Сказки острова Бали
Шрифт:
– Как хотите, торговец. Но если вы презираете нашу дружбу, то может случиться, что за вами погонится тигрица и разорвет вас.
– Сказала она это и засмеялась недобро.
Жутковато было торговцу, но не посмел он больше отказываться от приглашения. Женщина повела его по протоптанной тропке, которую он раньше никогда не замечал. Они шли недолго и пришли к богатому двору. Женщина первая прошла в ворота. Во дворе стояли красивый жилой дом, домик-кухня, амбар и другие постройки, которые обычно стоят в балийских дворах.
В домике-кухне сидел мужчина. Увидел он гостя и спросил:
– Кого ты привела, жена?
– Торговца, который подарил нашей дочурке шарф. Мужчина сейчас же вышел и вежливо поздоровался.
Он провел гостя на веранду жилого дома и велел жене выставить угощение.
Когда они уселись, хозяин признался гостю, что все здесь и вправду принадлежит невидимым. Обычно человеческие глаза не различают их - ни их самих, ни их деревни, ни их храмов, ни их скота. Человеческие глаза вместо этого видят только дикие заросли. Но когда торговец подарил девочке шарф, он как бы сбросил пелену со своих глаз.
– Может быть, вы уже слыхали о нас, - продолжал хозяин.
Торговец кивнул. Хозяин заметил, что гость обеспокоен, и сказал:
– Вам не надо нас бояться. Это правда, что мы можем принимать облик тигра и вести себя, как тигры. Но мы умеем быть благодарными и ценим дружбу. Я предлагаю вам свою дружбу. Меня в этой деревне слушаются. Пожелайте чего-нибудь, и ваше желание будет выполнено.
– Я хочу только одного, - сказал торговец, - чтобы я мог всегда спокойно проходить через эти чащобы.
Подошла женщина, и торговец подарил девочке маленький саронг из своей корзины. Только к вечеру ему позволили отправиться в путь. Женщина несла в руке факел, освещая узкую дорожку. А муж ее на прощание назвал свое имя и сказал, что, если торговец попадет в беду, он должен громко позвать его. И вот торговец вышел на свою дорогу и благополучно дошел до дому.
Время шло, и он снова собрался в путь - через ту же местность. На этот раз он гнал шесть быков, и ему помогали два погонщика. Вошли они в чащу, и тут вдруг два быка бросились в заросли и пропали из виду. Погонщики топтались на месте и не решались пуститься в поиски.
– Здесь нечисто, господин, - сказал один из них.
Тогда торговец громко назвал имя тигрочеловека. В ответ раздалось рычание, как будто со всех сторон были тигры. Скоро потерянные быки выбежали из зарослей и пошли рядом с остальными.
С тех пор торговец без опаски шел через эту глухомань. Он знал, что у него есть незримые друзья.
27. Гость
Удивительный человек был Диярса. Никогда не знал он печали, всегда улыбался и непременно поспевал на все петушиные бои, даже если для этого приходилось несколько часов идти под палящим солнцем по горным тропкам, вверх и вниз, с длинной палкой на плече, к концам которой были подвешены плетенки с петухами. Он был великий знаток петухов и отчаянно бился об заклад, какой петух победит. Странно только, что он всегда проигрывал, хотя понимал дело и своих петухов любовно выхаживал. Но Диярса никогда не жалел о проигрыше. Потеряет все деньги и скажет:
– Ничего, когда-нибудь и мне улыбнется счастье. Человек не обеднеет, если боги этого не хотят.
Диярса женился на прекрасной девушке и сперва жил с ней довольно богато. Был у него большой дом, рисовые поля и кофейные рощицы, и было много великолепных бойцовых петухов. Каждый день он выставлял их в круглых клетках за ворота, чтобы развлечь птиц. А сам садился на приступок у ворот, держа меж колен сынишку. Но год за годом достаток его падал. Игорные долги заставили распродать кофейные рощицы и рисовые поля, а под конец жене пришлось отнести в заклад домашнюю утварь, праздничные платья и украшения.
Петух за петухом были убиты. Остался только один, последний. Когда друзья упрекали Диярсу за безрассудство, он невозмутимо отвечал:
– Моя ставка - незримое. Я надеюсь на бога. Действительно, он был благочестивый человек, но в мирских делах легкомысленнее всех остальных.
Когда у Диярсы остался последний петух, назначен был бой в его собственной деревне. Гул голосов дошел до его дома, где он лежал на скамье лицом к стене, накрыв голову саронгом. А надо сказать, что жена его была доброй и стойкой женщиной. Если бы она не зарабатывала тем, что ткала, и другой женской работой, у них в доме вовсе не было бы риса. Она не жаловалась, потому что любила своего мужа, каким он был: веселым, беззаботным. Он всегда мог выкинуть что-нибудь неожиданное! И вот взглянула жена на Диярсу и подумала: «Он надеется на бога. Но сейчас он не может пойти на петушиный бой, потому что нет у него ни гроша».
Подошла жена тихонько к Диярсе и спросила:
– Разве ты не знаешь, что в нашей деревне петушиный бой? Почему ты не идешь?
– Денег нет.
– Чего же ты не сказал мне? У меня есть пятьдесят гобангов и саронг, который можно заложить.
Побежала женщина к ростовщику, выручила у него один рингит и все отдала мужу: серебряную монету и пятьдесят медных монеток.
Пока она доставала деньги, муж искупался в пруду и ловко повязал свои мокрые волосы платком (Головной платок (уденг) - обязательная часть традиционной мужской одежды на Бали, он повязывается здесь на тысячу способов). Праздничных одежд у него не было, но зато лицо его было совершенно праздничное.
– Ты увидишь, что я принесу вчетверо больше, чем беру, - весело сказал он жене.
Предчувствие опять обмануло его. Он не решился взять из дому своего последнего петуха и ставил небольшие ставки на чужих бойцов. Деньги растаяли, как снег на солнце. Наступил вечер. Диярса проголодался, подсел к торговке съестным и заказал риса с приправами на двадцать пять гобангов. Только ему подали, подошел к нему, опираясь на палку, старик-нищий: в лохмотьях, ноги покрыты язвами, а на язвах сидят бесчисленные мухи. От старика так дурно пахло, что люди зажимали носы.
– Ах, господин, оставьте мне несколько крошек!
– попросил нищий.
– Я со вчерашнего дня ничего не ел и целый день в пути.
Диярса пожалел старика и сказал:
– Зачем же крошки! Садись со мной на скамью, дедушка, поешь как следует. Эй, хозяюшка, подай нам еще порцию риса с рыбой!
Диярса выложил последние двадцать пять гобангов и помог старику взобраться на помост. Торговка заворчала - грязный старик ей не нравился, - но вынесла еще одну порцию.
Когда они поели, старик спросил:
– Не найдется ли у вас, господин, местечка переночевать? Я живу в горах, и сегодня мне не хватит сил дойти до дому.
– Конечно, дедушка, пойдем со мной. Диярса привел старика к себе и закричал:
– Женушка, я привел гостя. Есть у нас чем накормить его?
Жена шепнула, что отдала последний рис мальчику.
– Ну тогда возьми в долг, - сказал он беззаботно.
– И приготовь хорошее угощение. Зарежь моего петуха.
Жена знала, как дорожил он своим последним бойцовым петухом. «Что ж, - подумала она, - видно, Диярсе все нипочем». Не умел он долго думать, когда принимал решение, а поступал, как бог на душу положит.