Чтение онлайн

Тут струганая палочка тряхнула конской своей головой и твёрдо произнесла:

— Но если он вернётся сюда — особенно, если не сейчас… особенно, если через много лет… как же он тогда узнает свое место жительства, когда всё вокруг так сильно переменилось? Поглядит вокруг — а вокруг всё незнакомо… и даже то, к чему с детства привык, выглядит совершенно иначе, чем прежде. А уж хватится того или другого — ни за что не найдёт! Вроде под рукой лежало, ан нет теперь… А посмотрит в уголок — стоит там до сих пор его струганная палочка с конской головой, Деревянная Лошадка. И всё опять станет на свои места!

— Вы думаете, что это так важно? — с сомнением спросил Господин Пиджак и усмехнулся.

Деревянная Лошадка ничего не ответила, но продолжала стоять, как стояла — маленьким маяком, по которому какой-нибудь пожилой корабль, заблудившийся в морских просторах, обязательно найдёт однажды обратный путь.

Цапля в одиночестве стояла у кромки воды и вслух размышляла о своей невероятной красоте. А красоты она была действительно невероятной, но дело не в этом. Дело в том, что ей явно не хватало собеседника, который мог бы с ней согласиться. Впрочем, совсем неожиданно услышала она голос, показавшийся ей знакомым, и голос этот произнёс:

— Да-а-а… таких грациозных птиц, как мы с Вами, на свете и правда раз-два и обчёлся.

— Мы с Вами? — переспросила Цапля обиженно.

Оно и понятно, что обиженно: Цапле совсем не понравилось, что кто-то ещё так же невероятно красив, как она.

Оглядевшись вокруг, Цапля поняла, чей это голос. Из воды на неё смотрело её отражение. Облегченно вздохнув, Цапля сказала:

— Что касается Вас, то Вы вообще не птица.

— То есть… как это? — обмерла Цапля-на-Поверхности-Воды.

— Да так, — беспечно прозвучало в ответ. — Вот если взять меня, то я — птица. Я существую на самом деле. А Вы только отражаетесь от меня.

Цапля-на-Поверхности-Воды осторожно переступила с ноги на ногу и задумалась. Через некоторое время она сказала:

— Кто из нас от кого отражается — это ещё надо доказать.

— Доказать? — Цапля-у-Кромки-Воды даже взъерошилась от возмущения. — Тут и доказывать нечего! У меня всё натуральное — и клюв, и перья, и… всё! А у Вас всё отражённое.

— Это никакое не доказательство, — сухо заметила Цапля-на-Поверхности-Воды. — Я тоже могу сказать: у меня всё натуральное — и клюв, и перья, и… всё, а у Вас — отражённое!

Цапля-у-Кромки-Воды опешила. Она внимательно осмотрела себя, приосанилась и с презрением произнесла:

— Не вижу смысла в этом разговоре. Подумайте, что с Вами случится, если я возьму да и улечу отсюда!

— Со мной ничего плохого не случится! — заверила её Цапля-на-Поверхности-Воды. — Постою-постою здесь да и тоже улечу отсюда. Или вот…

— Никуда Вы без меня не улетите! — перебила её Цапля-у-Кромки-Воды. — Вы просто пропадёте из виду. Исчезнете, понятно?

— Да как Вы можете такое говорить? — возмутилась Цапля-на-Поверхности-Воды. — Если Вы улетите отсюда, то перестанете меня видеть! Откуда же Вам будет известно, чем я здесь останусь заниматься? Может быть, я танец живота танцевать начну… как Вы об этом сможете узнать?

Цапля-у-Кромки-Воды задумалась, походила по берегу взад-вперёд, но ничего не придумала. По всем статьям получалось, что она и правда не сможет наблюдать за своим отражением, если улетит. А стало быть, не сможет и знать, чем отражение это в её отсутствие занимается. Но вместо того чтобы так и сказать, она воскликнула:

— Никакой танец живота Вы танцевать не начнёте… по крайней мере, до тех пор, пока я не начну! Потому как Вы полностью зависите от меня. Что я буду делать, то и Вы!

— А вот и не буду, — обиделась Цапля-на-Поверхности-Воды и отвернулась.

Цапля-у-Кромки-Воды тоже хотела немедленно отвернуться, но не смогла, потому что если бы она отвернулась, то перестала бы видеть своё отражение.

— Понятно? — спросила Цапля-на-Поверхности-Воды. — Вот Вам и доказательство того, кто из нас от кого зависит! Когда Вы перестанете видеть меня, Вы вообще не будете знать, существуете или нет. Да Вы и существуете только до тех пор, пока видите меня!

Последнее замечание настолько вывело Цаплю-у-Кромки-Воды из себя, что она всё-таки отвернулась. Отвернулась и, конечно, тут же перестала видеть своё отражение. И очень растерялась. И, не поворачивая головы, громко спросила:

— Эй, Вы… в воде, что Вы там делаете?

Ответа не было.

— Что Вы там делаете? — повторила Цапля-у-Кромки-Воды. — Я серьёзно спрашиваю!

Вода молчала.

Цапля поспешно обернулась: никакого отражения перед ней не оказалось. Отражение её вышагивало далеко в стороне — причём двигаясь в направлении от берега. С той кромки, где всё ещё стояла Цапля, отражение это было уже плохо различимо. Тем не менее Цапля заметила, что несколько перышек на его хвосте в полном беспорядке.

— Погодите! — закричала она вслед бывшему своему отражению и тоже заспешила в направлении от берега. — Не уходите так быстро… мне надо поправить несколько перышек на хвосте!

Тут бывшее её отражение взмахнуло крыльями и полетело — причём в обратную сторону, к берегу. Тогда и Цапле тоже пришлось взмахнуть крыльями и лететь вслед. С большим трудом нагнав бывшее своё отражение у самой кромки воды, она сказала задыхаясь:

— Ну, хорошо, хорошо! Таких грациозных птиц, как мы с Вами… — тут Цапля сделала паузу, потому что на самом деле у неё язык не поворачивался сказать такое, — …на свете и правда раз-два и обчёлся.

Тогда её отражение остановилось и ответило:

— Вот это совсем другое дело. Вот теперь поправляйте, пожалуйста, свои перышки, я обещаю стоять спокойно!

Цапля аккуратно поправила перышки на хвосте и на всякий случай ещё раз осмотрела себя со всех сторон, вперив глаза в водную поверхность. Что ж… наконец всё опять выглядело вполне и вполне опрятно — потому, замерев у кромки воды, Цапля снова принялась (сначала про себя, а потом вслух) размышлять о невероятной своей красоте.

А есть ещё странное слово «бутафория»…

Так называется кое-что из того, что ставят на сцену во время спектакля. Оно ненастоящее, но должно выглядеть как настоящее. Взять вот хоть, например, фрукты… Если мы в каком-нибудь спектакле видим на столе в вазе яблоки-груши-апельсины-и-всё-такое, можно не сомневаться: это бу-та-фо-ри-я. То есть фрукты, сделанные из прессованной бумаги и потом раскрашенные. Они очень похожи на настоящие яблоки-груши-апельсины-и-всё-такое, но, конечно же, совершенно несъедобные.