Сказки народов мира; Тысяча и одна ночь
Шрифт:
— Вот твой дом! — сказал змей, а сам отправился дальше и заполз в огромный баобаб, который служил ему жилищем.
Вот год проходит, новый наступает, а у матери от дочки ни одной весточки нет! Месяц за месяцем идет, а вестей все нет. А когда наступил сезон дождей, посадила мать тыкву и говорит ей такие слова:
— Тыква моя милая! Если уже нет в живых моей доченьки, протяни свой стебель к ее могиле! Если жива она, дотянись стеблем до крыши ее дома! [94] Укажи мне дорогу к ней!
94
«…дотянись стеблем до крыши ее дома!» — Стебель тыквы здесь, как и во многих африканских сказках, играет роль волшебного клубочка, указывающего путнику дорогу.
Начала тыква расти, стебель ее тянулся все дальше и дальше и вскоре обвился вокруг акации, что росла у дома Фати. Тогда женщина наскоро собралась и отправилась туда, куда повел ее стебель.
— Так вот в какой глуши ты живешь! — сказала женщина, увидев дочку. — Говорила я тебе, что жених твой чужак и вовсе не тот, за кого себя выдает!
— Да, мама, — ответила Фати, — муж мой не человек, а великий змей. Ни земля, ни небо не могут с ним тягаться красотой и силой. Видишь там огромный баобаб? Это и есть его жилище.
Тут и вечер наступил. Девушка решила предупредить мужа о приходе матери. И она запела:
— Э-э, Сунну! Э-э, Сунну, здравствуй! Моя мать шлет тебе привет.
А змей в ответ:
— Э-э, Фати! Э-э, Фати, здравствуй! Передай привет твоей матери от меня! Прикажи зарезать в ее честь сотню коров, сотню индюшек и сотню кур.
На другой день мать девушки стала собираться в обратную дорогу, ей не терпелось рассказать всем в деревне, как удачно устроилась судьба Фати.
И вновь девушка отправилась к баобабу:
— Э-э, Сунну! Здравствуй, Сунну! Моя мать шлет тебе прощальный привет.
А змей в ответ:
— Э-э, Фати! Когда вернешься, Фати, прикажи поймать сотню лошадей, сотню верблюдов, сотню баранов, сотню кур и сотню индюшек и отдай их своей матери.
Так змей хотел отблагодарить старую женщину за то, что она навестила их.
Как сказал змей, так девушка и сделала. Вернулась ее мать с богатыми дарами в родную деревню.
А у матери Фати была сестра. Как увидела она, какое богатство привалило ее родне, стала расспрашивать, что да как, пока все не вызнала. А тогда быстренько собралась и отправилась, куда стебель тыквы ее повел.
Долго шла она и вот пришла наконец прямо к дому под акацией, где жила ее племянница. Подивилась она богатому дому молодой хозяйки, и очень ей захотелось взглянуть на ее мужа. Стала она просить Фати об этом, а та и говорит:
— Лучше не проси, ведь муж мой не похож на обычных людей.
И Фати отправилась предупредить мужа о приходе гостьи:
— Э-э, Сунну, э-э, Сунну, здравствуй! Моя родственница шлет тебе привет.
Змей тут же отозвался:
— Э-э, Фати, когда вернешься, Фати, прикажи поймать сотню лошадей, сотню верблюдов, сотню коров и отдай их своей родственнице.
Так Фати и сделала.
При виде таких щедрых даров любопытство женщины разгорелось еще сильнее, и решила она во что бы то ни стало взглянуть на мужа Фати хоть краешком глаза. Как ни отговаривала ее Фати, та стояла на своем.
— Что ж, поступай как знаешь, — вздохнула Фати, — подойди к баобабу — и ты увидишь моего мужа, прятаться он не станет.
Подойдя к баобабу, женщина позвала:
— Э-э, Сунну! Э-э, Сунну, здравствуй! Здравствуй, Сунну, э-э!
Тело змея заскользило вокруг баобаба, и женщина услышала:
— Бу! Бу! Бу! У Фати большой муж! Он большой! Очень большой!
И в тот же миг змей схватил женщину и проглотил ее целиком.
День прошел, наступил вечер, а женщина все не возвращалась, и Фати отправилась к баобабу:
— Э-э, Сунну! Где моя родственница, Сунну?
Змей не откликнулся.
Фати подошла ближе:
— Э-э, Сунну! Здравствуй, Сунну! Где моя родственница, Сунну?
И змей отозвался:
— Э-э, Фати! Твоя родственница тут кричала, шумела, ругалась, я ее и проглотил.
Вся в слезах побрела Фати назад. Плакала она, плакала, и захотелось ей воротиться домой, к матери. Опечалился змей и говорит ей:
— Что ж, Фати, ступай, если хочешь. Да возьми с собой сотню рабов. Пусть они отныне твоей матери служат.
И еще вспомнил змей об их давнем уговоре: должен он исчезнуть, если хоть раз причинит своей жене зло. Тут и пришел великому змею конец, только из баобаба поднялся в небо столб белого дыма.
А Фати вернулась домой, к родной матери.
Однажды заяц и гиена отправились на охоту. Заяц добыл много дичи, но гиена все покидала в свой мешок. Наконец заяц убил антилопу, а гиена и ее положила к себе. Рассердился заяц и, оставив гиену, помчался домой.
Там он измазал всего себя красной и белой глиной и, взобравшись на высокий муравейник, уселся наверху.
Вскоре на дороге показалась гиена, она как раз возвращалась домой. Подошла гиена к муравейнику, видит, что-то белеет наверху, испугалась и говорит:
— О ты, сидящий на муравейнике, пропусти меня! Я отдам тебе все, что добыла на охоте. — И вытащила из мешка немного дичи. — Можно мне пройти?
А заяц в ответ:
— У мм! Умм!
Достала гиена из мешка оставшуюся дичь, бросила все это зайцу и спрашивает:
— О ты, сидящий на муравейнике, можно мне пройти?
А заяц опять:
— Умм! Умм!
Пришлось тогда гиене вытаскивать из мешка антилопу.
На этот раз заяц пропустил ее.
Гиена с пустым мешком пошла домой, а заяц вымылся, собрал добычу и пошел к себе.
Пошел петух однажды к своим родственникам на поминки. А по пути встретился с котом.
Хитрый кот и думает: «Вот я сейчас петухом-то полакомлюсь!» А сам говорит:
— Куда это ты направился, петух?
— Почтить память умершего дяди, — отвечает петух.
— Так пойдем вместе, вдвоем-то все веселей, — предложил кот.
Догадался петух о злом умысле кота.
— Нет, если ты пойдешь со мной, будет нас уже трое. Собака тоже хотела пойти на поминки.
Испугался кот. Прошел еще немного вперед и вдруг остановился:
— Некогда мне! Дел полно! Я ведь просто пошутил.