Сказки Заколдованного Замка
Шрифт:
— Ой! — существо за стеклом подпрыгнуло как ужаленное. — Ай! А-яй! — очередной укол заставил названного Землякусом путника схватиться руками уже за обе ягодицы. — Валькирика! Ну хватит уже! Не надо! Смилуйся!
— Не будет тебе пощады, коварный обманщик! На тебе! На! На! На! — изящная ручка с зажатой в пальцах шпилькой наносила резкие уколы с частотой барабанной дроби.
Гролль за зеркалом поспешно подхватил лопату и, непрерывно вскрикивая и подвывая, немыслимо быстро принялся зарываться в землю будто гигантский крот. Через несколько мгновений на поверхности остались лишь груда выброшенной земли и набитый мешок. Волшебница радостно взвизгнула, отбросила шпильку и, быстро засучив рукав платья, словно в прозрачную воду, полезла рукой в зазеркалье. Но прежде чем её пальцы успели коснуться мешка, из-под земли вылезла перепачканная в глине загребущая пятипалая клешня, схватилась за перевязанную грубой пеньковой верёвкой горловину и одним рывком утащила имущество в нору.
— Эх! — в возгласе колдуньи прозвучала искренняя досада. — Ну, ладно. В следующий раз.
Зеркало потухло и, повинуясь небрежному щелчку пальцев, отъехало в угол — на прежнее место. Валькирика взглянула на хронометр:
— Ого! Зарывается всё быстрее. На этот раз всего за пять секунд. Это достижение! Ещё немного, и можно будет в. «Свиток волшебных рекордов Неггиса» заявку посылать. — Тут дама вспомнила про собеседника и обернулась к нему со вновь пробудившимся интересом: — Ну, так что там дальше-то было? Что за жар у тебя случился?
— Э-э-э… я тут вспомнил… у меня есть одно неотложное дело… мне надо срочно покинуть вас, прелестнейшая. — Язык, руки и ноги Проныруса обладали полезным волшебным свойством: действовать, намного опережая ход мыслей. В то время как его мозг ещё продолжал сочинять волшебно-героическую историю, тело уже привстало с кресла и попятилось к дверям.
— Ку-у-уда-а-а? Стоять! На место! — Энергичный щелчок — и Проныруса вдавило обратно в сидение. Дыхание шалопая перехватило. Он, как карась без воды, беззвучно ловил воздух широко раскрытым ртом — грудь онемела, словно по ней со всей дури лягнул взбесившийся боевой слонопотам.
— Рассказывай!
Язык неудачливого волшебника заплетался, все только что придуманные «героические эпизоды» напрочь вылетели из головы, в которой перепутались быль и небыль. В результате Пронырус за какие-нибудь пять минут протараторил некую причудливую смесь «Правдивой повести о Страшном Малиновом Берете и маленьком сером волчонке» и «Властелина овец» с элементами «Сказания про Кота в чреве Оины» в собственной литературной обработке. Если в общих чертах, то он якобы спешил через лес к своей обожаемой одинокой Валькирике, нёс ее любимые синие грибочки, как вдруг на него напал Великан-Лесовик и потребовал свою долю с процентами за двенадцать лет. После отчаянной битвы влюблённый маг был вынужден спасаться, забрался в какое-то дупло, где его проглотил гигантский Меховой Мешок и трое суток держал у себя в желудке. А потом Меховой Мешок, восхищённый чистотой помыслов пленника, выпустил его и даже показал дорогу к башне.
— Вот бредятина! Чушь какая! — недовольно откомментировала услышанное Валькирика, а потом поднялась из своего кресла, неспешно подошла к западной стене и демонстративно принялась собирать очередной каркас — аналогичный тем, на которых красовались татуированные шкуры. Колдун мелко задрожал — мурашки теперь бегали наперегонки по всему телу, дыхание стало прерывистым и неровным, к горлу подкатывала тошнотворная волна нарастающей паники.
— Это всё правда! Я… я… я д-докажу! — всхлипнул до смерти напуганный шалопай.
— И как? — холодно-равнодушно поинтересовалась волшебница, задумчиво вертя в руках извлечённый из щели в стене затейливой формы разделочный нож.
— Я покажу, где висит Меховой Мешок. Честно!
— Все мужчины — лгуны! — голос Валькирики приобрёл зловеще-замогильные нотки.
— Я отметил это дупло магическим маяком. Я тебе его дарю! Он настоящий!
— Ну что ж. Не бойся, дурачок, я не собираюсь причинять тебе зло. Что ты уставился на нож? Ну да, я хотела тебя немного попугать, и у меня всё получилось. Но учти, я ненавижу лгунов: если ты сейчас скажешь правду, я просто выставлю тебя за дверь и даже дам с собой целых два шерстяных одеяла мшанской вязки, добрую краюху хлеба и бутылку с настойкой бузины. А если ты продолжишь врать про всякие «меховые мешки», моё терпение лопнет и я превращу тебя в репу и скормлю свинодракончикам. Или повешу рядом с Форумным Змеем, или…
— Но я не лгу! — удивлённо вылупил глаза Пронырус (он был глубоко уязвлён: в конто веки сказал почти правду, а ему почему-то не верят!). — Я оставил его в дупле висеть как висел. Огромного, как доменная печь! Он там дрыхнет. Он очень тёплый и пушистый! В нём так здорово спится!
— Хорошо. Ну, допустим, тебе от грибочков (тебя что, не учили, что их нельзя есть сырыми?) что-то привиделось. Это даже забавно. А ну-ка, возьми этот Волшебный Шар, прижмись к нему лбом и вспоминай, как выглядел твой так называемый «меховой мешок». Готов? Ого! Интересно-интересно…
Валькирика некоторое время рассматривала возникшее в глубине шара изображение, потом энергично поднялась и принялась подманивать метлу, как-то очень неохотно и недоверчиво показавшуюся из самого тёмного угла:
— Ну, миленькая! Ну, подойди! Ну, хорошая моя… Чуточку совсем полетаем, только тут, прямо здесь — до книжной полки…
— Не слушаются меня книги! — огорчённо пожаловалась волшебница изумлённо наблюдавшему за ней Пронырусу. — Приходится самой за ними летать. А библиотека-то — во-о-он где! — она ткнула пальцем под потолок. Колдун-неумёха поднял глаза и увидел высоко-высоко (очень высоко, как будто потолок башни упирался прямо в небо) свободно парящие огромные книжные шкафы и отдельные полки. Они медленно вертелись по кругу, словно многомачтовые парусники в водовороте тайфуна, а вокруг бесшумными стаями летали, медленно раскрываясь и закрываясь (словно крыльями махали!), сотни и тысячи отдельных фолиантов — больших и маленьких.
— И метла совсем избаловалась. Подумаешь, вчера по прямому назначению ее использовала — пол подмести. Миленькая, ну хватит упираться. Я больше не буду… Ах так? Смотри у меня! В печку отправлю! Что, испугалась? То-то же! Иди быстро!
Поймав неуверенно приблизившуюся метлу за древко, Валькирика деловито подоткнула многочисленные юбки, по-мужски вскочила на летательный аппарат и лихо взмыла в Книжное Поднебесье. Спустя пару минут она вернулась с толстенным томом под мышкой, плюхнулась в кресло напротив насторожённо замершего Проныруса и принялась, время от времени поправляя пальцами или сдувая сваливающуюся на кончик носа непокорную прядку волос, листать страницы.
— Вот оно. Нашла, — волшебница торжествующе ткнула в страницу указательным пальцем. — Читаем: «Magicae gigas glis», или, по-нашему, «волшебная гигантская соня»! Так-так, достиг расцвета в Волшебных Лесах в квадритичный период Изумительской Эры… Питался цветами папоротника… Встречался и позже… Около тысячи лет назад был известен при дворе Волшегона Обалденного под именем «снуль» и пользовался огромной популярностью в Высоких Волшебных Домах в качестве незаменимого зимнего укрытия-компаньона. В настоящее время считается вымершим. Свойства: спит шесть месяцев в году, успокаивающие мелодичные песни, непроницаемый для холода и влаги мех, естественная вентиляция, шерсть гуще и мягче, чем у любых других известных животных, очень чистоплотен, вегетарианец, не терпит насекомых, большой медолюб и вообще любитель сладкого, тонизирующий и общий оздоровительный эффект, помогает от болезней… УХ ТЫ! ХОЧ-У-У-У!!!