Чтение онлайн

– Мне очень жаль, что я растратил свою жизнь даром! Иоаким Торве - вот как зовут самого непутевого человека, которого выпили целиком и полностью...

– Кто выпил?
– удивившись подобному горячечному бреду, спросил я.

Он посмотрел на меня своими водянисто-голубыми глазами и сказал, чуть усмехнувшись:

– Ведьма. Баньши.

Потом, из газет я узнал, что этот самый таинственный Торве сбросился с крыши той самой ночью. Он пришел на вечеринку, проводившуюся каким-то готическим клубом на крыше заброшенной новостройки, много пил со всеми, а потом один из его товарищей обнаружил его тело на земле... С тех пор загадочная незнакомка уже много раз появлялась у нас. Каждый раз она выбирает одного кавалера и уходит с ним. Что случается потом, я думаю, ясно и покойнику...Точнее, только покойнику и известно!
– хохотнул француз над шуткой, на которую способен только бармен.

– А есть ли у нее какие-то яркие отличительные приметы?

– А вот сейчас, месье, вы сами все и увидите. Вон она!

К дансингу подходила редкой красоты черноволосая девушка, одетая в длинное вечернее платье с открытой спиной. На ее шее зловеще поблескивал красный рубин, оправленный в металл. Ведьма, погубившая уже много молодых душ. Она казалась сотканной из льда - настолько холодным был ее взгляд, который она остановила на молодом, но уже пострадавшим от чумы ожирения буржуа...

Тишину, которая накрыла дансинг, классики литературы, наверное, назвали бы звенящей... Быстрым шагом я покинул стены заведения, в котором бездушная Судьба только что отметила смертным приговором еще одного несчастного. Вопрос, который оказался не прозвучавшим вслух, но очень животрепещущим - Судьба ли это? Но, поверите ли вы мне, я не хотел прояснять его лично, задавая вопросы.

Глава 3.

Есть ли в мире люди, которым вы не доверяете, согласно определенным внешним признакам? Я, вот, к примеру, абсолютно не доверяю людям с белесой поволокой у глаз. Знаете, есть такой тип, у которого глаза кажутся водянисто-прозрачными? Именно такими глазами обладал респектабельный парень, что смотрел на меня с фотографии в журнале "Максим", датированного апрелем прошлого года. Вроде бы все на месте - брендовая рубашка с белым, кружевным жабо, кожаный плащ с огромным количеством ремешков, замочков и цепочек, высокие combat boots, вероятнее всего - Стилзовские. Классическая иллюстрация к статье, посвященной готике старой школы. Я отпил добрый глоток белого рома и обратился к Феллис, глядящей с неодобрением на мою дурной тон - пить с утра в будний день:

– Феллис, где ты откопала этот шедевр?

– После того, как ты обратился ко мне за поиском готических и окологотических тусовок Парижа, я вспомнила о моей университетской подруге, Эдит, которая катастрофически увлекается мрачной сценой. Мы встретились с нею у "Ке Гран Тюа" и она поведала мне историю о их последней вечеринке, которая закончилась тотальной проверкой всех ее участников в жандармерии из-за самоубийства. Этот парень, Юрий, звезда промоушен Российской готической культуры, приехал в Париж для встречи с представителями какой-то там группы. Ну, в его честь наши и закатали грандиозную пати... Что ты ухмыляешься, Эл?

– Юрий, говоришь? А если я скажу тебе, что этот человек уже три месяца живет в Париже под именем Иоакима Торве?

– Тот самый?
– ахнула Феллисьента

– Тот самый, - мрачно подтвердил я, - И мне необходимо встретиться с этой твоей подругой...Эдит, кажется?

– Если обещаешь мне не давать повода для ревности, я смогу устроить вашу встречу завтра после обеда, - не упустила возможности пококетничать Феллис

– Ну что ты! Мои чувства к тебе самые искренние, о таких не мог помыслить даже Мопассан! Перезвонишь мне сама?

Я заплатил по счету и покинул стены кофейни. Погода определенно начала портиться - ветер швырял в глаза пыль с мостовой и я определенно пожалел, что не одел рубашку, ограничившись ти-шоткой. Тем более, что в моих планах было посещение набережной Сены, где будет, уверен, еще холоднее. Однако, времени, которое я мог бы посвятить поездке домой, было катастрофически мало, и я, наплевав на непогоду, двинулся в сторону стоянки такси.

– До Жерминаль, будьте добры, - я выбрал пожилого таксиста, обладателя черного, максимально респектабельного мерседеса

– Набережная или Рю?
– предупредительно уточнил он, заводя мотор

Франция! Наверное, единственное место в мире, где существуют площадь Марси, улица Марси, набережная Марси и метро Марси - при чем, все в разных концах столицы!

– Набережная Жерминаль

Не успели мы преодолеть первую пробку на Орфевр, когда таксист не выдержал тягости молчания и спросил:

– Что месье думает о всех этих россказнях о Баньши?

Черт...Город-шлюха, город-сплетник. Я уже давно стал твердым приверженцем версии Рабле о том, что самоназвание "парижане" происходит от франкского прилагательного "паррезьен" - сиречь - языкатые. Иногда мне кажется, что в этой колыбели революций нет нужды в желтой прессе, ибо каждый житель Парижа является ходячим переносчиком сплетен!

– О, я не верю в эти сказки!
– бросил я, все еще пытаясь углубиться в чтение "Ситуасьон"

– Но как же так, месье? Неужели, русская мафия?

Нехотя, я отложил таблоид:

– Месье пора бы запомнить, что вся русская мафия сейчас уютно расположилась на Брайтон-бич, в Нью-Йорке. Париж не интересен русским со времен казаков.

Однако, я лукавил. Уже, хотя бы по причине того, что сейчас я направлялся домой к самому что ни на есть русскому мафиози... Тем не менее, мое категорическое замечание, по видимому, обидело компетентность водителя, который замолчал ровно до того момента, когда автомобиль остановился у памятника Луи.

Расплатившись, я нарочито прогулочным шагом двинулся в сторону залива, только лишь с тем, чтобы не демонстрировать истинное место моего назначения.

В доме господина Куренина я желанный гость с тех самых пор, когда я, наступив ему на ногу в клубе "Молинари", вместо извинений обложил его матом. По-русски. Ну, и конечно же, после того, как по моей протекции его дочь поступила в колледж изобразительных искусств...

– Алексашка!
– бычий рев Сергея Валентиновича способен внести панику в любое сердце, - Наконец-то! Явился! А я уж думал, что ты забыл старика! Наташка! Гля, хто приехал! Подсуети там Жака, пусть водочки организует!

– Я тоже рад вас видеть, Сергей Валентиныч!
– от души, искренне приветствовал его я

– Давай, заходи, писака! Щас сбрызнем это дело!

– Я к вам, если честно, по делу...

– Так за водочкой да под стейк из семгочки и обсудим! Дорогой, для тебя...

– Сергей Валентинович, дело очень конфиденциальное...и серьезное. Давайте выпьем потом. Как там говорил ваш любимый дон Корлеоне в фильме? Сперва дела, потом дружба?

И без того суровое лицо Куренина помрачнело. Видимо, он уже понял, что Эл Полесофф не приходит по пустякам.

– Ну, ходим до кабинету, раз такая пьянка!
– пробормотал он, указывая мне уже дорогу...

Спустя час моего монолога, еще более посуровевший Куренин сказал:

– Так ты думаешь, что все это банальный театр?

– Не более чем, Сергей Валентинович...

– Элька, я ж не резидент разведки! Все, что смогу сделать, так это - пару звонков на родину!

– Сергей Валентиныч, миленький, так я ж больше и не прошу!
– от радости я чуть не подпрыгнул, - Это все, что мне нужно! Буквально немного информации - только лишь!