Чтение онлайн

Нахмурился Дух Лесной, лосиху отослал, а сам взялся за дело: справедливость вершить, суд праведный проводить. Пошёл по верхушкам деревьев гул да шум, остановились все звери да птицы, примолкли, стоят, слушают, что Дух Лесной вещает.

А Охотник тем временем уже опять по лесу шагает, ловушки свои проверить да, может, кого по дороге подстрелить. Шагал, шагал, да вдруг встал прямо перед ним олень. Стоит, смотрит смело, не убегает. Обрадовался Охотник: «добыча сама в руки пришла», вскинул ружьё, только хотел выстрелить, а из-под ног оленя барсук выскочил и тоже уселся, смотрит. Охотник даже растерялся, в кого стрелять первого, пока ружьё перезарядишь, второй убежит. Пока думал, на ветку дерева ворон приземлился и сова рядом уселась. И все на Охотника смотрят. Тот аж вспотел. Думает: «Что происходит-то?».

Молчат звери, смотрят и молчат. Следом за птицами Медведь встал позади Оленя могучей горой, лисица юркнула рыжей молнией, зайчишка выскочил, просочился волк серый. Набирается зверьё и набирается, и все на Охотника смотрят.

Испугался Охотник и побежал. Чудится ему, гонятся за ним звери большие и маленькие и каждый норовит в тело вцепиться. Всплывают перед ним картинки, как он зверей всю жизнь убивал да мучил в ловушках своих, как жизни их лишал ради прибыли и заработка. Все законы нарушил, никого не щадил.

Долго ли коротко Охотник по лесу бежал, только выскочил на дорогу. А по дороге мужики с покоса возвращаются. Бежит к ним Охотник, руками машет, сам как лунь седой, глаза вытаращены, одежда порвана, ружьё где-то в лесу осталось, ни за что в нём не признаешь того красавца, каким раньше был.

Ну, крестьяне посмотрели, пожалели убогого, а Охотник и слова сказать не может, только твердит «там, там» и пальцем в лес показывает. Посадили его на телегу, довезли до лечебницы и врачам с рук на руки передали.

Лежит Охотник в палате под уколами, дремлет. Вдруг стоят перед глазами его снова звери во всём составе. Вышел вперёд медведь и басом проревел:

– То тебе расплата за содеянное, по трудам твоим. Живи и бойся!

Задёргался Охотник, прибежали врачи, вкололи успокоительного, уснул больной. Спит и шепчет: «по трудам и расплата, по трудам и расплата». А по щекам слёзы бегут, да толку уж плакать. Поздно.

Мужчина и женщина стояли на пороге доме, от которого, не оглядываясь назад, быстрым шагом уходил юноша. Гордо вскинута вверх голова со светлыми кудрями, небрежно болтается на одном плече куртка, на втором – рюкзак с самым необходимым, во всей осанке чётко читается радость и предвкушение пути.

Женщина всхлипнула. Мужчина погладил её по напряжённой спине, добродушно проворчал:

– Ладно тебе. Всё у него получится. Он справится. Его давно было пора отпустить.

Женщина вытерла мокрые глаза и, покачав головой, уткнулась лбом в мужское плечо:

– Я знаю, что пора, знаю, что надо. Но материнское сердце болит, страшно за него. Так бы и затолкала под юбку, и никуда не выпускала.

– Ну, ты прямо напридумывала, – рассмеялся мужчина. – Страшно, под юбку. Как он у тебя под юбкой будет жить? Большеват уже, не поместится. Сама же понимаешь, надо детей вовремя отпускать. Пока ему хочется, пока запал и ярость на освоение есть. Ты вот не осталась с родителями жить, тоже ушла в свою дорогу.

– Да, – прошептала женщина. – Не ушла бы, не встретила бы тебя.

– Вот видишь, – мужчина по-прежнему улыбался, – и он встретит свою судьбу. И, я надеюсь, проживёт достойно, как мы с тобой. Найдёт свои пути-дороги или наши повторит, это уже ему решать. Мы с тобой всё, что могли, сделали. Вложили. Наше дело теперь – ждать весточки.

– Ждать, – вздохнула женщина, успокаиваясь. – Ох уж это родительское ждать. Сначала ждёшь, пока он родится. Потом пока начнёт говорить и ходить. Потом, когда вырастет. А потом, когда пришлёт весточку.

Из дома на порог вдруг высыпалась куча мала, в которой смешалось несколько детей разных возрастов.

– Мама, папа, – кричала маленькая девчонка в зелёном сарафанчике, с туго заплетёнными косичками, из которых, тем не менее, выпрыгивали непослушные вихры. – Мама, а Ванька опять кошку за шкирку таскал.

– У, ябеда! – сверкнул глазами мальчишка постарше с такими же вихрастыми волнами на голове. И тут же с удовольствием наябедничал сам: – А Катька кошку за хвост тянула и та её поцарапала. Вот!

Другие дети загомонили что-то своё. Мужчина и женщина, обнявшись, с тёплой улыбкой смотрели на всё это сборище: шумное, разноголосое, машущее руками и ногами.

– Вот видишь, – сказал мужчина на ушко женщине. – Некогда грустить, этим теперь надо ума-разума в голову вложить.

– И они разлетятся кто куда, – ответила задумчиво женщина.

– Разлетятся, кто же спорит. Да, глядишь, кто-нибудь и останется. А не останется, так отдохнём, займёмся собой, своими делами.

– Ага, – рассмеялась женщина, – так тебе и дадут свои дела делать. Внуков привезут, сами примчатся.

– Вот и хорошо, – ответил мужчина, – значит, скучать будет некогда. И обращаясь к детям, громко сказал:

– А пойдёмте пить чай с баранками, чтобы у Матвея путь был лёгкий и радостный.

– Ура! – хором закричали и запрыгали дети. – Чай! С баранками! Ура, Матвею путь подсластим.

И вся компания скрылась в доме.

Шёл по дороге юноша с кудрявой головой, нёс в ней грандиозные планы и улыбался, предчувствуя новое. Ему некогда оглядываться на родителей, которые остались на пороге родного дома. Перед ним целый мир, мир возможностей, мир неизведанных путей.

Конечно, будут ещё минуты сомнения и разочарования. Будут попытки вернуться туда, где всегда ждут и любят. Но потом, отдышавшись и зализав раны, он снова отправится в путь. Потому что каждый ребёнок должен рано или поздно, лучше в своё время, повзрослеть и сам проторить свою дорогу.

И даже если родительский дом не смог дать нужного тепла и любви, стоит перестать возвращаться туда в поисках того, чего не было изначально. Стоит самому отпустить себя внутри и пойти всё-таки своей дорогой, не оглядываясь назад. Все дети рано или поздно должны вырасти и начать летать на собственных крыльях.

А бывает и, наоборот, кого-то пора отпустить из своей жизни. Может быть, это не человек, а вещь или дело. Иногда люди, дела, вещи уходят потому, что пришло время. И если не отпустить, не начать новую дорогу без этого, ты никогда не шагнёшь в неизведанное и не узнаешь его изнутри. Не узнаешь, что другое могло произойти там. Но выбор, как всегда, за тобой.

***

***