Чтение онлайн

– Жирные! Ха-ха-ха! – засмеялась ли-са. – Куда там жирные? Почитай, одни косточки! И есть-то почти нечего было – так голодная и осталась!

Спохватилась лиса, да уж поздно.

– Вот и выдала себя, – сурово сказал мудрый ворон. – Все на тебя жалуются, рыжая. Чтоб духу твоего теперь в нашем лесу не было. Ослушаешься – пеняй на себя. А ты, лопоухий, умней в другой раз будь. Ступайте оба!

Заяц и лиса так и прыснули в разные стороны, а Иван подошёл к ворону поближе.

– Прежде чем расспросить тебя, Иван, куда путь держишь и зачем ко мне пожаловал, загадаю я тебе три загадки. Коли разгадаешь – побеседуем, помогу, чем смогу, а коли не разгадаешь, не прогневайся, ступай откуда пришёл.

– Загадывай, – ответил Иван.

– Вот первая. Заря-заряница, красная девица, по полю гуляла, ключи потеряла. Месяц видел, а солнце скрыло.

Иван помолчал, подумал немного и ответил:

– Так это... роса, батюшка-ворон.

– Смотри-ка, – удивился ворон, – правильно говоришь. Слушай тогда вторую. Белые люди рубят, а красный человек возит.

– Сейчас... Погоди, – пробормотал Иван, – красный человек возит...

– Не отгадаешь? – спросил ворон.

– Скор ты больно... Погоди... Ага! Да ведь это зубы... Зубы да язык! – ответил Иван.

– И это верно, – сказал ворон. – Слушай-ка третью. Летит птица-говорок через широкий дворок. Сама себе говорит, без огня село горит...

– По-моему, – сказал Иван, – так это солнышко всходит, потому и без огня село горит, а как уж по-твоему, мне неведомо.

– Разгадал, – сказал ворон. – Ну теперь поближе садись – сказывай, зачем пришёл?

Иван низко поклонился ворону и сказал:

– За великой твоей милостью. Укажи дорогу к логову Горыныча. Биться с ним хочу.

Ворон удивился, принялся было отговаривать Ивана, сказал, что парню с Горынычем биться – всё равно что воробышку на ястреба напасть.

– Силы Горыныча не знаешь, – вразумлял ворон Ивана. – Оттого и отважен. Войска у него видимо-невидимо. Сорок королевств стоном от него стонут. Дань с них берёт великую, а они отбиться не могут! Силён змей и лукав, обведёт он тебя вокруг пальца, силой возьмёт, хитростью одолеет!..

– Да ведь и я не прост, – сопротивлялся Иванушка, – не котёл на плечах – голова!

– Голова-то голова, – согласился ворон, – да она у тебя одна, а у Змея Горыныча – семь голов-то! Чародей он: оборачиваться, кем захочет умеет. Раздумай, Иванушка, не по силам тебе это.

– Не раздумаю, – твёрдо сказал Иван. – Нерушимо слово моё. Сделай милость, укажи дорогу.

– Ну что ж, – вздохнул ворон, – видно, тебя не переломить. Крепко изобидел Горыныч добра молодца. Придётся помочь тебе. Вот возьми два моих перышка. Пустишь одно по ветру – да и в путь за ним! Доведёт тебя оно до ворот дворца Горыныча. Другое пустишь – как домой воротиться задумаешь. Знай – путями немереными, вёрстами несчитанными придётся тебе идти. Через леса дремучие, через горы высокие, через поля широкие, через болота топкие, нехожеными тропками. И это ещё не всё. Через сорок королевств пойдёшь – берегись, лишнего про Горыныча не говори никому. Донесут ему – и погиб. Зря удалью не хвастай. И вот последний совет. Как станешь в лесу отдыхать, начнёт тебе кот Баюн сказки сказывать. А ты не слушай. Либо уши поплотней завяжи, либо беги без оглядки. А то ведь заснёшь и никогда не проснёшься. Ну а теперь ступай!

Низко поклонился Иван мудрому ворону, поблагодарил его за помощь и советы – и отправился в свой долгий путь. Пошёл за пёрышком, что само собой полетело выше его головы. Чтоб идти было веселей, он пел песню, которую тут же сам и сложил:

Много дней и ночей идёт Иван. Ноги уже передвигает с трудом. Забрёл в дремучий сумрачный лес. Оставляют силы могучего парня. Надо бы отдохнуть. Ещё шаг – и свалится он в густую траву. Делает Иван этот последний шаг и падает.

– Ничего, – успокаивает он сам себя, – вот немножко отдохну и дальше путь держать буду. Вот и пёрышко моё остановилось, не летит дальше. Пожалело меня, молодца.

Смотрит Иван на небо, а его за высокими вершинами деревьев почти и не видать. Только мерцает что-то в вышине. Каких-то два зелёных огонька. Иван всматривается и видит, что не огоньки это, а зелёные глаза огромного кота, который сидит на толстой ветке могучего дуба. Вспомнил Иван о том, что говорил ему мудрый ворон о коте Баюне. Встать бы надо и уйти, но ни ноги, ни руки не слушаются. А кот Баюн тихим, вкрадчивым голосом начинает свою сказку сказывать:

– В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь Салтан, и была у него дочь-красавица. Все царство обойди – краше не найдёшь. Глаза словно звёзды, уста сахарные, коса шелковая до пояса...

– А у Настеньки-то коса – ниже поя-са!.. – шепчет Иван сонным голосом.

Борется он со сном что есть силы, а сон его одолевает. Беда, да и только.

– Лицо у царевны белое, – рассказывает кот Баюн, – походка плавная – не то лебедь плывёт, не то царевна идёт. Скажет слово – сердцу радостно, засмеётся – словно жемчуг на блюдо кто просыпал...

– А всё не лучше твоя царевна моей Настеньки!.. – рассердился Иван и потёр закрывающиеся очи свои ясные.

– А что нарядов у царевны сто ден считай, не сочтешь. Со счету собьёшься – начинай сызнова... – продолжает кот убаюкивать Ивана.

Иван попытался было встать, да ноги подкашиваются, глаза закрываются, сон так и наваливается. Зарылся он в траве – и перестал сопротивляться.

Только Иван заснул – из зарослей выскочил заяц и подбежал к нему.

– Не спи, Иван, не спи! Слышишь, просыпайся! – запищал заяц на ухо спящему, лапкой потеребил его за уши, но всё было напрасно. Спал Иван – ничего не слышал. Выбежали грибы и цветы. Колокольчики звенели Ивану на ухо, заяц в отчаянии барабанил лапками по могучей груди Ивановой, но всё понапрасну. Спал Иван непробудным сном.

А кот Баюн, сидя на ветке, всё мурлыкал.

– Зря стараетесь, – мяукнул он наконец, – кого кот Баюн усыпил, тому уж никогда не проснуться.

Тут из лесу вышел слуга Горыныча в латах и шлеме, снял с Ивана ладанку, взмахнул кинжалом и всадил его по рукоять в грудь Ивана. Коротко вскрикнул Иван – и смолк. Вдруг откуда ни возьмись заяц кинулся на убийцу – тот от неожиданности ладанку выронил, а заяц подхватил её – и в кусты. Горынычев слуга поискал, поискал ладанку да не нашёл. Плюнул, да и побежал докладывать хозяину, что приказ выполнил.

Заплакали грибы и цветы, застонал зайчик. Появился старичок-лесовичок. Увидел кинжал в груди у Ивана и горестно всплеснул руками.

– Не досмотрели! Не уберегли!.. А ты, заяц, чего время теряешь? Беги к мудрому ворону, расскажи о беде. И чтоб мигом! Ждём, мол.

Заяц пустился стремглав, а чуть погодя прилетел мудрый ворон, и опустился возле Иванушки.

– Ах, Иван, Иван, – закручинился мудрый ворон, – побледнели щёки твои румяные, закрылись огневые очи твои. Остановилось сердце твоё отважное. Течёт из глубокой раны алая кровь. Сказывал тебе ворон правдивые слова. Не послушался. Но умереть такому молодцу не дадим. Сбрызнем-ка рану твою кровавую мёртвой водой!