Чтение онлайн

Трое мужчин расслабились. Бинк почувствовал, что по лбу его потекла струйка пота; он напряженно слушал размышления судьи.

— О’кей, вы выслушали мнение юриста. Вы, девушки, все еще хотите, чтобы состоялся открытый суд?

С мрачными лицами, чувствуя, что их предали, девушки покачали головами. Бинку стало жаль ту, что сидела напротив. Ну как же она может перестать быть соблазнительной?.. Это было создание, явно предназначенное для изнаси… для любви.

— В таком случае, расходитесь, — повелел судья. — Помните: никаких разговоров. Или у нас будет настоящий суд… А за неуважение к суду… — Это его предупреждение было уже явно лишним: вряд ли они станут болтать.

Виновный (а то, может, и впрямь невинный) мужчина тоже будет, конечно, помалкивать. Да и самому Бинку хотелось лишь одного: поскорее убраться из этой деревни. Лишь третий был способен не удержать язык за зубами — но если он вымолвит хотя бы словечко, то всем будет ясно, кто проболтался. Так что здесь, похоже, будет тишина.

Итак, все закончилось. Бинк встал и вышел вместе с остальными. На все про все ушло меньше часа, как он и ожидал. Так что он, можно сказать, легко отделался. У него был ночлег, и он неплохо отдохнул. Все, что ему сейчас нужно, — найти дорогу через Провал к замку Доброго Волшебника.

Показался судья, и Бинк подошел к нему.

— Не могли бы вы сказать, есть ли какой-нибудь путь на юг?

— Парень! Не решился ли ты пересечь Провал? — Судья был натурально удивлен. — Может быть, ты умеешь летать?

— Нет, я пешком…

— Да, здесь есть дорога. Но — дракон… Ты приятный парень, молодой и красивый. Ты помог нам в слушании дела. Не рискуй жизнью!

Вот — все считают его слишком молодым! Только сильный магический талант принесет ему уважение в глазах жителей Ксанфа.

— Я должен рискнуть!

Судья вздохнул.

— Ладно. Не стану отговаривать тебя — я тебе не отец. — Он втянул внушительный животик и бросил взгляд на облачко над своей головой. Казалось, оно уронило одну — две слезинки, отчего Бинк незаметно поморщился: ему было неприятно, что теперь его утешает мужчина. — Путь нелегок, — добавил судья. — Лучше пусть тебе Винни покажет…

— Винни?

— Та, что сидела напротив тебя. Которую ты чуть не изнасиловал. — Судья улыбнулся, сделал движение рукой, и облачко исчезло. — Но я не обвиняю тебя.

Подошла девушка.

— Винни, милая, покажи этому человеку дорогу к южному обрыву Провала. Держись подальше от дракона.

— Конечно! — Она улыбнулась; однако улыбка не прибавила ей великолепия — это было невозможно, но и не повредила.

Бинк испытывал противоречивые чувства. Она решилась проводить его после этого слушания… А вдруг она обвинит его…

Судья понимающе взглянул на него.

— Не беспокойся, сынок. Винни не лжет. И не меняет своих намерений. Веди себя пристойно, как бы это ни казалось сложно, и все будет в порядке.

Смущенный Бинк с надеждой посмотрел на девушку: если она покажет короткую и безопасную дорогу через Провал, то он сильно сократит путь.

Они пошагали на восток; лучи солнца били им в лицо.

— Это далеко? — спросил Бинк. Он все еще чувствовал себя неловко; если бы сейчас Сабрина видела его!

— Недалеко, — ответила девушка.

Голос ее был мягким и вызывал в нем какую-то непроизвольную дрожь. Вполне возможно, то была магия — он очень на это надеялся, потому что не хотел, чтобы дрожь была от обычного неравнодушия к красотке. Он ведь совсем не знал эту Винни!

Какое-то время они шли молча. Затем Бинк попытался еще раз завести разговор.

— Какой у тебя талант?

Она непонимающе уставилась на него.

Странно! После слушания у судьи ее вряд ли можно было заподозрить в том, что она не понимает его, Бинка.

— Я имею в виду твой магический талант, — пояснил он. — Что ты умеешь? Заклинания, может быть, или…

Она пожала плечами.

Что-то не то с этой девушкой — она так прекрасна, но кажется глуповатой.

— Тебе нравится здесь?

Она снова пожала плечами.

Теперь Бинк почти не сомневался: Винни, конечно, чрезвычайно мила, но — недоразвита. Какая жалость! Ведь она могла бы стать чудесной женой какого-нибудь фермера. Ничего удивительного, что судья не очень беспокоится за нее. Да, определенно, от этой Винни мало толку.

Они опять пошли молча. Свернув за поворот, они почти споткнулись о кролика, жевавшего гриб. Кролик от испуга высоко подпрыгнул и завис в воздухе, левитируя; его розовый носик опасливо подрагивал.

Бинк засмеялся.

— Мы не причиним тебе вреда, волшебный прыгун! — сказал он. И Винни улыбнулась.

Они прошли под летающим кроликом.

Этот эпизод, хоть и незначительный сам по себе, навел Бинка на привычные мысли. В чем же дело, если даже обычный огородный кролик обладает талантом левитации, а сам Бинк не имеет ничего? Разве это справедливо?

Тут он услышал обрывок приятной мелодии, проникшей, казалось, в самые его мысли. Бинк оглянулся и увидел птицу-лиру, игравшую на своих струнах. Музыка разносилась по лесу, наполняя его искусственной радостью. Ха!

Ему не хотелось молчать, поэтому он сказал:

— Когда я был ребенком, меня постоянно дразнили, потому что я не обладал магией. — Ему было все равно, понимает она или нет. — Например, я проигрывал забеги тем, кто умел летать или ставить стены на моем пути. Я проигрывал и тем, кто умел проходить сквозь деревья, умел исчезать в одном месте и появляться в другом. — Все это он уже говорил Чери-кентавру, и ему не очень-то нравилось повторяться. Однако какая-то упрямая часть его сознания внушала ему, что чем чаще он будет повторяться, тем вернее найдет какой-то способ облегчить свое положение. Словом, такими повторами, словно заклинаниями, он проложит себе тропинку под гору, в то время как нужно, может быть, честно преодолевать все подъемы. Это было унизительно; Бинк почувствовал, как комок подступил к горлу.

— Можно, я пойду с тобой? — спросила вдруг Винни.

Вот-вот! Она, конечно, уверена, что он будет бесконечно развлекать ее разными забавными историями. О том, что в пути могут быть какие-то трудности, ей и в голову не приходит. Уже через несколько миль это прекрасное тело, явно не предназначенное для тяжелого труда, начнет уставать, и ему, Бинку, придется нести его на себе.

— Винни, я иду издалека. Иду, чтобы увидеться в Волшебником Хамфри. Тебе незачем идти со мной.