Чтение онлайн

— Чтобы поправить дела твоей фамилии, не хватит и сотни чемпионов, — процедил Лернэ сквозь пурпурные десны.

Бастет пропустил резкость гидры мимо ушей.

— А если чемпион окажется бракованным и не оправдает надежд покупателя, его можно сдать по гарантии? Или прямиком в утиль?

Яло-миец оскорблено раздул зоб, но в этот самый миг к столу подошел Бруно, держа на трех пальцах поднос, уставленный лакомствами и сластями. Кирина с облегчением отодвинула тарелку с остывшим цыпленком. Клюквенный соус успел застыть вместе с жиром, сделав блюдо таким же неприглядным, как и весь этот ужин.

Бруно рассеянно расставлял десерты перед пришельцами, любуясь Селеной, и, наконец, поймал ее взгляд. На губах девушки расцвела улыбка, точно специально заготовленная к его появлению.

Алконост смахнул со стола хрустальную вазочку с десертом. Осколки вперемежку с алыми ошметками разлетелись по полу.

— Убери от меня это, — гаркнул Метеор и добавил, — халдей.

Кровяное желе, предназначавшееся Бастету, забрызгало белоснежные штанины Бруно.

— Можно было просто поменяться, — промурлыкал принц, подвигая к гарпии мятный пудинг. — Впрочем, прислуга и впрямь должна лучше знать свою работу.

Бруно застыл столбом, свирепо глядя на аёрнца. Кирина шикнула на него, призывая скорее убраться у Метеора с глаз, однако брат не внял ее предостережению. Перья на голове Алконоста угрожающе зашевелились, но тут Селена поднялась из-за стола.

— Я провожу тебя до кухни, — предложила она, взяла юношу под локоть и увела прочь.

С этого дня Селена стала есть в кухне вместе с официантами и поварами. Алконост вернулся за стол к остальным аёрнцам, и у Кирины, Бастета и Лернэ больше не было причин мучиться обществом друг друга.

Вторжение Селены прислуга поначалу восприняла с опаской. Парни глазели на нее со смущением, девушки — с завистью. Первой оттаяла Пани. Разглядев Селену вблизи и удостоверившись, что грудь у нее меньше, а нос — длиннее, она приняла Сорсу с распростертыми объятиями.

— Здесь столько богачей, — со вздохом сетовала она Селене, накручивая пшеничный локон на палец с красным ноготком. — Жаль только, что они пришельцы. Иначе я непременно захомутала бы себе одного. Говорят, эти пернатые просто купаются в деньгах.

— Да, деньгами аёрнцы и впрямь не обделены, — Селена надкусила сэндвич с ветчиной. Она могла есть изысканные инопланетные блюда и в кухне, но предпочла довольствоваться тем, что ели остальные земляне. Девушка сидела на краю посудомойки, наблюдая, как суетливо снуют повара в клубах ароматного пара.

— Ну! — всплеснула руками Пани. — Только, боюсь, этим, — она кокетливо обвела ладонями свой силуэт, — их не впечатлить. Наверное, мы для них такие же уродцы, как они — для нас.

— Должно быть, так.

— Хватит трещать, Пани, — раздраженно выкрикнула Трис. — Пятый, шестой и одиннадцатый столы ждут заказы!

Красотка закатила глаза и двинулась на зов, покачивая бедрами на ходу.

— Пани мелет всякую чепуху, — проговорила Трис, точно извиняясь за приятельницу.

— Она просто хочет устроить свою жизнь, — пожала плечами Селена. — Ей бы родиться на пятом ярусе — любая семья там мечтает о такой дочке.

Низкорослая бритоголовая Трис ухмыльнулась, став еще сильней походить на хулиганистого мальчишку.

— Вам там не хватает девиц, которые раздвигают ноги быстрее, чем шторы по утру? — прыснула она. — Пани просто не хочет батрачить. Ей бы только попивать винцо, не отрывая задницы от стула, как делают это пришельцы.

Селена удивленно вскинула брови.

— Но пришельцы очень много работают, — возразила она.

— Ну не знаю, — поморщилась Трис, одергивая ливрею. — По мне, так они только и делают, что жрут целыми днями.

— Комитет коммуникаций работает от рассвета до заката, — проговорила Селена, — а Комитет безопасности — и вовсе круглосуточно. Погляди хоть на девочек Мастера Гамаюна — Гвен, Тесс, Сири и прочих. Они не останавливаются ни на секунду.

Официантка задумчиво почесала острый подбородок.

— Инопланетянки — да, носятся как угорелые, — наконец, согласилась она. — Но Айзек говорит…

— Меньше слушай Айзека, — мягко перебила Сорса. — И вообще людей, которые болтают о том, в чем ничего не понимают.

Трис насмешливо фыркнула, но поглядела на Селену с симпатией.

— Как скажете, госпожа Сорса, — лукаво усмехнулась она и выбежала из кухни.

Вскоре Селена столкнулась и с другими сказками о пришельцах, которые официанты старательно передавали из уст в уста в кладовках, раздевалках и кухне.

— Далеко не все пришельцы богаты, — разъясняла она Стеффу, — к примеру, Маёл — очень бедная планета, беднее Земли. Вот Аёрна богата, да. Но разве гарпии из-за этого виноваты в нищете землян? Их планета процветала задолго до того, как Союз обнаружил Землю.

— И что, по-твоему, пришельцы могут у нас отобрать? — спорила Селена с Максом. — У нас нет космических колоний, а все, что можно было вынуть из недр планеты, мы уже достали сами. Ты всерьез думаешь, что им нужна твоя коммуналка на Тройке?

— Поработить землян, Патрик? Серьезно? Кажется, кто-то поработил твой мозг, вот и все.

Айзек любовно пестовал эти сорняки на благодатной почве невежества и обид прислуги. Селена, как трудолюбивый садовник, выкорчевывала их один за другим. Пенз быстро обнаружил плоды ее просветительских трудов и попытался избавиться от нее тем способом, который никогда не подводил его в приюте.

Официанты стали замечать, что Селена как-то по-особому поглядывает на Патрика. Никто никогда не видел этих таинственных взглядов самолично, но слухи о них упорно ходили среди персонала. Повторив друг другу эту сплетню с десяток раз, каждый уверовал, что и впрямь был свидетелем чего-то эдакого. Пани ополчилась против Селены, но застукать ее с поличным, разумеется, не смогла. Трис старалась вразумить ревнивую подругу, пока Стефф не сообщил ей по секрету, что причиной визитов Сорсы в кухню с самого начала был именно Патрик. Но когда счастливый Макс разболтал Пани, что Грег едва ли не своими глазами видел, как повар зажимается с Селеной в кладовке, Пенз получил неожиданный отпор.

— Прекрати это, Айзек, — потребовал Бруно, поймав его в раздевалке перед началом смены.

Раздетый по пояс Пенз бережно снимал с плечиков отглаженную ливрею. Рассерженный голос Бруно заставил обернуться всех кроме него.

— О чем ты говоришь? — прошелестел он, придирчиво осматривая золоченные пуговицы. Одна из них разболталась, и он досадливо покрутил ее в пальцах, проверяя, удержится ли она на месте до конца смены.

Разгоряченный Бруно подскочил к Айзеку и тряхнул за плечо. Нитка лопнула и пуговица осталась в бледных пальцах Пенза.