Чтение онлайн

— Вот, голубушка, ты испеки себе булок и пирогов на время, а мы тебя с ним похороним по царскому закону.

Собралися люди, сделали гроб для двоих. Эта жена напекла себе булок, пирожков разных и говорит народу:

— Вы, когда меня в гроб положите, сделайте от него трубу, чтобы я некоторое время могла пожить и не задохнуться.

Крестьяне так и сделали: по ее просьбе поставили трубу на могиле, чтобы она могла несколько время пожить еще. Положили ее в гроб со своим мужем и понесли на кладбище. И вот вырыли могилу, опустили гроб, а сами пошли домой.

Несколько дней жена лежала там во гробе. И вот ей что-то захотелось повернуться: так спина заболела лежать, а она локтем толкнула ему прямо в левую бочину, своему мужу Ивану. Он вдруг и проснулся, умерший Иван.

— Фу, господи, как долго я спал.

Она тогда и говорит:

— Знаешь, Иван, ведь мы с тобой похоронены!

— Что ты говоришь, баба? Смеешься? Я лег спать, а ты говоришь, что я уж похороненный.

— А если ты, — говорит, — не веришь мне, то встань, как с кровати вставал раньше.

Вот он подумал, что одеялом закрытый. Взял руками, а ему даже ничуть не протянуть рук. Он тогда говорит:

— Да, дорогая жена, мы теперь с тобой погибли.

Жена ему и отвечает:

— Ваня, Ваня, попробуй привстань, может, гробовую доску и подымешь кверху своей спиной.

Вот он тогда повернулся и начинает пробовать, как бы землю поднять кверху этой гробовой доской. Когда он маленько встал на колени и уперся руками и начал пробовать подымать землю спиной, вдруг услышал он, что земля подается.

— Ну, баба, — говорит, — может быть, бог поможет, я подыму всю землю кверху, и выйдем на волю.

Вот когда он нажался и всю силу напряг, доской поднял всю землю, на сторону свернул.

Когда они стали выходить вон из могилы, жена спрашивает Ивана:

— Куда, Ваня, мы теперь пойдем, домой или куда?

Тогда он ей отвечает:

— Куда же мы пойдем? Мы же умершие люди, нас все, все бояться будут, что мы в саваны одетые. Лучше, баба, я так думаю, пойдем туда, куда глаза наши смотрят.

Они пошли по дороге, ближе к большим лесам. Вдруг попадается к ним старичок, одним словом копяшка. Иван с женой идут несколько времени не евши (булки у них были съедены), тогда он (Иван) у старичка и спрашивает:

— Дедушка, будь добрый, дай нам по кусочку хлебца!

Ну, старичок действительно был испуган такими людьми, что в саванах идут, он весь хлеб им отдал и спрашивает:

— Далеко ли здесь деревня? И как мне туда по-. пасть, в деревню, я заблудился, хожу по лесам несколько время.

Они указали ему дорогу:

— Тут недалеко, перейдешь через лесок и дома будешь.

Иван со женой пошли в самый большой, дремучий лес. Вот. когда их захватила темная ночь в этом большом лесу, они напали на маленькую тропочку, намятую лошадями. Вот жена и говорит:

— Ваня, давай ночевать в лесу. Я замаялась, дальше не могу иттить! (И кстати пошел дождик.)

Они дошли до такой развесистой елки, где даже дождик не мог их промочить. Вот они легли спать. Жена и говорит:

— Ваня, Ваня, куда же мы идем?

— Как у меня сказано, так и идем: куда глаза глядят, — отвечает Иван.

В скором времени Иван уснул, а жена не спит. Вдруг слышит разговор и топот лошадиный. Едут шайка разбойников, приближается к ихней елке. Она стала толкать Ивана под бок.

— Ваня, встань, кто-то едет.

Он быстро проснулся.

— Молчи, — говорит, — баба, ни звука не давай, чтобы они не увидали нас. Это разбойники едут: они могут убить нас.

Вот, они проезжают помимо. Иван своей жене и говорит:

— Пойдем наутек по этой тропинке, там где-нибудь жилое место мы найдем.

Долго ли, мало ли они бежали, подбегают на заре как раз ко дворцу. В лесу такой дворец сделан у разбойников у этих, прямо неприступимый. В воротах крепости поставлены два злющих льва, чтобы никого людей не пропускали, опричь мазуриков только. Вот, когда они подошли к воротам, львы начали гырчать на них. Тогда Иван и говорит:

— Знаешь что, иди, не бойся их, они женщин очень любят, эти львы, а мужчина пойдет — они разорвут его. А когда ты пройдешь помимо их, прицепи их на крючок близко к воротным столбам, чтобы я мог скрозь ворота пройтить.

Она так и сделала. Стала ласкать их, львы завиляли хвостами, и очень даже с ней познакомились. Она однова в это время привязала и говорит:

— Ну, Иван, входи! Они теперь не достанут тебя схватить.

Иван прошел во дворец. Тогда эта хозяйка спустила львов с крючка, чтобы не узнали, что кто-то естя во дворце. Вот они входят внутрь дворца. Видят накрытые столы разными винами и закусками — одним словом, чего душенька желает, пей, ешь. Было двенадцать блюд с кушаньем. Иван с женой не торопясь стали закусывать. И они эти двенадцать блюд все съели недолго думавши. Вот тогда Иван и говорит своей жене:

— Надо нам сходить все сараи проверить, есть у них здесь склады или что?

И вот они нашли первый сарай с оружием, а второй нашли сарай с разным продовольствием — одним словом, с разными продуктами.

— Ну так, баба, ладно, теперь осмотрели всю постройку, давай-ка спать.

А жена и говорит:

— Ваня, Ваня, как же мы пойдем спать, а ты никакого оружия не берешь! Ведь они перерубят нас на кусочки, что мы ихнее кушанье съели.

Тогда Иван вернулся в этот сарай, выбрал себе такой острый меч и тяжелый, что хозяйка и попробовала подымать, так и не подняла этого меча. И пошли они во дворец обратно.

— Ну куда, — говорит баба, — пойдем?

А Иван говорит:

— Пойдем, баба, на чердак, туда лестница есть. А здесь они нас зарубят.

Вот они отправились на чердак спать. Иван таким богатырским сном уснул, так захрапел, что даже стон идет, как он храпит. Вдруг эта шайка мазуриков подъезжает ко дворцу на самой заре. Поставили лошадей в стойла и пришли в свой зал. Атаман первый прошел и видит: на столе нет ничего, всё кто-то пожрал.

— Эй, ребята, у нас кто-то из гостей был здеся.