Чтение онлайн

— Янко, как пойдем: как солнце или как ветер?

— Конек мой, так езжай, чтобы ни тебе, ни мне ничего не сделалось.

Один раз встряхнулся конек, и стал вдруг Янко медный, и конек стал медный; не успел Янко опомниться, как оказался в придорожной корчме раньше своих братьев.

Входят братья в корчму, а Янко уже за столом сидит.

— Сам черт тебя, что ли, нес? — прикрикнули они на него.

— Да я-то что, — говорит Янко, — я все потихоньку, да по торной дорожке, а вы бог знает где носились.

А они на него:

— Молчи, дурак! Поехал бы с нами, увидал бы медного принца на медном коне.

А Янко сидит себе да помалкивает.

Вышли они из этой корчмы, и братья его ускакали далеко-далеко вперед. Опять конек спрашивает:

— Янко, как пойдем: как солнце или как ветер?

— Конек мой, езжай так, чтобы ни тебе, ни мне ничего не сделалось.

Конек встряхнулся, и стал Янко серебряный, и конек стал серебряный; обогнал Янко своих братьев и остановился у корчмы.

Приходят братья — Янко за столом сидит.

— Опять тебя черт на себе вез? — накинулись они на него.

— Да я-то что, я все потихоньку, да по торной дорожке, а вы бог знает где носились.

А они на него:

— Молчи, дурак! Поехал бы с нами, увидал бы серебряного принца на серебряном коне.

Янко знай сидит себе и помалкивает.

Собрались в путь одиннадцать братьев и поскакали вперед; а Янко идет себе, еле ноги волочит. За корчмой спросил его конек:

— Янко, как пойдем: как солнце или как ветер?

— Конек мой, так езжай, чтобы ни тебе, ни мне ничего не сделалось.

Конек встряхнулся, и стал Янко золотой, и конек стал золотой. Приехал Янко раньше братьев.

Приходят братья, а Янко у печи сидит.

— Гляньте-ка на него, — удивляются те, — опять он уже здесь! Какой черт тебя домой принес раньше нашего?

— Да я-то что, я все потихоньку, да по торной дорожке, а вы бог знает где носились.

А они на него:

— Молчи, дурак! Поехал бы с нами, увидал бы золотого принца на золотом коне.

Янко сидит тихонько — слово боится сказать.

Отца как раз дома не было, а когда он пришел, то старших похвалил, что кони у них добрые, а Янко выбранил за его паршивую клячу.

На другой день говорят братья отцу:

— Батюшка, мы уже свое отработали, теперь хотим жениться. Все мы от одного отца, поищите же нам невест от одной матери.

Самый старший оседлал своего коня, отец сел на него и поехал искать им невест.

Едет он и видит, как одна старая баба на шести кобылах пашет. Он и спросил ее, нет ли в здешних местах такой матери, чтобы у нее двенадцать дочерей было. А она ему велела ехать дальше: мол, есть такие в таком-то и таком-то доме. А это была старая ведьма, и у нее было двенадцать дочек. Щелкнула она кнутом над кобылами и вмиг оказалась дома.

Вот приходит отец в этот дом, там его встречают, как дорогого гостя, а он просит показать ему невест. Ведьма побежала в конюшню, взяла кнут из-за двери, стегнула каждую кобылу по разу — и стали перед ней двенадцать девок.

— Вон, шкуры, — кричит старуха, — к вам свататься пришли!

И они пошли в избу одна за другой. Отцу девушки понравились, и они тут же сговорились, когда женихам приезжать на свадьбу.

В назначенный день оседлали двенадцать братьев своих коней и поехали за невестами.

Как стали они к тому дому подъезжать, конек и говорит:

— Янко, станут тебя усаживать посреди стола, а ты сядь с краю, отговорись, что тебе, мол, нужно за конями присматривать. Как я копытом стукну — выходи вон! Станут тебя вином потчевать, а ты первую чашу вылей под стол, и сделается у тебя рюмочка, а ты эту рюмочку незаметно сунь в карман.

Янко пошел в избу и все так и сделал. Рюмка у него была в кармане. Конек ударил копытом, и Янко вышел. Говорит ему конек:

— Теперь станут вас угощать супом, а ты первую ложку зачерпни и вылей под стол. Сделается у тебя щетка. Ты эту щетку подбери и спрячь в карман.

Янко вернулся в избу и все так и сделал. Теперь и щетка у него была в кармане. Конек ударил копытом, и Янко вышел. Говорит ему конек:

— Подадут на стол жаркое, а ты урони первый кусок вместе с вилкой. Сделается у тебя гребень. Старуха почует неладное и нагнется, чтоб тебе эту вилку подать; но ты не зевай и живо спрячь этот гребень в карман. Потом можешь есть смело.

Янко вернулся в избу и все так и сделал. Положил он гребень в карман и теперь уже поел вволю. Когда поели, улеглись все спать, и эти девицы тоже спали в своих постелях. Потом и старая ведьма улеглась.

Конек ударил копытом, и Янко вышел. Говорит ему конек:

— Переложи братьев на место старухиных дочек, а их положи на место братьев. И сам не забудь перелечь?

Только он их местами поменял и сам перелег, как приходит ведьма с мечом — и прямо к жениховским постелям. Намотала волосы на руку и поотрубала головы девицам — а она думала, что женихам. Обрадовалась ведьма, что двенадцать душ загубила, и пошла спать.

Конек ударил копытом, и Янко вышел. Говорит ему конек:

— Разбуди братьев, пусть седлают коней и скачут вперед, а ты останешься дверь затворить.

Братья встали, коней оседлали и поскакали прочь, а Янко остался запереть двери. Когда он двери запер, молвил ему конек:

— Садись на меня, Янко, и, что бы ты по дороге ни увидел, не останавливай меня!

Сел Янко, и, когда они мимо окна летели, он крикнул:

— Баба, баба, старая баба, которая дочек своих загубила, спасибо тебе за ужин!

Вскочила баба-яга со сна, побежала к дочкам — а они все мертвые! Чуть она не лопнула от злости! Села на лопату и пустилась за братьями в погоню. Но те уже были далеко.

— Погоди, — бормочет баба-яга, — ведь я вас сумею придержать!

И забросила вперед золотую подкову.

— Гоп, конек мой, — кричит Янко, — на дороге золотая подкова! Как, поднять мне ее?

А конек ему отвечает:

— Поднимешь — худо; не поднимешь — еще хуже будет.

Янко соскочил и поднял подкову; но пока он с ней возился,

стала их баба-яга догонять.

— Плохо дело, Янко, — кричит конек, — бросай на землю гребень!

Янко уронил гребень — сделался густой лес. Пока баба-яга через этот лес продиралась, они уже далеко ушли.