народу. Задавать вопросы я не спешила, к тому же мальчишка был испуган достаточно, чтобы я не могла добиться от него ни одной разумной мысли.

– Лорд Сальвер злой и очень страшный, но враги боятся нападать на нас, потому что тогда лорд Сальвер отомстит им, -- проблеял мальчишка, который залез на лавку с ногами и, дрожа, прижал к себе колени.
– - Если лорд Сальвер умрет, придется бежать в другую землю. Так папа сказал.

– А у лорда Сальвера есть имя?
– - полюбопытствовала я, попытавшись привести мальчишку в чувство

– Не знаю, -- заревел он.

Из мальчишки, имя которого я так и не вспомнила, как ни пыталась, удалось вытянуть, что лорд Сальвер вскоре будет здесь. Снова этот грубиян будет называть меня ведьмой. Обидно. Придумать бы что-нибудь такое, чтобы он раз и навсегда забыл о моем существовании на протяжении всей своей жизни и не вспоминал до глубокой старости, и даже дольше. За окном послышался шум, и через оконную желтую пленку я смогла различить табун несущихся ко мне деревенских. Во главе табуна староста Бруно и другой, неизвестный мне лорд, благородность которого я признала только по наличию расшитой тулузы и уложенных длинных волос; деревенские стригут волосы коротко, даже женщины. Если волосы у человека длинные, то он либо из богатых, либо позер. Я же всегда хотела длинные волосы, но они ужасно секлись, путались и мешали на работе -- раньше я всегда носила каре, а тут отрастила в метр.

Вся процессия ввалилась в мою избушку. Какое-то панически-сдержанное состояние Бруно пугало, а неизвестный лорд в этой компании был единственным, кто оставался холоден и спокоен. Если бы я не прожила в этом мирке сорок лет, могла бы даже предположить их с Сальвером родство по небольшому внешнему сходству, но нет. Все сходство заключается в стиле и поведении -- одна система воспитания высокородных и одни модные тенденции -- не более того. Второй лорд мог максимум оказаться товарищем или другом тому грубияну.

– Алено!
– - воскликнул лорд.
– - Сделай хоть что-нибудь! Реймун умирает!

– Мм? Знакомое имя, -- отстранённо заметила я и меланхолично обернулась к печке.

На печи возлежал уже известный мне грубиян. Памятуя о насланной на него "порче", я с ехидством подметила, что горячая печка -- это последнее, что нужно его опаленным перцем спине и груди. Синяя тулуза около шеи обагрена. Красное пятно разлилось по пушистому воротнику меховой накидки, и это пятно казалось пятном густой гуашевой краски. Оторвать взгляда от крови было невозможно, хотя осознание ранения пришло намного позже, когда неизвестный лорд насильно повернул меня за плечо и что-то весьма недовольно пробубнил. По крайней мере, мне так послышалось.