Чтение онлайн

Напился лис воды, а вылезти не может. Заглянула в колодец гиена и увидела в воде луну и лиса, сидящего на дне. Гиена спросила:

— Что ты там делаешь?

А лис указал на отражение луны и сказал:

— Я ем половину этого сыра, а вторая половина останется для тебя.

— Как же мне спуститься?

— Сядь в ведро, — ответил лис.

Под тяжестью гиены верхнее ведро опустилось вниз, а ведро с лисом поднялось наверх.

Так лис выбрался из колодца, а глупую гиену оставил там.

Сходил заяц на базар, накупил съестного. Баклажанов купил, арахисового шербету. Пришел он назад в лес, видит — гиена. Достал заяц шербет, отломил кусок, дал гиене отведать.

— О! Да как это вкусно! Где ж можно раздобыть такое? — спрашивает гиена.

А заяц в ответ:

— Да на базаре! На базаре есть все, что твоей душе угодно.

— Так пошли скорей на базар! — зовет гиена.

— Нет, — покачал головой заяц. — Базар только раз в неделю бывает.

— Обязательно пойду в следующий раз, — решила гиена.

Вот дождалась гиена базара и отправилась. Только пришла на базар — глядь, мясная лавка. Кругом говяжьи да бараньи ноги развешаны. Кинулась гиена в лавку, вцепилась в окорок. Мясник подскочил да оплеуху ей ляп! Бросила гиена окорок:

— Вот это называется базар! А заяц-то мне совсем по-другому рассказывал!

Вернулась гиена в лес, а тут заяц навстречу.

— Эй, заяц, хорош получился твой базар! Я на базар тырк! А мне тут же оплеуху ляп!

— Да не совсем так, — засмеялся заяц. — Ты на базар тырк, чужое хап! А тебе оплеуху ляп!

— Откуда ты знаешь? — удивилась гиена. — Ты там был, что ли?

— Нет, не был, — отвечает заяц, — да я тебя хорошо знаю.

Однажды куропатка и заяц поспорили: кто из них лучше спрячется?

Куропатка вырыла ямку поглубже среди пеньков и забралась вся — только лапы торчат наружу.

Заяц ходил-ходил, искал-искал, все обыскал — нет куропатки! Наконец устали и куропатка, и заяц. Тогда куропатка и говорит:

— Дядюшка заяц, устала я. Снимай поскорее сумку. Ишь повесил мне на лапы!

Удивился заяц, засмеялся и снял сумку. А куропатка вылезла из ямки и стряхнула пыль с себя.

Настала очередь зайца прятаться. Забрался он в соседние кусты и притаился там. Ищет-ищет куропатка, все обыскала, а зайца найти не может. Тогда куропатка громко рассмеялась:

— Вылезай, дядюшка заяц, я тебя вижу!

Заяц и выскочил! Он-то не знал, что куропатка его вовсе не видела!

Вот теперь и скажите: кто же хитрее — куропатка или заяц?

Жил в деревне Маку человек по имени Ансиге Карамба.

От отца ему досталось большое наследство, и Ансиге слыл богачом, но был жаден и скуп. Кроме того, Ансиге отличался невероятным обжорством.

У него была жена Паама, множество слуг и рабов. Всем доставалось от него. Пааму он постоянно укорял:

— Ты плохо меня кормишь и не заботишься обо мне так, как жена должна заботиться о своем муже.

И всегда он был не в духе. Ему казалось, что слуги и рабы едят слишком много, да еще и обворовывают его. А на самом деле слугам доставалось очень мало еды, потому что Ансиге прятал свои припасы так старательно, что никому не удавалось отыскать их.

Жители деревни Маку считали Ансиге самым плохим человеком на свете.

Он так надоел Пааме постоянным ворчанием и упреками, что и ей стало невмоготу жить с ним дальше. И однажды она сказала:

— Я пойду навестить отца. Родные по мне, наверно, соскучились.

Собрала она свои пожитки и ушла из Маку к себе в деревню.

После ее ухода Ансиге стало совсем плохо. Еду готовили ему теперь слуги. Они заботились о нем не так, как жена. Если раньше, до ухода Паамы, его кормили вкусно, то теперь еда стала хуже и с каждым днем ее становилось все меньше.

Чем больше Ансиге упрекал слуг и рабов, тем хуже ему жилось. Им надоела жадность и обжорство хозяина.

Прошло много времени с тех пор, как ушла Паама, и вот как-то утром Ансиге признался самому себе:

— Жизнь моя незавидная. Два года минуло с тех пор, как жена сбежала к родным, и теперь я вынужден платить неблагодарным слугам только за то, что они готовят мне еду. У них же одна забота: обмануть меня да накормить похуже. Как бы мне не помереть с голоду! Надо пойти за Паамой и привести ее домой.

После долгого пути пришел он в деревню, где жили родители Паамы.

Отец Паамы встретил его приветливо и по законам гостеприимства подарил ему козленка.

У Ансиге даже слюнки потекли. Забыв про все на свете, он схватил козленка, поскорее зарезал его и сварил. При этом он страшно спешил, потому что боялся: вдруг кто-нибудь явится и тогда придется ему делиться своей едой? Даже не дождавшись, пока мясо сварится, он начал жадно глотать его кусок за куском.

Он ел, ел и ел. И вскоре от козленка не осталось и косточки.

Но Ансиге все еще не наелся. Он увидел большую овцу, которая паслась в поле, поймал ее, зарезал и принес к своему костру.

А между тем прошло немало времени с тех пор, как Ансиге ушел из деревни, и Паама стала беспокоиться о муже:

— Я своего муженька знаю! Пойду посмотрю, что с ним приключилось из-за его обжорства.

Пошла она, а Ансиге как раз собирался свежевать овцу.

— Что ты делаешь?! — испугалась Паама. — Вижу, это вовсе не козленок, которого дал тебе мой отец. Ведь это- овца вождя племени!

— Не притворяйся, будто ты меня не знаешь, — сердито ответил ей Ансиге. — Козленка, что дал мне твой отец, я уже съел, но этого мне было мало; я увидел овцу и решил ее тоже съесть.

— И надо же было случиться такому несчастью! — воскликнула Паама. — Вождь племени накажет тебя за это] Но все-таки я попытаюсь помочь тебе!

Паама велела Ансиге отнести зарезанную овцу туда, где была привязана дикая лошадь вождя племени, и положить ее рядом с лошадью. Потом, вернувшись в деревню, Паама сказала вождю, что, судя по всему, лошадь лягнула овцу и убила ее.