Чтение онлайн

– На речку её отправила стирать, – ответила Тихомира, внимательно на него смотря.

Вадим нехотя принялся за завтрак, сразу же потеряв весь интерес к этой теме. Не стоило и надеяться, что Мила сдастся сразу же после первого дня. Надо бы заняться ею, напугать как-нибудь…

– Сходишь за мёртвой водой? – но у Тихомиры на него были свои планы в этот день.

– Милу и отправь, – буркнул он.

– Её леший к колодцу не пустит, – Тихомира отрицательно мотнула головой.

– К нам пустил, а к колодцу не пустит? – Вадима это возмутило.

Тихомира лишь пожала плечами, потому как смысла не было на этот вопрос отвечать. Вадим вздохнул, прекрасно зная, что эти обязанности ни на кого скинуть не выйдет. Котёнок медленно соскользнул с его колен и скрылся под лавкой, тоже понимая, что через пару минут Вадим уйдёт. Тихомира не задавала ему никаких вопросов сейчас, прекрасно видя настроение внука. Ему просто нужно пережить очередную ночь, но ведь в следующем году будет тоже самое. Вадим завтрак доел с трудом и нехотя поднялся с места. Он вышел на улицу, взял ведро, а Тихомира проводила его до края поляны.

– Не задерживайся, – сказала она на прощание.

Вадим кивнул. Поход за мёртвой водой не был сложным, давила лишь мысль о том, зачем эта вода нужна была. С каждым шагом хотелось развернуться и уйти назад, но смысла в этом не было. Тихомира всё равно заставит его выпить это зелье, даже если ей придётся готовить его полностью самой. Да и всё же он станет сильнее. Разве ради такого не стоит стараться? Юноша шёл, углубляясь в лес, сворачивая и уже даже не видя тропы. Три года назад он бы непременно испугался, постоянно бы оборачивался на каждый звук, но теперь его всё это не волновало. Самым страшным, что он мог тут встретить, был леший, но он редко выходил днём, да и зачем ему с Вадимом общаться, если он никакого дара не принёс? Сейчас леший спокоен, так что и не видит смысла следить за передвижениями Вадима.

Идти было не очень долго, если хорошо знаешь куда. Вадим раздвинул рукой высокие заросли крапивы, даже не обжигаясь, и вылез на маленькую выжженную полянку. Здесь не росли деревья, трава была странной, тёмной, редкие цветы плохо пахли, а кустиков было совсем не видно, потому как в центре стоял жутковатого вида колодец. Его стены были сложены из булыжников, скрепленных друг с другом какой-то коричневой липкой массой. Деревянная крыша колодца немного сгнила, а бабина уже не выполняла свою функцию, почти не двигаясь. Вадим не хотел знать, что это и почему оно всегда липкое. Более того, запах от этой массы исходил не самый приятный, к нему просто невозможно было привыкнуть. Вадим подошёл ближе, стараясь особо не дышать. Рядом с колодцем валялась верёвка, к которой Вадим привязал ведро и закинул его в колодец. Верёвка, как ни странно, была почти новой, потому как заколдовала её Тихомира давно, чтобы старению и искажению не подвергалась. Ведро пару раз ударилось о каменные стенки колодца, а потом тихо плюхнулось в воду. Вадим осторожно подошёл к краю и заглянул внутрь, стараясь не трогать слизь, стекающую со стенок. Отмыться от неё невозможно будет, а если на кожу попадёт, так та гнить начнёт сразу же. Вадим дождался, пока ведро утонет в абсолютно чёрной воде, после чего принялся вытягивать. Пока ведро поднималось, оно было заполнено чёрной водой, но как только Вадим поставил его на землю, вода внутри стала кристально чистой и запах трупов от неё пропал. Мёртвая вода, покидая источник, сразу становилась будто бы обычной, что позволяло легко обмануть особенно доверчивых людей, которые чем-то успели сильно насолить. Впрочем, Вадим мёртвую воду ещё ни разу никому пить не давал. Он отвязал верёвку и сложил её неподалёку от колодца, после чего взял ведро и поспешил уйти – выдерживать отвратительный запах гнили и трупов было уже нереально.

Вадим тащил ведро назад, иногда проливая немного воды на растения, отчего те сразу же увядали, но ему хотелось быстрее от этого избавиться. Он вернулся домой, оставив ведро на скамье в обеденной.

– Отлично, – похвалила Тихомира, тоже заходя следом. – А я тебе корень мандрагоры принесла.

Она подняла в воздух небольшое растение, на конце которого виднелся белый отросток, похожий на маленького толстенького и очень уродливого младенца. Ведьма положила его на стол, а рядом появился нож с чёрным лезвием и небольшая деревянная тарелка.

– Порежь пока, – скомандовала Тихомира. – А я схожу Милу проведаю.

Вадим уселся за стол и взял в руки нож. Мандрагору резать он тоже не любил, потому как разрезать её было неимоверно сложно, да и работать нужно было нагретым добела ножом, распиливая на мелкие кусочки. Выполнять поручение Вадим совсем не торопился, в тайне надеясь, что от этого и время замедлится, позволив ему подольше насладиться днём. Он взял нож и принялся ждать, когда лезвие разогреется его магией, а потом осторожно начал нарезать корень. Запах из-за этого был тоже не самый приятный – горелый и землистый.

– Ой, – в обеденную вошла Мила и тут же поморщилась. – А я тут… Печку чистить пришла.

– И? – Вадим спросил раздражённо. – Тебе показать, где она? Найти не можешь?

– Могу, – буркнула Мила, уставившись на то, чем Вадим занимается.

Она очень хотела задать вопрос, но даже если бы она поняла, что у него спрашивать можно, Вадим бы всё равно не ответил. Он продолжил нарезать корень, складывая его в тарелку. После этого нужно было взять немного мёртвой воды и бросить туда весь нарезанный корень, чтобы успело настояться до вечера. Мила в итоге вздохнула и подошла к печке, чтобы выполнить следующее поручение. Она отставила в сторону заслон и полезла выставлять наружу горшки. Вадим искоса наблюдал за ней. Освободив печь от лишнего, Мила залезла под неё, доставая щётку, чтобы вычистить сажу. Стоило бы открыть окно, чтобы не закашляться от грязи, которая непременно поднимется, но Мила об этом не подумала, а Вадим и магией мог защититься от такого нелепого воздействия. Он спокойно продолжил нарезать корень, а Мила уже залезла в печь и начала чистить. Долго ждать не пришлось – облако пепла поднялось в воздух, заставляя девушку закашляться, вылезти назад и кинуться открывать окно. Вадим лишь хмыкнул.

Мила долго кашляла, отмахиваясь от пепла, а в итоге её взгляд упал на ведро воды на скамье. Пить ей очень хотелось, и она совсем не увидела ничего плохого в том, чтобы позаимствовать немного воды именно из этого ведра. Вадим нахмурился и остановился, наблюдая за тем, как девушка отправилась искать черпак, думая о том, что если попить будет нельзя, то Вадим её остановит. Но он этого делать не собирался. Разве можно было останавливать девушку от самоубийства? Ну и что, что она не может обычную воду от мёртвой отличить? Сама виновата будет. Мила покосилась на него, ожидая запрета или одобрения своих действий, но ничего не получила, так что смело подошла к ведру и зачерпнула немного воды. Неужели всё закончится вот так просто? Сейчас она сделает глоток и упадёт, а потом бабушка вернётся, увидит её мёртвое тело и заставит Вадима её убирать. В колодец с мёртвой водой можно будет выкинуть или волку скормить – тут всё равно, так и так тащить придётся. А в случае с волком ещё и на части резать, органы все вынимать. Да и Бажену как-то объяснять нужно будет, куда его подружка делась. Конечно, можно было магией память ему подправить, но ведь и это требовало определённых усилий и обязательно, чтобы Бажен в глаза прямо смотрел, а то ничего не получится. А ведь учитывая, что ночью будет, Вадим не сможет всё это сразу сделать, а после ещё тяжелее придётся. Как-то уж совсем не вовремя выйдет, если девчонка сейчас умрёт, неудобно получится. Всё это пролетело в его голове буквально за секунду, заставляя расстраиваться всё сильнее, а Мила уже почти поднесла черпак к губам.

– Это мёртвая вода, – выпалил Вадим спокойно, решив всё же, что сейчас такие проблемы ему не нужны.

Мила остановилась и глупо хлопнула глазами, уставившись на него.

– Выпьешь мёртвой воды – сама мёртвой станешь, – уточнил Вадим.

– Ох, ясно, – Мила поспешила вылить воду назад в ведро, задумавшись, зачем тут вообще тогда ведро с мёртвой водой стоит. – Спасибо, что предупредил. Иногда и ты добрым бываешь.

Вадим лишь усмехнулся, ведь мыслей его девица не слышала. Она вернулась к чистке печи, а Вадим закончил нарезку мандрагоры, поэтому встал с места за горшочком. Мила отвлеклась, наблюдая за его действиями. Ей очень хотелось спросить, чем он занят, но она боялась запрета, до сих пор не понимая, что правила только к Тихомире относятся, а не к нему. Вадим наполнил горшочек водой и засыпал туда нарезанный корень.

– Уже сам всё сделал? – в обеденную вернулась Тихомира, неся в руках мёртвую ворону. – Молодец какой. А раньше таким несговорчивым был.

Она похлопала его по спине чуть ниже лопаток, потому что выше сейчас в виде скрюченной старушки не доставала. Вадим лишь безразлично пожал плечами. К этому моменту он уже совсем не видел смысла в сопротивлении. А вот Мила внезапно перестала работать, с жалостью уставившись на мёртвую птицу в руке Тихомиры. Очень уж ей хотелось возмутиться, но она прекрасно понимала, что эта фраза прозвучит как вопрос.

– Чего встала, окаянная? – сердито спросила Тихомира, заметив это замешательство. – Давай заканчивай уже! Заставлю тебя потом травы мне перемалывать высушенные!

Мила как-то нехотя вернулась к работе, немного побледнев от вида мёртвой птицы. Вадима бы это позабавило, но сейчас как-то уже сил не оставалось даже на такое.

– На вот, – Тихомира пихнула ворону ему в руки. – Иди печень мне из неё достань, а остальное Сёме скорми.

Вадим бы непременно подшутил, что нужно это здесь делать, чтобы Мила вообще в обморок грохнулась от такого зрелища, но вновь мысль как-то быстро угасла, оставляя после себя гнетущую пустоту. Он всё равно прекрасно знал, что печень из птицы необходимо в тёмном помещении вытащить, так что отправился в кладовую. На некоторое время пришлось всё же зажечь огонёк, чтобы найти лист лопуха, в который печень завернуть стоило – их Тихомира сюда уже притащила. Выбрав самый целый лист, Вадим положил ворону на стол и погасил весь свет. Немало пришлось ему птиц вскрывать, чтобы научиться безошибочно целую печень вытаскивать. Тихомира всё обещала научить его в темноте видеть, но говорила, что для этого сильнее стать нужно, а пока приходилось орудовать на ощупь. Замотав печень в лопух, Вадим отправился на выход, прихватив с собой все предметы. Он прошёл дальше по коридору и попал в комнату, которая находилась как раз за обеденной. Здесь тоже была небольшая печка и стол, но тут не было окон, поэтому можно было варить зелья, для которых нужна была тьма. Тихомира использовала чёрный огонь, который совсем не светил, но был очень опасен, и которому она тоже пока Вадима не обучила. В этой комнате птицу разделывать было нельзя, потому как кровью бы всё заляпал, а тут чистота нужна. Он положил печень на стол рядом с горшочком, его уже перетащила сюда Тихомира, накрыв тканью, а потом отправился к Сёме – угостить его остатками вороны. Волк был рад гостю, но днём не особо активничал, хотя лакомство всё же съел.