Чтение онлайн

— Вот и прекрасно! — ответил юноша. — Мне моя жизнь не в тягость, но все-таки хорошо, если бы в ней что-то переменилось!

Девушка сходила домой, принесла чашу с водой, бросила в нее какие-то травы и, заглянув в чашу, сказала:

— Не знаю, что будет с тобой потом, но еще сегодня ты совершишь два важных поступка. Радость и беда пойдут за тобой после них по пятам!

— Очень интересно! — сказали друг другу обезьяны, которые сидели наверху, на ветках мангового дерева. — Посмотрим, что будет.

Юноша и девушка расстались, но, когда он уходил, девушка долго смотрела ему вслед, — видно, в чаше она увидела еще что-то, что относилось уже не только к нему, но и к ней.

А юноша пошел по дороге к своему рисовому полю и на берегу ручья встретил старика, который не мог перейти по висячему, в две сплетенные лианы, мостику.

— Не бойся, дедушка, крепко держись за мою руку, и все будет в порядке, — сказал юноша и перевел старика через ручей.

— Спасибо, сынок, чем же мне отблагодарить тебя? — сказал, прощаясь, старик. — В моей легкой суме лежит бамбуковая дудочка. Возьми ее, научись играть, мне она уже ни к чему.

Он отдал дудочку и ушел, а юноша пошел дальше, то и дело поднося дудочку к губам и извлекая из нее робкие нежные звуки.

А когда он вечером возвращался с поля домой, то встретил у того же висячего мостика богача, толстого и злого, который еле тащил мешок с чем-то тяжелым.

— Послушай, парень, — взмолился богач, — я и так еле несу мешок, а уж если полезу с ним на этот мост, обязательно упаду и утону. Помоги!

— Отчего не помочь! — сказал юноша, взвалил тяжелый мешок на спину и легко перешел через ручей. Мало того, он дотащил мешок до самого дома богача и ушел, не попросив ничего за труд.

«Какой глупый человек!» — сказал сам себе богач. — Не потребовал вознаграждения. А ведь нес мешок с серебряной посудой… О-о! А если он коварен — догадался, что в мешке серебро, и ночью придет ограбить меня?»

И всю ночь злой и трусливый богач вскакивал, подбегал к окошку и, дрожа, всматривался в темноту — не возвращается ли его попутчик и не слышны ли его шаги. Но ничего, кроме зеленой большой луны, не видел и ничего, кроме шороха, с которым носятся в ночном воздухе летучие мыши, не слышал.

А наутро он, решив погубить юношу, взял лопату, вырыл на тропинке, по которой тот ходил на свое поле, яму и закрыл ее ветками. Он знал, что в этих местах бродит тигр и что звери джунглей не преминут явиться к яме, если в нее упадет человек.

Так и случилось. Едва юноша наступил на ветки, они рухнули, и он очутился в яме. И тотчас на соседних деревьях появились обезьяны, а из-за кустов вышел и сел на краю ямы огромный полосатый тигр.

Но юноша не растерялся. Он достал свою дудочку и начал на ней играть. Он играл так хорошо, что тигр вздохнул, улегся, подпер голову лапой и закрыл глаза, а обезьяны начали по одной перебираться на ближайшую к яме ветку. Ветка под их тяжестью стала наклоняться и наконец совсем свесилась в яму. Юноша вылез по ветке, обошел тигра и благополучно вернулся в деревню.

Здесь его встретила девушка, и они долго стояли у его хижины, взявшись за руки и о чем-то беседуя.

А злой богач, увидя из окна юношу, решил, что тот пришел отомстить ему, схватил свой мешок и, кряхтя, бросился с ним вон из деревни.

— Очень интересно! — сказали обезьяны, когда он пробегал мимо их дерева.

Они сказали это и замолчали, потому что, едва богач скрылся, из-за кустов вышел тигр, и неслышно ступая, пошел за ним следом.

Все, что произошло потом с юношей и девушкой, богачом и тигром, видела одна зеленая луна да, может быть, летучие мыши, которые имеют привычку носиться по ночам и среди деревенских хижин, и в джунглях, меж опутанных лианами деревьев.

Когда над побережьем Индонезийских островов, которые, как корабли, плывут в беспредельном Океане, высоко в небе останавливается луна, старые рыбаки, посматривая вверх, говорят:

— Сегодня быть большому приливу! — и, щурясь, пытаются рассмотреть в лунных пятнах две знакомые им фигуры.

А началось так. Давным-давно на острове Ява жил крестьянин по имени Кайман. У него было небольшое рисовое поле, и он с утра до вечера гнул на нем спину, — выращивать рис дело тяжелое, надо все время следить, чтобы нежные зеленые ростки, сидящие корнями в жидкой грязи, не засохли на солнце, если вода уйдет, и не задохнулись без воздуха, если вода накроет их целиком. Для этого надо внимательно следить за валиками из глины, которые окружают поля, и то прокапывать в них ходы, спуская воду, то снова заделывать их глиной.

Но Кайман был упрям и силен и хорошо делал эту работу. У него всегда вдоволь было риса, и он уже стал задумываться, не привести ли ему в дом жену, как вдруг в хижине поселилась крыса. Она выкопала в углу нору и сразу же стала думать, как ей обмануть человека. Вот почему в первый же вечер она вылезла из норы, села на задние лапы и, вытянув по глиняному полу свой мерзкий голый хвост, обратилась к крестьянину.

— Послушай, — сказала она, поглаживая тощее брюхо и дергая тонким розовым носом (она чуяла рис!), — я хочу заключить с тобой договор. Мы живем в этой хижине вдвоем, и значит, все, что есть в ней, надо разделить пополам. Начнем с риса…

— Ах ты, мерзкая тварь! — воскликнул крестьянин. — Ты едва только переступила порог моей хижины, а уже смеешь так говорить? Тебя никто не звал сюда. Ступай прочь, не то я швырну в тебя заступ, которым рою на поле глину, и перешибу тебя пополам!

— Как знаешь, только не пришлось бы тебе пожалеть о сказанном, — ответила крыса и, волоча по глиняному полу свой мерзкий хвост, ушла в нору.

На следующий день Кайман встал «паги», что значит по-индонезийски «утром», но крыса поднялась «паги-паги» (так говорят индонезийцы, если хотят сказать «рано утром»). Так вот, она поднялась «паги-паги» и раньше крестьянина побежала на поле. И когда Кайман пришел туда, он увидел, что во всех глиняных валиках проделаны дыры и вода ушла. Крестьянин был упрям, он поправил их и снова пустил воду, но крыса ночью опять испортила валики. Так продолжалось несколько дней, и Кайман понял, что ему не победить злобное животное.

Тогда он решил стать рыбаком, продал поле, купил лодку и сплел из древесного луба большую прочную сеть. Но крыса была начеку и, когда Кайман собрался в море, пробралась незаметно на лодку и спряталась между корзин, которые крестьянин приготовил для рыбы. Выйдя в море, он забросил сеть и принялся тащить ее. Сеть была такая большая, а Кайман так силен, что не только рыба попала в сеть, но и сам Океан двинулся с места и, следуя за сетью, затопил берега. И люди Индонезийских островов, где до тех пор никогда не было приливов, с ужасом стали отступать от стремящейся на берег воды, уводить скот и переносить очаги. В сеть действительно попалось много рыбы, но крыса не дремала, она незаметно подобралась и перегрызла одну из веревок, за которые тянул Кайман. Сеть опустилась, рыба ушла, а Океан, отпрянув от берега, вернулся и занял то место, которое всегда было ему определено.

Несколько дней подряд пробовал ловить рыбу Кайман, каждый раз потревоженный Океан затапливал берега, но каждый раз крыса перегрызала веревку и освобождала рыбу, а вместе с ней Океан.

И тогда, поняв, кто портит сеть, Кайман обратился «малам» (по-индонезийски это значит «вечером») к богам.

— О вы, сотрясающие землю и поддерживающие небо! — воскликнул он. — Заклинаю вас: рассудите меня с этим мерзким животным, а если не можете сделать это, то помогите мне выбраться отсюда.

Надо сказать, что, обращаясь к богам вечером, он выбрал неудачное время, потому что боги, так же как и люди, к вечеру устают и у них портится настроение. Боги действительно не стали разбирать, кто прав в этой ссоре, а кто — нет. Они приказали Ветру выполнить последнюю просьбу рыбака. Ветер опустился на землю, превратился в огромный вихрь, подхватил облака, воду и песок на берегу, сблизил их, перемешал и забросил на Луну, которая как раз в это время стояла над большим островом Ява. Вместе с водой и песком он забросил туда и лодку с рыбаком и с его сетью, а также с крысой, которая продолжала прятаться среди корзин.